Взломщик

Приобрести полную версию книги

Скачать деморверсию одним файлом zip.

Демоверсия

Эпизод первый. Сожженное лето.

Взломщик, обложкаИра Самсонова открыла глаза. Жалюзи, потолочного освещения, всю ночь дремавшие вместе с ней, мгновенно отреагировали, приоткрыв путь лучам утреннего солнца. Ира улыбнулась, возвела в уме триста пятьдесят шесть в третью степень. Ответ появился как обычно: сам по себе имгновенно.

- Да здравствует, ГИЦ, Прямые Информационные Потоки и мой любименький маленький чип! – эту фразу Сасонова повторяла каждое утро, как молитву.Собственно, это и была молитва, состоящая из ритуала проверки вживлённого модуля связи – чипа с Глобальным Информационным центром и осанны, в честь этого электронного тандема. А как студентке не молиться нашпаргалку, которая всегда с тобой, на подсказку самого эрудированного консультанта в мире, на чип и ГИЦ, которые Ира, кстати, никогда не видела. Потому что невозможно заглянуть в свою черепную коробку, так же как и невозможно попасть в ГИЦ, не имея доступа в круг немногих избранных. Но, разве важно: как выглядят эти ключики ко всем, или почти всем благам цивилизации, если они выполняют свою функцию даже, оставаясь невидимыми, неузнаными, скромными героями?

Ира сладко потянулась, скинула с тела розовое облако газового термоодеяла. Туман цвета пигги с нежным свистом исчез в металлической колбе. Было одеяльце, и нет одеяльца. Минимум места, максимум комфорта.

Ира побежала в душ, потихоньку напевая песенку из рекламного дримчикагазовых одеял - «Удобно, если жить удобно, а нам удобно жить не запретишь!». Мимоходом заглянула в комнату Джины. В зеленой спальне тишина и пустота: постель убрана, тапочки-пуховички у входа. Только большой желтый лев на диванчике вежливо привстал, поклонился и приятным баритоном поинтересовался: «Как здоровье, Ира,? Не зайдёте ли на чашечку чая?». Джиннке эту игрушку подарили устроители конкурса мисс Евразия. Она так же как сейчас, пропала на две недели. Никому ни пол слова. Таинственность, будто не студентка а мифическийвзломщик шестого ранга, супер-агент, героиня блокбастера. Потом, возвращается, и на те вам: больше не Джинна Крайновская, амисс Евразия.

Иллюстрация Михаила Неймана

Фу ты, ну, ты… Нет, ещё называется лучшая подруга. С детства вместе. Сначала в элитной школе для девочек. Бриллиантовые сироты. Образование, спорт, политес и никаких родителей. Даже на каникулах. Из близких – преподаватели и гувернантки. Со своими предками Ира общалась только в Потоках. Да и то не часто. Джиннкиных видела один раз мельком по голографическому видеофону. У Крайновской были проблемы с печенью и когда она проходила курс терапии, бедняжке приходилось обходиться без чипа. Впрочем, возможно, из-за болезни Джинна могла держать идеальный вес без лишних усилий.

Потом, неразлучно, как сиамские близнецы жили в колледже. Теперь – шесть лет в университете. И всегда под одной крышей, точнее потолком. Сначала в одной комнате, потом в одной квартирке на двоих. И всё равно, для ИрыДжиннка – ребус на двух ногах. А ножки, между прочим, закачаешься! Никаких диет, минимум тренажёров. Природа – великая сила!

-Сам пей свой чай! -приказала Ира львуи вышла в прихожую.

Стоя рядом с ванной онаподумала, что совершенно не удивиться, если сейчас откроется входная дверь и в прихожей появится мисс Мира. Как всегда: скромная, сияющая и доброжелательная Джинна. Но дверь не открылась.

Ире стало как-то не по себе. Будто её обманули. Причём, обманывая, знали, что обман раскрыт. Самая унизительная ложь – это когда врут нагло, не стесняясь и не заботясь о правдоподобии. Будто дело с идиотом имеют. Унизительно до невозможности.

«Чего это я завелась?» - удивилась себе Самсонова, зашла в кабинку и дала мысленную команду: «Душ, давление максимум, температура 56ºС.». Струи отчаянно хлестнули по еще сонному телу, и Ира мгновенно забыла о недавних неприятных ощущения. Блаженство – лучший враг дурных предчувствий.

«Однако Джиннка – балбеска. Мне-то могла сказать: куда исчезла? Ноги у нее, конечно, экстра, но мои не хуже. А вот волосы. Я, наверное, обладательница самых уродских волос в мире. Тонкие. И цвет какой-то паскудный. Из шатенокушла, а до блондинки не дотянула. Красить их, правда, удобно. Но сразу ломаться начинают. Никакие бальзамы не спасают. Не волосы, а кошмар перед экзаменом.» -Ира оглядела себя в слегка запотевшеммониторе, занимавшем пол стены. – «Фигурка у меня даже лучше чем у Джинны. По фигуре, я заочная мисс Евразия, вот! А ногти – вообще предмет зависти всех девчонок вунивере. Да и волосы у Стаськи с биофака, пожалуй похуже моих. Жирные, вечно перхотью припудрены. А как в душ заберётся, начинает песни орать. У самой голос, как у больной курицы.»

Поток теплого ароматизированного маслами воздуха, нежно стер с кожи капельки влаги и наполнил тело упругой легкостью. Ира накинула халатик и направилась к крейтору, на ходу обдумывая, что бы заказать на завтрак. Непременно диетическое, но хотя бы чуть-чуть вкусное.

Приятное покалывание за левым ушком Ира почувствовала, когда уже оформила заказ. Кто-то деликатно пытался выти с ней на связь. Ира, на всякий случай быстро причесалась, накинула на лицо салфетку моментального макияжа. Конечно, это дешевка, зато очень практично. И, кроме того, визуально ширпотреб салфеточного макияжа от дорогой штучной косметики не отличишь. По крайней мере, при общении в Прямых Информационных Потоках.

Едва выйдя на связь, Ира похвалила себя за расторопность и предосторожность. Приятный молодой человек: синие глаза, золотистые, слегка вьющиеся волосы, простое открытое лицо. С таким на любой дискотеке показаться не зазорно.

-Здравствуйте, Ира. Вы меня не знаете. Я друг Джинны.

«Вот Джннка, задница! Такого мальчика отхватила и не познакомила! Шпионка скрытная!»

-Здравствуйте.

-Джинна дала мне ваш код доступа и просила с вами встретиться.

-У неё что-то случилось? – на мгновенье Ире показалось, что её недавние неприятные ощущения из-за Джинны, как-то связаны с этим разговором.

-О, нет, что, вы. У Джинночки все в порядке. Между нами, только никому не говорите, она сейчас прошла на третий тур. Так что скоро будем встречать победительницу конкурса мисс Мира.

-Ну, Джиннка, ну змея. – Ира обрадовалась и возмутилась одновременно. В самом деле: какому-то кудрявому мальчику со смазливым лицом Джинна доверяет, а ей, лучшей подруге, неразлучной спутнице половины жизни – нет.

-Вы, только, ради Бога, на неё не обижайтесь. От вас у Джинны, никаких тайн нет. Она просто боялась сглазить. Конкурс, такое дело…

-Ладно, я понимаю.

-И так, как на счёт встречи? -молодой человек приятно улыбнулся, показав два ряда идеально белых и ровных зубов. – Кстати, у вас уникально красивые ногти.

-Я и сама ничего. – Ире понравилось, что её ногти оказались замеченными. Четыре сантиметра, идеальная форма лепестка хризантемы. Вот только лак с анимационной картинкой нанести не успела. Но эти тонкости можно оставить на вечер. – Только если вы со мной заигрывать решили, я Джинне все ваши коварные замыслы открою. Согласны?

-Ещё как. С моей стороны – никаких возражений. От Джинны у вас тайн не будет. Поверьте, я в этом так же заинтересован.

-Хорошо.

-В «Адамовом яблоке» в десять вас устроит? – Ира показалось, что кудрявый Джиннкин ухажёр чуть-чуть напрягся. «Кстати, он почему-то не представился…» - Да, извините, я, кажется, забыл вам представиться. – молодой человек тряхнул золотыми локонами и объявил, чуть смущаясь, - Самсон Новицкий. Такое вот, дурацкое имя.

-У меня такая же фамилия – Самсонова, но я не считаю её дурацкой. – смущение красавчика сделало его каким-то немного беззащитным и на самом деле славным. – В десять я не смогу, а вот в двенадцать готова встретиться.

-Отлично – обрадовался Самсон, - Где?

-У стойки бара.

-До встречи, Самсонова!

-До встречи, Самсон.

***

Стас Савенко поглядел на часы. Стрелки раритетного Twincept, подарка деда, подсказывали, что пора позаботиться о желудке. Впрочем, есть не очень-то хотелось.

Стасбез энтузиазма поглядел в окно. Пыльные листья клена за давно немытым термозащитным пластиком висели без движения и признаков жизни. Они не скрывали, что им плохо.

Лето растеклось по расплавленной черноте улицтяжелой, бездумной как похмелье, жарой. Июнь еще не дополз до середины, а уже казалось, что зной оккупировалСтарый город века назад и не покинет его границ до тех пор, пока не сожжет последнего жителя, последнюю травинку, последний камень.

Что касалось травы и деревьев, здесь жаре предстояла большая и тяжелая работа. А с жителями дело обстояло значительно проще.Справиться с горсткой ушибленных экологов, немногочисленными специалистами по флоре и фауне, да двумя десятками дикарей, не желавших пожинать плоды прогресса не составляло большого труда. Сжечь жителей Старого города, конечно, невозможно. Но загнатьпод землю в бесконечные катакомбы Нижнего города, направить, так сказать,в генеральное русло цивилизации – дело трёх душных недель и двух хороших лесных пожаров. Дымка и духота – отличные аргументы в пользу переселение в прохладу подземных уровней с гарантированным кондиционированием воздуха, стабильным солнечным освещение в любое время суток и достижениями научно-технического прогресса, которые всегда под рукой.

Большая часть местного населения, впрочем, как населения планеты, давно именно так и поступило: ушло под землю. Лозунг: “Сохраним естественный баланс растений и животных” стал модным лет пятьдесят назад. Еще до эпохи Прямы Информационных Потоков. Люди вернули поверхность планеты животным и растениям. Но, по большому счету, красивый жест был не более чем идеологическим прикрытием вынужденного отступления.По своей природе HomoSapiensвсегда старается выглядеть лучше, чем он есть на самом деле. Мы находим возможным рассматривать самые неблаговидные свои поступки через призму благородныхцелей и высоких материй.

Истина заключалась в том, нефтяная цивилизация умерла. А над ее могилой установили гигантский обелиск с приговором: «Энергетический кризис». Так что в местах проживания зимних холодов и снегопадов, лезть под землю казалось элементарно выгодно. Не точки зрения экологии, а с точки зрения экономии энергетических ресурсов. Низкие теплопотери, простые и малозатратные транспортные схемы, недорогие коммуникационные решения. Появление дешёвых высокопрочных полимербетонов и искусственных базальтов ускорили процесс переселения. Но, главная причина, как казалось Стасу, всё же была в другом: в простоте контроля за человекомв ограниченном пространстве подземных городов.

Двуличие лозунгов об экологической подоплеки всемирного андеграунда доказывало и то, что все атомные и водородные электростанции остались на поверхности. Рядом с демонстративноохраняемой флорой и обожаемой законом фауной. Так, на всякий случай.

Иллюстрация Михаила Неймана

Сам Савенко, без особого сожаления, относил себя к дикарям, и лезть под землю не желал. Хотя зависшая над городом жара уже начала заставлять его сомневаться в разумности своей жизненной позиции.

Действительно, вид из окнане внушал оптимизма. Хотя, если честно, то в помещении, несмотря на усилия старенького миклиматора, ощущения свежести не наблюдалось. Маломощное устройство только гоняло по комнате поток горячего воздуха. Меланхоличная зеленая муха, подчиняясь потоку, крутилась вокруг Савенко как акула перед атакой. Но на атаку у нее не хватало ни сил, ни желания. А, возможно она понимала, что, приземлившись, уже не сможет преодолеть силу тяжести и взлететь.

“Еще неизвестно что хуже” – подумал Стас, разглядывая апатичный городской пленэр – “душный уличный штиль или самум в четырех стенах”.

Есть по такой жаре совершенно не хотелось . Но и просиживать штаны в конторе без дела особого смысла не имело.

Стас выключил миклиматор. Тот с натужного воя перешел на задумчивое покряхтывание и остановился. На самом деле старый прибор лучше было бы не выключать. Гарантии, что он снова заработает, не было никакой. Но существовала жесткая инструкция по расходованию энергии. Работа любого устройства, не связанного с жизнеобеспечением, в отсутствии человека считалась серьезным нарушением и каралась жестоко. Вплоть до насильственной установки микрочипа. А превращать себя в полуробота Савенко не собирался. Чип в башке – глупо, пошло и унизительно.

-Пойду возьму порцию окрошки. – Сам с собой поделился планами на ближайшее будущее Стас. Можно, конечно,было заказать бизнес-ланч по крейтру. Но человеку со вкусом еда из крейтора противопоказана. Поглощать смесь искусственных белков, жиров и углеводов, укомплектованную витаминами и микроэлементами, под соусом ароматизаторов можно только закрыв глаза, заткнув нос и не разжевывая.

Сегодня времени было достаточно чтобы, не спеша прогуляться по Старому городу в заведении с географическим названием “Арарат”. Там, полулегальноподавали замечательную окрошку. Настоящую. В которой, огурчики и редис, порубленные тонкими пластинками,с очевидным удовольствием купались во всегда холодном, кисленьком, но не резком квасе. Обильное ассорти из мяса курицы и говядины,с нежным участием свежей вареной колбаски, не могли оставить равнодушным даже самого придирчивого гурмана. Белый айсберг настоящей сметаны посреди тарелки, поджидал встречи с “Титаником” - желудком истинного ценителя хорошей пищи. Живые овощи, настоящее мясо. Не гуманно, не практично, зато: как вкусно!

Стоило это удовольствие немалых денег. Но пару раз в неделю Стаспозволял своему желудку взять верх над финансовой дисциплиной. Тем более, что ему, Взломщику Системы шестого ранга, Совет платил вполне достаточно.

Вообще, угощались в “Арарате” преимущественно богатые туристы, навещавшие Старый город в поисках экзотики и острых ощущений. А после тридцати лет реформ правительства Экологов экзотики и острых ощущений заметно прибавилось.

Отсутствие людей на поверхности очень скоро привело к тому, что не человекообразное население планеты действительно почувствовало, что главный конкурент, главное гнобило, главный враг ушел в подполье и можно делать, что хочется. Встретить в центре Старого города медведя или лося стало проще, чем робота-полицейского, призванного защищать человека разумного от его четвероногих братьев меньших.

Впрочем, городские медведи более напоминали тех представителей рода человеческого, которых лет сто назад называли бомжами или бездомными. Они побирались, выпрашивали у аборигенов и туристов подачки, при случае не брезговали мелким воровством. А вот ночью, пешие прогулки людям в Старом городе настоятельно не рекомендовались. Темнотапревращала забавных «бомжей» в безжалостных разбойников. Впрочем, серьезные происшествия случались крайне редко. И туристы, и аборигены безропотно подчинялось предписаниям и рекомендациям. Дисциплина и неприятие экстрима были прочно заложены в головы людей. Буквально зашиты. С помощью чипа.

До “Арарат” Стас добрался без приключений. Он устроился у столика в глубине зала. Здесь жара ощущалась меньше. Посетителей в зале было немного. Робот-официант мирно дремал в ожидании заказов. Народ в такое пекло предпочитал не выбираться из прохладных катакомб Нижнего города.

Стас нажал кнопку комформатора, подстроил сиденье стула под себя.На поверхности стола нежным зеленым светомпроявился текст меню. Стас, не глядя, ткнул в сенсор напротив окрошки, залез во внутренний карман, достал сложенный вчетверо мягкий монитор и настроился на канал местных новостей.

С тех пор как у руля власти Экологов сменили Технократы, а Совет объявил Эру Прямых Информационных Потоков, никто ужне пользовался мягкими мониторами. Они считались морально устаревшими, но большинство информационных каналов все же поддерживали формат easy-chair. И в видео режиме, и в режиме текста.

Стас принципиально не желал отказываться easy-chair. И не только в силу привычки. Было еще одно обстоятельство, которое заставляла его таскать с собой скатерку мягкого монитора. Он сильно подозревал, что новомодные Прямые Информационные Потокине былибезобиднойданью сибаритству.

Вживляемый микрочип, конечно, большинству землян казался манной небесной. Нужно посчитать расходы - поглядел на цифры и сумма мгновенно всплывает в голове. Захотел узнать новости – дал мысленную команду и нужный канал тут же создаст иллюзию присутствия на месте событий.За детьми следить не надо. Они постоянно под неусыпным контролем Глобального Информационного Центра. Даже если споткнутьсякомпьютер поможет удержать равновесие. Что такое детские глупости нынешняя молодежь вообще не знает. Они, фактически, рождаются напичканные электронной мудростью. Даже капризы и детские пакости, производимые чаще из любознательности нежели из вредности характера, контролировались ГИЦ, четкодозировались и разрешались в пределах границ, определённых психологами.

С чипом в черепе внезапно заболеть-тонельзя. Вовремя продиагностируют, примут меры. Идеальное существование. Мечта идиота.

А уж как о досуге позаботились.Выдался свободный час – в любом месте и в любое время суток любой зрелище. Без билетов, экранов, залов контролеров.Хочешь с эффектом присутствия, хочешь с имитацией старого, так называемого стереофонического кино. Более того, если хватает фантазии, можешь создать свой собственный шедевр. Герои безропотно исполнят все мизансцены, возникающие в твоем воображении. Правда, трафик интерактивного кино пока, все же, оставался роскошью. Но, тем не менее, информационный сервис действительно впечатлял.

Эти дурачки из Нижнего города были вполне уверенны, что Глобальный Информационный Центр из сил выбивается, лишь бы помочь им решать мелкие житейские проблемы. Но Стас-то был уверен, чтоосновная задача ГИЦа – сбор информации и контроль за населением. Как говорилось в официальных документах: “Во имя мира, порядка и благоденствия Земной цивилизации”.

Про себя Стас с легким пренебрежением называл пользователей Прямых Информационных Потоков чипоносами.

В круг его профессиональных обязанностейвходил поиск слабых мест Системыи разработка способов ее взлома. То есть официально Стас числился бизнесменом. Владельцем небольшой консалтиноговой фирмы. Управление бизнесом, маркетинг, анализ рекламных кампаний и тд. и т.п. Это по прайс-листу. Но, реально, консультировал только Совет и решал проблемы Бюро по охране от взлома.

Стас без интереса просмотрел колонку политических новостей в “Утренней газете”. Ничего из ряда вон выходящего в городе не происходило. Экологическая оппозиция снова устроила демонстрацию у офиса представительства Совета. Требовалиотправить, наконец, на переработку полу заросшую свалкув окрестностях Старого города. Поводом для выступлений послужил очередной поджог автомобильных покрышек, валявшихся на свалке уже лет сто пятьдесят.С экологами трудно было не согласиться. Особенно, если учитывать, сколько килокалорий высвободится при переработке искусственного каучука.

Но Представитель Совета Стюайнс с пафосом доказывал, что в бюджете на текущий год средств на переработку свалки не предусмотрено. «Появятся средства – исчезнет свалка. Когда появятся? Мы планируем решение на самое ближайшее будущее. И стоит ли так возмущаться: наличие свалки позволяет проявить себя героям служб безопасности. Именно они образцово-показательно потушили последний пожар всего за восемь минут! Ущерб, причиненный экологии Старого города минимален. Причин для волнений нет.» Стюайнс был круглолиц, обаятелен и убедителен.

“Вообще-то по такой жаре могла полыхнуть вся округа. Ни лесов, ни зверей. Только угли да бродячие шашлыки в паленых шкурах.” - Стас вспомнил сою недавнюю прогулку по городским улицам. На финише дистанции ему даже начало казаться, что до входа в “Арарат” доберутся только тряпки, покрытые слоем соли. Все остальное испариться, повиснет легким облачком над пыльными улицами Старого города и исчезнет в белесой голубизне неба.

Стас бегло пролистал сорок полос “Утренней газеты” и уже собирался переключиться на канал биржевых новостей, как взгляд его остановился на пурпурно-красным заголовке “Еще одно таинственное исчезновение”.

“Вчера вечером двадцатилетняя Джина К, прошлогодняя победительница конкурсаМисс Евразия, отправилась на свидание с “молодежного” уровня №3 и буквально аннигилировала в транспортной капсуле в “трубе”Четвертого уровня. По утверждению соседки, Джина собиралась провести вечер в студенческом клубе “Адамово яблоко”, более известное как “Кадык”, что на уровне №5. Но на стоянку клуба прибыл лишь пустой модуль. Никаких следов молодой девушки пока не обнаружено. Службы Глобального Информационного Центра отказались дать какие-либо разъяснения. Представитель Совета, господин Стюайнс, напротив, дал пространное интервью и настаивал на том, что если бы Мэрия дала согласие на приобретение оборудования слежения Восьмого поколения, ничего подобного не произошло.”

«Стюайнс! Подумать только! Все-таки, эти новомодные евразийские имена совершенно не произносимы. Хотя, в данном случае, имя точно попадает в образ: такое же мягкое, округлое, с лёгким, хитроватым посвистом… Но, при чем здесь оборудование слежения восьмого поколения? »

Вдруг строчки на мониторе рассыпались на отдельные буковки, и их будто всосало в центр экрана.Вместо газетного текста возник человек в небесно-голубом мундире с золотыми аксельбантами игенеральскими звездами на золоченой нашивке. Лица у человекане было. Только темный провал. За это черное пятно над голубым мундиром Савенко окрестилшефа ВБГ. Что расшифровывалось как Всадник Без Головы.

Бесцеремонные вторжения ВБГ сильно раздражали Стаса. Возникало непреодолимое желание сказать какую-нибудь гадость, что-то такое, что заставит шефа почувствовать себя так же неуютно.

-Уже в курсе? – как всегда, не здороваясь, поинтересовалось черное пятно.

-Вы о чем? – Стас сделал вид, что не понял смысл вопроса. Он прекрасно знал, что интересует шефа, но не смог себе отказать в удовольствии подразнить высокое начальство.

-Пятое исчезновение в твоем секторе. Что об этом думаешь?

-Мы человечки маленькие. Нам думать не положено. – Попробовал поюродствовать Стас. Ему нужно было взять паузу: пятое похищение! Пятое, а он, ответственный за положение дел в секторе ничего не знает! Почему информации о четырёх предыдущих не было, а теперь, вдруг, зашевелился высший генералитет всемирного совета? Но шеф мгновенно поставил его на место:

-Это другим не положено. Тебе Совет за мысли платит. За процесс мышления.Не будет процесса, не будет денег.

-Без денег нам никак нельзя.– По инерции Стас еще продолжал придуриваться, но уже включился в работу. – А что Система?

-Ничего. Женщины будто исчезли. Сценарий везде один. Собираются на свидание, садятся в капсулу, дают задание маршрутизатору и на Четвертом уровне контакт пропадает. На конечный пункт капсула приходит пустой.

-Никаких следов?

-Никаких.

Стас на мгновенье задумался.

-Хорошо, нов ГИЦ должна быть информация об их последних днях. С кем встречались, о чем говорили, кто назначил свидание?

-Ничего на них нет. Все данные стерты. Очень чистый и профессиональный взлом системы. Есть мнение, что это какой-нибудь псих из отбраковки космодесанта.

-Возможно. – Идея на счет психа из космодесанта не казалась Стасу реалистичной. Списанные десантники находились под таким контролем, что не только осуществить, но даже задумать похищение, им было почти невозможно. Да и зачем? Тому материалу, что списывают из космоса, уже никакие девушки не нужны. К тому же, космодесант – это в чистом виде агрессия, замешанная на адреналиновой зависимости, а не интеллектуалы – творцы современных технологий.Однако спорить с шефом Стас не стал. Мало фактов, а теории, какими бы они разумными не казались, это всего лишь теории.

-Три дня на все.Материалы по всем исчезновениям пришлю через тридцать минут. Будь в офисе. Наведи порядок в секторе.

-Постараюсь.

-Будь добр. Да, когда, наконец, чип вживишь? А то, когда нужно – тебя не найти.

-Да, все ноги не доходят.– Стас театрально развел руками, но голубой мундир уже исчез с монитора.

“Как же, разбежался,” - подумал Стас. –“Самый короткий анекдот: взломщик с чипом в башке. Все равно, что спринтер без ног. Как искать способы взлома системы, если находишься под ее контролем?”

Стас решил ещё раз просмотреть новости. Но сообщения о пропаже мисс Евразия уже не было. Пропала не только сама мисс, но и новость о её исчезновении. И это называется идеально отлаженная система? Что это за Прямые Информационные Потоки, в которых информация исчезает без следа? Бред собачий…

Робот-официант, не торопясь, подкатил к столику и выгрузил с подноса прозрачную запотевшую тарелку с окрошкой. Но, после общения с начальством, и необъяснимых сбоев в работе ГИЦ аппетит у взломщика пропал окончательно.

Стас вяло покопался ложкой в тарелке. Скорее отдавая дань бережливости, нежели ради получения удовольствия выловил из кваса самый дорогой ингредиент – сметану.

«Вот так и сдохнешь от голода: справа - начальство, слева – духота, а в центре – отсутствие аппетита, дистрофия и анатомический театр. Такое вот грустное представление. И, все же, куда пропадают девушки?»

***

Как одеться: вот в чём вопрос?Сумасшедшему принцу Гамлету было проще Его «быть или не быть» - не больше чем поза. Мальчик, конечно, мучился. Хотя, какой мальчик – тридцать лет? Но, всё равно,его раздирали сомнения. Только выбор подразумевался: естественно, быть. «Не быть» вышло случайно, по причинам от Гамлета не зависящим. Шпага, яд- как мало стоила жизнь в прошлые века. А сегодня… Господи! На кредитке – сущая мелочь. Только купить шпагу и заколоться. Или яд.

Ира страдала набегу. Он опаздывала на встречу и буквально неслась галопомиз деканата в свою квартирку. До свидания всего два часа, а она ещё не умыта, прическа не уложена, а главное, непонятно в чём идти.

С одной стороны, такой приятный молодой человек. Волосы - просто чудо. « Мне бы такие. Кстати, что делать с волосами? Наградили же родителя пегим пухом. Лучше бы уж уродиной родили. По крайней мере, всё было бы ясно. А так … Ну, ладно, что нибудь придумаю. Не в первый раз. Но стиль? Свидание с поклонником лучшей подруги. Полный дурдом. Элегантно, привлекательно, но не вызывающе? Сдержанно, но обольстительно? Просто, как на дискотеку. Мол, пришла оторваться, заодно и поговорим».

Ира влетела в коридор своей квартирки, на ходу нажала кнопочку-застежку. Розовый комплект: джинсики и блузка свалились с тела на пол прихожей.

«Быстро в душ. Что там, у Джинны случилось? Скоро узнаю. Хотя, что с ней может случиться? Самая успешная девочка в Университете. Карьера, поклонники и ёще учиться успевает! Нет, но этот кудрявый – просто прихорошенький. Такой пуся. А лицо мужественное. Ну Джиннка, ну шустряга!»

Ира включила режим ароматического полотенца и, не дав устройству доработать до конца, ещё влажная выскочила из ванной.

Раздумья у крейтора заняли добрых пол часа. Ира оценивала модели, потом свои финансовые возможности, вздыхала и продолжала просмотр виртуальной примерочной.В конце концов, было принято волевое решение в трёх пунктах.

Пункт первый гласил: нельзя скрывать такие ноги даже из чувства товарищества. Нежно-зеленое мини от Дэн Сяо, конечно, было дешёвой американской подделкой, но выглядело вполне прилично: как будто только из Пекина.

Пункт второй сводился к следующему: красивая, пусть и не большая грудь, обязательно должна быть обозначена. И потому пару мини-юбке составила обтягивающая блузка «вторая кожа», чуть светлее тоном,с глубоким узким декольте и прозрачным окошком для пупка: чтобы можно было показать световой писринг.

Пункт третий. Денег на все, как обычно не хватало. Очередной родительский взнос ожидался только через три дня.Поэтому, Ира между туфлями и прической выбрала новую обувь. Что-то приличное уже не купить, но модный, регулируемый телескопический каблук должен был компенсировать явно бюджетное исполнение модели.

«А волосы- просто причешу. Для скромности. А то Джиннка узнает – подумает: вот вырядилась, наверное, отбить хочет. Нет, Жинёнок не подумает. Столько лет вместе…»

Ира вошла в Потоки и быстро проверила время. Было без двадцати двенадцать. Она вспомнила монолог главной героини какого-то старого романа: «Мужчина, как хороший напиток, перед свиданием должен настояться. Чем дольше он ждет, и томиться, тем ярче проявление чувств!». Сама она никогда не понимала: как можно опаздывать на встречу. Тем более, наделовую встречу. Заставлять себя ждать - просто неприлично.

Словом, на маникюр времени не осталось. А всё эта дурацкая возня с выбором дипломной работы. Целый день пришлось потерять в деканате. И вот результат: на свидание она отправляется «как попалошняя».

«Ладно, чёрт с ним!» - Ира промокнула лицо салфеткой-макияжем. Придирчиво оглядела себя со всех сторон в монитор объемного зеркала, - «А, ведь, хорошенькая! Нет, действительно: хорошенькая! Можно сказать: высший класс! Ну, вперёд!»

В «Кадык» она почти вбежала. Чуть задержалась у входа, чтобы отдышаться и поправить прическу.

Самсон приветственно помахал ей от барной стойки. Ира встала на золотистую дорожку транспортёра и медленно поплыла вокруг танцевальной зоны.

-Добрый вечер. Вы на редкость пунктуальны. – Самсон подал Ире руку и помог сойти с транспортёра.

-Скорее, доброй ночи.– улыбнулась Ира.

-Доброй ночи – это слишком похоже на прощание. – возразил молодой человек и улыбнулся в ответ. Его улыбка была обаятельной, но не такой беззащитно-милой, какую он продемонстрировалутром в Потоках. Это была улыбка, уверенного в себе мужчины. Может быть, даже слишком уверенного. – Что вам заказать, Самсонова?

Ира приняла игру.

-«Слёзы марсианки», Самсон. – это был её любимый коктейль. Вкус напитка менялся от глотка к глотку от чуть солоноватого, до земляники с шоколадом. И никогда не удавалось угадать: каким окажется следующий глоток.

-«Слезы марсианки» и чай со льдом.– заказал Самсон бармену.

Ира обратила внимание на руки молодого человека. Длинные сильные пальцы нервно крутили небольшую серебристую коробочку. «Странно» - подумала она – «Сам так спокоен, а пальцы, как паучки, которые рвутся отсюда убежать». Рука, словно услышав Ирины мысли, замерла. Ира оторвала взгляд от коробочки и посмотрела в лицо Самсона.Голубые глаза молодого человека неожиданно стали почти прозрачными, холодными и пустыми, как будто сделанными из куска горного льда. Лёд разрастался, охватывая знобкой прохладой Ирино тело. Она попыталась вырваться, но ледяной панцирь уже сковывал её, лишая свободы движения исил сопротивляться.

***

Остаток дня Стас потратил на изучение биографий и обстоятельств исчезновения, выпавшей из Информационных Потоков, пятерки. Кроме последней жертвы – Джинны никто из девушек ничем особым в жизни отметиться не успел. Слишком молоды. Возраст поиска приключений: двадцать - двадцать один год. Дата рождения, место учебы. Вот и вся биография.

Исчезновения действительно происходили по одному сценарию. Точнее по двум. Все девушки проживали в квартирах двух уровней: Третьего Молодёжного и Пятого Университетского. Все знакомились с неким таинственным молодым человеком,которого никто из приятелей и подруг так ни разу и не видел. Все отправлялись на свидания. На этом месте схема растекалась на два зеркальных русла. Тем двум, что исчезли с третьего уровня, свидание было назначено на пятом. В пресловутом “Кадыке”. Тем, кто жил на пятом, свидание назначалось на третьем. В “Золотой мангусте”. То еще заведение. Но до места встречи ни одна девушка не добиралась. Пустая капсула в паркинге и никаких следов в Глобальном Информационном Центре.

Ничего подобного, между прочим,в принципе, происходить не могло. У всех девиц чип был вшит чуть ли ни с рождения. А, значит, буквально каждыйшаг их не длинной жизнихранился в Банке данных.

Выйти из капсулы во время движения невозможно. В целях безопасности люк блокируется до момента прибытия на конечный пункт маршрута. Вскрыть егоможет только специалист.

Кроме того,на четвертом уровне выходить просто некуда. Там кроме транспортных магистралей – труб - нет ничего.

То, что исчезновение или похищение готовилось тщательно, заранее и одним и тем же человеком, Стас не сомневался.

Во-первых, в информационном плане все девушки перестали подавать признаки жизни за пять – шесть дней до их физического исчезновения.Ни одна ихмысль, ни одно действие, ни одно слово или контакт в Банке данных не сохранились. Либо, последние дни перед исчезновением Система переставала их фиксировать. Либо, эти данные были тщательно стерты. Кстати, на такой фокус ни один “мясник” из космодесанта не способен. Не тот уровень интеллекта.

Странным казалось и то, что в обзор новостей попала только последняя из исчезнувших девиц. Да и то, видимо, случайно. А может быть и нет: мисс Евразия, всё-таки.

Во-вторых, лишь однажды, а именно, перед исчезновением Джинны, свидание назначалось по голографическому видеофону. Это, в принципе, понятно: зачем нужен промежуточный инструмент, когда можно связаться напрямую. Так и следов меньше и свидетелей. Видеофоны сегодня используют только в качестве резервного вариант, например, приболезни. Прием некоторых препаратов снижает эффективность работы чипа.Кстати, нужно проверить, не болели ли чем-нибудь Джинна.

Но и во время этого единственного сеанса связи, когда в комнату вошла подруга похищенной, изображение вдруг испортилось. Пошлипомехи, голограмма рассыпалась, лицо таинственного ухажера растворилось, как у ВБГ. Такие сбои у видеофонов почти столь же невероятны, сколь невероятно откопать живого мамонта.

Отсюда вывод: похититель или похитители прекрасно ориентируются как в современных, так и в старых технологиях. Что ставит на версии «Космодесант» огромный жирный крест.

Во всех остальных случаях жертва и Дон Жуан общались с помощью Прямых Информационных Потоков. То есть через чип.Что наводило на мысль о наличии такого же чипа у похитителя. Иначе говоря, все черные мысли похитителя должны были бы быть мгновенно распознаны Информационным Центром и тут же уничтожены. Мягко, надежно и навсегда. Но этого не произошло.

Логика подсказывала, что задача решения не имеет. А, значит, либо не все факты известны, либо какие-то из известных – искажены. Либо квалификация Стаса не позволяет ему найти то нетривиальное решение, которое нашел преступник. А это, кстати, первый шаг к оценке «профнепригоден» с последующимувольнением.

Стаса не так волновала возможная безработица, как то, что, превратившись из Взломщика в обывателя он будет обязан вшить чип. А перспектива приобщение к много миллиардной армии полу-роботов полу-заключенных его никак не устраивала.

-Прекрасно. – резюмировал Стас потягиваясь и разминая затекшую спину. - Идеально выполненное похищение. Никаких следов, никакой информации, ничего вообще. Однако, не всему же Нижнему городу мозги прочистили? Кто-то мог что-то случайно увидеть? Не в вакууме же, пропавшие, жили. Кто там не успел разглядеть изображение на видеофоне?

Стас, коснулся сенсора главного меню и скользнул указательным пальцем по каналам Банка Данных.

-Ага, вот оно! – На мониторе возник текст итрехмерные иллюстрации вполне приличного качества.Перевод с канцелярита содержательной части, гласил, что Джинна Кристоферсон проживала на Третьем уровне в секторе №17 совместно с Ириной Самсоновой, студенткой факультета журналистики, незамужней, двадцати двух лет от роду. Именно эта недоучившаяся журналистка сорвала видеосеансбудущей жертвы с возможным похитителем.

Стас без интереса проглядел расшифровкуинформации с чипа Самсоновой за последнюю неделю. Смесь из лекций и “розовых пупсиков”. Ничего, чтобы могло помочь в розыске пропавшей.Иллюстрации с интерьером двухкомнатной секции, в которой до вчерашнего дня жили Кристоферсон и Самсонова, также не задержала взгляда. А вот Ирина оказалась премиленькой. Легкие светлые волосы, приятное лицо: выразительные, чуть-чуть навыкате глаза, крупные, немного неправильные, готовыек улыбке губы, аккуратный, слегка курносый носик. Назвать ее красавицей с журнальной обложки, пожалуй, нельзя. Глянцевой, показательной, кукольной красоты у Самсоновой не набиралось и пары грамм. Но красота обаяния присутствовала, в количестве достаточном для того, чтобы сбить с ног любого мужчину.Такие люди, обычно, располагают к себе с первого мгновенья знакомства и не отпускают уже до конца жизни. Если бы она была нормальным человеком, а не чипоноской, с ней стоило бы познакомиться поближе.

Стас вскрыл код Самсоновой и подключился к ее чипу. В “Кадыке” он пару раз назначал свидания и интерьер клуба узнал сразу.

“Да, в излишней сентиментальности Ирочку не упрекнешь”. –Подумал он. – “Только вчера таинственно исчезла лучшая подруга, а она уже развлекается.”

Впрочем, особоговеселья Самсонова не излучала. Скорее обеспокоенность и сосредоточенность.

-Давненько мы не расслаблялись. Уж на пенсию скоро, а жизнь с ее мимолетными радостями остается вне моих скучных обыденных маршрутов. -Стас поглядел за окно. Серые сумерки понемногу поглощали все еще пышущие жаром улицы. Часы показывали половину первого. В клубах Нижнего города ночное веселье вступало в апогей.

-«Пора размять остатки мышцпод радостные звуки!». – С чувством продекламировал взломщик слова из модной в этом сезоне песенки и отправил заказ на самый “отвязанный” вечерний костюмчик из молодежного каталога.

***

Стас вышел на улицу. Стены домов и ошмётки старого асфальта, некогда бывшие улицей, уже начали остывать. Жар еще ощущался, но духота постепенно растворялась в сумерках. Лёгкий ветерок забрасывал маленькими порциями прохладу из недалекого лесного массива. Взломщик скорым шагом направился к паркингуСтарого города. Десять кварталов энергичной ходьбы – отличная разминка перед ночной дискотекой. Мышцы упруго встречали ещё мягкий и податливый асфальт и, отвергая его ватное гостеприимство, несли тело вперед, мимо вяло шуршащих, пыльных листьев, испещренных морщинами стволов деревьев, разрушающихся, давно покинутых зданий.

Город умирал тихо, безропотно, как старик в богадельне. Отпечаток предрешённости его судьбы лежал на фасадах и эркерах, некогда являвшихся гордостью архитектурной мысли. Архитектурная мысль гордилась перед людьми. Люди ушли, и архитектура превратилась в театр, потерявший зрителей. Она могла прожить еще некоторое время сама для себя. Но ощущение радости и красоты уже не несла даже тем нескольким сотням человек, которые сохранили верность Старому городу. Смерть от старости не может быть ни красивой, ни радостной.

Невеселые размышления Стаса прервал крик.

-Леопольд, ко мне!

Взломщик узнал голос префекта Старого города.Префекту давно перевалило за сто пятьдесят, но он своего поста главы города не оставлял. Впрочем, забот у него было немного. Городской бюджет ничего существенного сделать не позволял. Стас со своей липовой конторой являлся основным, а, может быть и единственным налогоплательщиком. Со стороны казалось, что главной обязанностью старика были три прогулки в день с молодым рыжим кобелём колли. В перерывах между часовыми прогулками префект представительствовал в своем ветшающем офисе.И трудно было сказать, что для него было более серьёзной и ответственной работой: возня с собакой или ожидание редких сумасшедших посетителей префектуры.

«Чего его понесло на прогулку в такое время?» - Что-то заставило взломщика изменить первоначальный маршрут. Стас повернул направо в проулок. Именно оттуда из узкой горловины между двумя высотками донёсся окрик префекта. Взломщик и сам не мог определить для себя точно: что именно его насторожило. Причиной было не только странное время, выбранное для выгула собаки.Голос, тревожная интонация, собственные предчувствия или все вместе взятое, но уже через пять секунд Стас перешёл на лёгкий бег. Ни префекта, ни Леопольда видно не было. С каждым шагом сумерки становились всё плотнее.Здания будто высасывали свет из узкой полоски вечернего неба.

-Леопольд Третий! Ко мне!! -В голосе префекта ощущалась неуверенность и страх.Взломщик кинулся в узкую, вытянутую на два этажа вверх, арку.Двор здания был освещен чуть лучше. Во всяком случае, худощавую фигуру старика Стас увидел сразу. Он, успокоившись, перешёл на шаг. Префект стоял к взломщику в профиль и разглядывал что-то в левой части двора. Что именно, Стасу видно не было. Заслоняла стена.

«Наверное, своего ненаглядногоЛеопольда высматривает. Но тогда чего испугался?»

Старик неожиданно резво развернулся и мелкими быстрыми шажочками побежал прочь.

Почти сразу его место заняла туша огромного черного медведя. Зверь стоял на задних лапах и покачивался, угрожающе оскалив клыки.

Легенды о медведях-мутантахСтас слышал неоднократно, но видеть это животное не приходилось ни разу. Он вообще относился к рассказам о кровожадных черных монстрах как к устному народному творчеству. И ошибся. Похоже, старый префект так же не придавал значения слухам.И имел все шансы поплатиться за неуважение к ним.

Взломщик быстро выхватил из кармашка шокер, на ходу привёл его в режим комбинированного воздействия и переключил регулировку на положение максимум. Он не был уверен, что животное можно остановить шокером, но другого варианта просто не было.

Рывок к морде зверя запоздал на десятые доли секунды. Краем глаза взломщик увидел, как тяжелая когтистая лапа смахнула сгорбленную фигурку префекта. Старик взлетел вдоль стены здания почти вертикально вверх. Уже в прыжке Стас услышал глухой удар и одновременно увидел маленькие злые и умные глаза медведя.Черный блестящий лоскут кожи на носу, словно магнитом притянул руку взломщика с зажатым в ней шокером. Короткий щелчок. Едва заметное облачко газа. Зверь сжался в комок, уменьшился, будто по мановению волшебной палочки, и, издавая почти человеческий вопль боли и отчаяния, покатился мохнатым шаром к проёму ближайшего подъезда. Судя по всему, там и располагалось его логово.

Стас не пытался преследовать медведя. Гарантии того, что после повторной атаки шокером зверь станет ещё меньше и беззащитней – не было. Скорее наоборот: преследуемое животное могло оказать отчаянное сопротивление. Если учесть разницу в силе и весе, то шансов не повторить полёт префекта, сводился к нулю.К тому же, по закону, любое физическое воздействие на животных является уголовно наказуемым преступлением. Участие в долгих и бессмысленных разбирательствах никак не входило в ближайшие планы Стаса Савенко.

Проводив противника взглядом взломщик повернулся к префекту. Старик лежалу стены, мягкой бесформенной кучей. «После такого удара, у него, пожалуй, не одной целой кости нет.» Стас пощупал пульс. Синяя жидка на шее вздрагивала быстро и не ритмично.Казалось сердце старика посылало сигналы SOS короткими черточками и точками азбуки Морзе.

Вызывать врачебную помощь из Нижнего города было бессмысленно. Пока прибудут роботы-спасатели, старика останется только отправить в морг. Разрывы и открытые раны взломщика не очень волновали. Токую плёнку самозатягивающегося клея он нанёс сразу, и смерть от потери крови старику не грозила.Гораздо страшнее были переломы и повреждения внутренних органов. Для этих травм требовались препараты, которых у взломщика не было. Их можно создать в крейторе, но ближайший прибор находился в префектуре, в трёхстах метрах от места трагедии.Савенко поднял префекта на рукии, стараясь не растрясти, понёс.

Тело старика казалось невесомым. Сто пятьдесят лет жизни выпарили из него почти всю влагу. Остался только скелет, морщинистая кожа да тот минимум мышц, необходимый для трех прогулок с собакой в день.

Стасу было жаль префекта. Совсем недавно он был на юбилее этого человека. Среди многочисленных гостей Савенко оказался самым молодым. Все остальныедавно перешли столетний рубеж. Какая-то бодрая старушка обратилась к Стасу: «деточка» и сорокалетнему взломщику это не показалось ни обидным, ни противоестественным.

По ходу банкета неожиданно выяснилось, что старик был очень известным поэтом. Известным, лет сто назад. Его величали, то гением мировой литературы, то величайшим поэтом ушедшего бриллиантового века культуры. Старик очень мило смущался, долго отказывался читать свои стихи. А потом, так же долго под аплодисменты их читал.Стас ничего не понимал в поэзии и откровенно скучал, но уйти не мог: не позволял статус почётного гостя. Как ни как: единственныйспонсор префектуры.

Потом поэт, в ответ на дифирамбы сказал мысль, которая Стасу очень понравилась. Он произнёс буквально следующее: «Великими писателями литераторы становятся только после смерти и в единственном случае: если их продолжают читать. А я, как вы все можете видеть, ещё жив. Не торопитесь меня хоронить.»

Дыхание старого поэта становилось все тише и прерывистей. У входа в префектуру взломщикпонял, что хозяин офиса мёртв.

-Всё…- Стас толкнул дверь префектуры. Тяжелая деревянная створка, каких не делали уже лет лвести, с тягучим скрипом отворила проём. – Теперь станет ясно: великий вы писатель или скромный литератор. – сказал взломщик, пытаясь заглянуть в чуть приоткрытые уже потерявшие жизнь глаза старика.

-О, какой приятный гость! Давненько вы, милейший не доставляли мне счастья видеть вас, а главное,беседовать с вами.

Стас изумлённо поглядел на стоящего в дверях префекта.У ног хозяина важно сидел рыжий и бодрыйЛеопольд Третий.

-Проходите, дорогой, проходите. – префект освободил проем и сопроводил приглашениевзмахом руки. – Какая жалость, я надеялся, что он мне еще пару дней послужит. – префект поглядел на растерзанное тело двойника.

«Клон» - сообразил Стас.

-Положите несчастного вот здесь, на диванчике. Я потом уберу. – Префект указал на старый кожаный диван в холле. – И расскажите: какие приключения отняли жизнь у моего второго я ?

Взломщик бережно положил труп клона на потертую кожу. Он никак не мог избавиться от ощущения потери. Как будто растерзанное, с раздробленными костями тело принадлежало не трехдневному клону, погибающему естественной смертью, спустя семьдесят два часа после рождения, анастоящему человеку, префекту Старого города, кумиру юности столетних старушек и старичков.

-Извините, я задумался, - Стас с трудом восстановил в памяти вопрос поэта, - Как ни странно -медведь-мутант. Напал во дворе высотки на улице Пьера Решара.

-Вы верите в эту ерунду?

-Не верил, пока ни увидел.

-Ни увидели что?

-Медведя. Большой, чёрный и очень беспокойный.

-Медведь – это факт. А мутант, милейший мой специалист по консалтингу, по крайней мере, должен иметь источник мутации. Если бы таковой имелся, мутировали не только медведи. Я так разумею, хотя мои стариковские мозги вполне могут давать сбои. Не угодно ли чаю? Кофе? К сожалению, спиртного не пью, возраст не тот,а эти новомодные энергетические напитки я не держу. Просто я их не понимаю. Кстати, вы знаете кто такой Пьер Решар?

-Наверное, ваш коллега – литератор. – Стас украдкой взглянул на часы. Префект заметил брошенный взломщиком взгляд.

-Ах молодость, молодость. Мне бы ваши годы и ваши дела. Я бы тоже летел в Нижний город с надеждой развлечься… - Старик подхватил Стаса под руку и потянул за собой вглубь помещения. – А Пьер Решар, голубчик, был артистом. Довольно неплохим, но, на мой взгляд, чуть однообразным. Во всяком случае, я бы в его честь улицу не назвал. Тем более эту.

Префект обладал редким даром: онумел поправлять чужие ошибки, как бы мимоходом, легко и не оскорбительно.

-Тем более эту? – переспросил Стас.

-Да. У неё, милейший мой, в отличии от артиста, именем которого она названа, дурная репутация. Я бы, на вашем месте, забредал туда пореже. Или вообще обходил стороной. Может быть, там только медведи-людоеды водятся, и никакого источника мутаций нет, но моего клона это, как вы уже могли заметить,не спасло. Так что, направляясь ко мне, старайтесь ходить через центр. Держитесь центра…

Старик заглянул Стасу в глаза, будто пытаясь понять, усвоил ли взломщик сказанное, или требуются более точные формулировки.

-Уговорили. Буду держаться центра. – согласился Стас.

-Вот и отлично. Так вы не ответили: чай или кофе?

- Спасибо, но у меня, действительно дела. – взломщикпротянул руку префекту, хотя понимал, ч то по этикету должен был дождаться этого жеста от старшего. Но время уходило с катастрофической скоростью, а старый поэт мог говорить часами. Он никуда не спешил.

-Очень жаль, что не удалось пообщаться. Заходите в любое время – старик слегка придержал руку взломщика в своей руке. – А с проверкой на величие моего таланта. Я готов ещё подождать. Лет сто. Как вы думаете: не мало ли?

***

“Кадык” не числился в списке самых модных или богемных заведений. Доступность, демократичность и предельная простота нравов. А что, собственно еще нужно студентам, вырвавшимся из цепки родительских объятий. Особенно если учесть, что вместе с родительскими объятьями исчезла и финансовая поддержка.“Кадык” особых требований к кошельку не предъявлял. Пять монет за вход. Тридцать за коктейль. Десять за право на ритмичные конвульсии в танцевальной зоне. Публика здесь собиралась, не обремененная жизненным опытом и не вкусившая развратной прелести упитанного кошелька. Зато любой из завсегдатаев умел за потраченные шестьдесят юников (прим. автора UnitCoin – денежная единица) получить удовольствия на всю тысячу.

Стас у автомата-контролера даже не притормозил. Собственно,и контролер,Стаса проигнорировал. Что называется полный паритет чувств.Платить за вход в Нижнем городе взломщик считал занятием глупым и недостойным. Он-то, как ни кто другой знал, что здесь все рассчитано на “чипоносов”. Их электронная совесть – чип- никогда не позволял совершать поступки, противоречащие общественной морали. У Стаса чипа не было, а, значит, электронная совесть молчала. Своя же подсказывала, что тратить личные сбережения во время выполнения правительственного задания, бессовестно по отношению к себе, а государственные - по отношению к налогоплательщикам.

Едва Стас переступил порог “кадыка” под ногами золотистым светом зажглась дорожка, ведущая в бар. Опоясывая танцевальную зону, она обозначала границу аттракциона “вспотей ритмично” и одновременно служила транспортером для желающих выпить. От бара к выходу в противоположном направлении тянулась зеленая дорожка. Надо думать: для тех, кто уже не был способен самостоятельно покинуть питейное отделение “кадыка”.

Стас особого пиетета перед золотом не испытывал и не без удовольствия водрузил пыльные подошвы своих туфель на сверкающую поверхность. Транспортер двигался неспешно. Этобыло взломщику на руку. Проплывая мимо толпы, Стас спокойно изучал обстановку. С дорожки звуков не было слышно. Они не проникали за пределы танцевальной зоны. Конвульсии танцующих отсюда казались странной пантомимой, неким мистическим ритуалом глухонемых. А дирижировал ритуалом свет. Яркая красная вспышка на сильную долю. Потом дождь мелких зеленых и фиолетовых синкоп. И снова красная вспышка.

Стас знал, что там, за краем дорожки звук был. Звук мощный и беспощадный. Он, как надсмотрщик на древней галере, ритмично бил плетью децибел по извивающимся телам, не давая им остановиться ни на секунду.

Что-то во всполохе очередной красной вспышки показалось Стасу странным. Но он не успелзафиксировать причину дискомфорта и сразу переключил внимание на бар. Там, у стойки мелькнуло знакомое лицо. Зеленые глаза, светлая челка. Это точно была Самсонова. И, как показалось Стасу, не одна. С каким-то высоким кудрявым парнем. Он стоял к Стасу спиной и в чем-то пытался убедить девушку.Самсонова без особого энтузиазма кивала головой. Парень взял ее за руку и потянул от стойки. Нужно было торопиться. По золотой дорожке путь хотя и приятный, но не быстрый. Пока золотая кривая вывезет к бару - и парня и подругу потерпевшей придется искать по всему Нижнему городу. А это сорок восемь уровней.

Стас шагнул в танцевальную зону. Звуки, еще секунду назад, казавшиеся больше предположением, нежели реальностью, буквально ворвались в тело взломщика. И не только звуки. Взрыв басов на сильную долю и вспышка красного шара,коротко сильно били по ноздрям резким запахом дешевой туалетной воды. Фиолетовые и зеленые синкопы –покалывали нежными цветочными ароматами. Стас знал, что “чипоносы”, одновременно с запахами получали и иллюзию вкусовых ощущений. Все это работало синхронно и почти мгновенно вводило в состояние транса тех, кто подвергалсвою нервную системуэтой танцевальной экзекуции. Стас поймал себя на том, чтоего тело стало дергаться в такт энергичной и жесткой мелодии.

До барной стойки оставалась пара метров. Стасвидел, как “кудрявый” тянул вяло упирающуюся Самсонову к пожарному выходу.

-Дядя, хочешь увидеть чудо? – Стас обернулся. Перед ним стояла шатенка небольшого роста. Она слегка покачивалась, но ее колебания не совпадали сритмом музыки.

“Странно” – подумал Стас –“ любое действие чипоноса контролирует компьютер. Они не могут двигаться не ритмично. Это не по правилам.”“Неправильной” была не только шатенка. Рядом с ней еще, по крайней мере, трое ребят выпадали из единого движения танцевальной зоны. Они, покачиваясь как растения под ленивым тягучим ветерком, задрав головы, изучали черноту над собой. Будто хотели увидеть звездное небо сквозь многометровуютолщу грунта. У всех за левым ухом поблёскивали маленькие металлические шарики. «Скорее всего, какой-нибудь, корпоративный знак» -подумал Стас.

-Ну, что? Нравится? – Шатенка потянулась руками к взломщику. Ее облегающий костюм в новомодном стиле секси в самых интимныхместах стал терять цвет. Сначала, сквозь нежную зелень ткани проявились темные соски маленьких, подрагивающих грудок. Потом родниковая прозрачность спустилась по ее, вспотевшему от движения телу, до пупка.

Стас никогда не понимал смысла этих игр импотентов в эротическое шоу. Все инстинкты и реакции“чипоносов” контролировал гигантский электронный мозг. Он же помогал вовремя организовать выброс гормоновв кровь, чтобы в нужное время и нужная пара зачала нужного ребенка.Все эти эротические изыски с одеждой в стиле секси – прерогатива нормальных людей. Тех, кто живет своими мозгами, а не “сидит” на информационной “игле”. Впрочем, зачатия - зачатиями, а мода - модой. Вполне вероятно, что кто-то на модной линии «секси» зарабатывал очень приличные деньги. А Прямые Информационные Потоки- идеальный инструмент рекламы.

А, может быть, всё было не так. Никто не продвигал секси-стиль в Потоках. Подтвердить или опровергнуть эту свою догадку Стас не мог. Да это было и неважно. Но одно он занл точно для любовных приключений лучше искать женщин не старых, но старомодных, с мозгами, а не компьютерные придатки с наличием первичных и вторичных половых признаков.

-Нравится – Стас улыбнулся шатенке и двинулся дальше. Нужно было спешить.

-Стой, ты еще не видел чудо. – Один из троицы звездочетов оторвал взгляд от далекого купола залаи его пустые серо-свинцовые глаза, как в прицел, поймали лоб Стаса.

-В другой раз – попробовал отмахнуться взломщик.

-Другого раза не будет. – Мягко, почти дружески сказал сероглазый.

К атаке Стас не был готов. Последниелет десять драки в Нижнем городе случались так же редко, как дожди в Сахаре. Любая агрессия “чипоносов” пресекалась компьютером на корню. Стас пропустил быструюподсечку, на секунду повис над прозрачным напольным покрытием цвета морской волны и в следующее мгновеньеоказался стоящим, перед шатенкой на коленях. Лицо его упиралось в основание упругого животика. Почти весь костюм девушки превратился в тонкую бесцветную пленку.Темная зелень украшала только стройную голень шатенки.

-Целуй чудо. –приказал сероглазый.

В другое время и в другом месте Стас, возможно, последовал бы этой рекомендации. Но не сейчас. Он ничего не имел против орального секса, но садомазохистские игры с мерами принуждения, противоречил его принципам.

Долг противнику взломщик возвратилстремительно и с процентами. При всем своем пренебрежительном отношении кзавоевателям далеких планет, Стас отдавал должное физической подготовке, полученной им в школе космического десанта.Она привила некоторые навыки общения с индивидуумами, не склонными к излишнему дружелюбию. За шумом очередного звукового удара, прокатившегося волной по танцевальной зоне, хруст колена расслышать было сложно. НоСтас знал: визави, чтобы вернуться к нормальной жизни,потребуется пара суток интенсивной терапии.

Взломщик прыжком поднялся с коленей, заглянул в потерявшие от боли свинцовую непроницаемость, широко раскрытые глаза противника и, нагнувшись к уху с блестевшим металлическим шариком, назидательно произнес:

-Я же говорил: в другой раз!

***

У бара ни Самсоновой ни ее кудрявого спутника уже не было. Но Стаса это беспокоило мало. Отследить девицу с чипом в башке, для него, профессионального взломщика – пара пустяков. Не сложнее, чем напечь “куличей” в детской песочнице. Если вы понимаете: о чем речь.

Он устроился на стуле у стойки и поманил бармена. Только сейчас Стас почувствовал насколько в зале душно. Духота вызывала непроизвольное желаниепринять чего-нибудь прохладительное. Бармен не заставил себя ждать.

-Чего желаем?

-Чая со льдом. Думал: спущусь в Нижний город - отдохну от зноя. А у вас духота похлестче, чем снаружи.

-Есть немного. – Согласился бармен. – Последнее время постоянные неполадки с вентиляцией. - Вчера опять вызывали службу “Чистый воздух”. Парни сказали: пробка в восьмой магистральной трубе второго уровня.

Видно решив, что сказанного достаточно для установления приятельских отношений,бармен, быстро поставил перед Стасом уже налитый стакан чая со льдом, и принялся протирать идеально чистой салфеткой идеально чистый бокал. Взломщик мог дать голову на отсечение, что ему подсунули заказ, от которого кто-то из клиентов только что отказался. Заметив колебанияСтаса, бармен дружески подмигнул и, с видом знатока, заявил:

-Ловко ты его отделал. Такую работу на планете редко встретишь. Космодесант?

-Было немного. – разговоров на эту тему Стас старался избегать.– А что, симпатичная девица, что здесь только что сидела, часто заходит?

-Светленькая? Понравилась?

-Не то слово.

Вдруг на лице бармена появилось выражение растерянности. Он словно забыл что-то важное и пытался вспомнить, но никак не мог. Стас оглянулся, подумав, что бармена выбило из привычной колеи нечто, происходящее за его, Стаса, спиной. Но сзади не было никого, кроме трех сотен тел, бившихся в ритмичном трансе.

-Так эта миленькая блондинка– завсегдатай? – повторил вопрос Стас.

-Какая блондинка?

-Та, что ушла отсюда минуту назад вместе с кудрявым молодым человеком.

-Не знаю. Много тут всяких за ночь проходит. И блондинок тоже. Только пару минут назад здесь вообще никого не было. Что пить будем?

События разворачивались более чем странно. В качестве разминки – драка – дело для Нижнего города за гранью реального. Потом бармен, страдающий внезапными приступами амнезии. Забыть ушедшего пару минут зада посетителя, еще куда ни шло. Но не вспомнить о чае, заказанном тридцать секунд назад – это признак полной профессиональной непригодности. Или сбоя в работе Прямых Информационных Потоков.

-Ну, не было, значит:не было. – Не стал настаивать Стас. Он отодвинул в сторону только что поданный стакани повторил заказ. – Чай со льдом. Лучше натуральный. Если есть.

-Сделаем. – бармен отошел к машине напитков.

Стас достал из кармана скатерку монитора, включился в сеть и запросил данные о местонахождении и маршруте следования Самсоновой. Ответ пришел почти мгновенно: “Данные отсутствуют”.Стас ощутил под сердцем неприятный холодок. Запрос о вчерашнем дне дал тот же результат. Монитор равнодушно выдал: “Данные отсутствуют”. Уже понимая, бессмысленность своих действий Стас запустил процесс сканирование информации в обратной хронологии. Последний выход Самсоновой на информационный контакт оказался датирован первым июня. То есть, две недели, как человек для компьютера не существовал. Две недели не было той самой Ирины Самсоновой, которую он пять минут назад видел своими глазами. Той Самсоновой,информацию о которой еще час назадСтас мог получить мгновенно и в любых количествах. Вплоть до того: какие мысли бродили в ее очаровательной компьютеризированной голове.

-Опоздал! –Стас абсолютно точно мог назвать преступника и имя следующей жертвы. Оставалась сущая мелочь. Найти ответы на несколько вопросов:кто же такой этот похититель, цель похищения и место, куда кудрявый утащил Самсонову. А вот это-то оставалось для взломщика Шестого ранга тайной за семью печатями. Тайной, от которой, зависела жизнь симпатичной блондинки.

Стас метнулся к пожарному выходу.

-А чай? – Крикнул вдогон бармен.

-Какой чай! – отмахнулся Стас.

-Который вы заказали! И ещё «Слезы марсианки»!

- Чай, слёзы?Вы меня с кем-то перепутали. Я не делал заказа!

На лице бармена вернулось то жевыражение растерянности, которое взломщик видел минуту назад. Но Стасу было не до его переживаний.

Тяжелые двери пожарного выхода неохотно раздвинулись, пропуская взломщика на лестницу. Вентиляция здесь работала еще хуже, чем в “Кадыке”. Воздух был спертым, тяжелым и пропитанным пылью. Стас быстро взглянул на пролет, уходящий вниз. Никаких следов. Зато вверх, по пыли была натоптана тропинка. Сказать, что люди часто прогуливались по этим ступенькам было бы большим преувеличением. Впрочем, убирали здесь еще реже. И это было на руку Стасу. Как музыкант читает мелодию по нотам, так и он мог с большой степенью точности “прочитать” по отпечаткам увертюру возможной близкой трагедии. А вполне отчетливых отпечатков было достаточно. Преступник тщательно заметал виртуальные следа, но спрятать отпечатки обуви даже не думал.

Стас, давясь спертым воздухом, бежал по ступенькам и проклинал себя за самоуверенность и благодушие: пока он беседовалс барменом и искал Иру Самсонову в извилинах электронного мозга Глобального Информационного Центра, преступник спокойно тащил девчонку по пыльной лестнице в никуда.

Следы обуви оборвались у запасного выхода к паркингу. Стас выскочил на платформу. Длинный ряд красных огоньков, исчезающий в сумеркахплатформы, сигнализировал: транспортных капсул нет. Где-то впереди, метрах в восьмидесяти от Стаса на шлюзовой камере мигал зеленый свет. Рядом с ним в непонятном танце слились две фигуры. Одна повыше и покрепче. Вторая – миниатюрная – явно принадлежала женщине. Они не то боролись, не то исполняли хореографический атавизм – старинный танец танго. Стасу показалось, что высокую фигуру венчала пышная копна кудрей. Разглядеть девушку при таком освещении и на таком расстоянии он не мог. Но готов был поставить девяносто против десяти, что “танцевали” у шлюзовой камеры те, кого он искал.

-Стой! – Крикнул взломщик и рванулся к паре танцоров. Восемьдесят метров – десять секунд бега. Пустяк, мгновенье. Но именно этого мгновенья Стасу не хватило. Люк шлюзовой камеры закрылся прямо перед его носом. Появись он на платформе чуть раньше, за будущее студентки Самсоновой можно было бы уже не волноваться.

Взломщикв отчаянии пнул полированный металл люка и, прихрамывая, бросился бежать вдоль ряда красных огоньков, беспощадного, как замах палача. Все было кончено. Найти в транспортной трубе человека с отключенным чипом – дело почти безнадежное. Город уходил под землю на сорок восемь уровней. Двадцать четыре из них – транспортные. Тысячи километров труб. Кротовые норы магистралей, в которых без следа могут исчезнуть батальоны дюймовочек.

***

Стас едва не сбил с ног двух, нежно обнимающихся девиц, когда прямо перед ним над шлюзовой камерой зажегся спасительный зеленый огонек. Он рванул ручку люка на себя.

-Что вы делаете?! Это за нами! – Девчонкам с таким хамством сталкиваться не приходилось.

-А поеду я. Извините.

-Вот за это я и ненавижу мужчин. – не столько Стасу, сколько подруге низким интимным полушепотом сообщила одни из девушек.

-Грубые, нецивилизованные животные.- подтвердила вторая.

-Поэтому они и вымирают. – подвела черту первая.

Стас молча закрыл люк и упал на мягкое сиденье. Духота выжимала из его лица крупные капли пота. Он подумал, что напоминает сейчассосульку, растекающуюся под жарким дыханием весеннего солнца.

Набрав на пульте выход в магистральную трубу второго уровня, Стас вновь развернул монитор. Отследить Самсонову он не мог. Но стоило попробовать вычислить маршрут транспортной капсулы, в которой ее увезли. Он знал место отправления и время, когда капсула отчалила от паркинга “Кадыка”. Вывести капсулу из системы управления транспортных потоков кудрявый похититель юных красоток не мог.Капсулы даже двигателя своего не имели. По воле компьютеров ГИЦа и по маршруту, предложенному ГИЦем шары капсул неслись в силовом полетруб, доставляя своих пассажиров из точки А в точку Б. То есть, конечно, каждая капсула комплектовалась пультом, на котором можно было выстроить маршрут. Но скорость передвижения, остановки, ускорения и торможения – все это контролировали компьютеры ГИЦа. Да собственно, мало кому в голову приходило корпеть над хитроумными переплетениями паутины транспортных артерий нижнего города. Большинство просто заказывало пункт прибытия и спокойно дремало всю дорогу.

Вместо ответа на запрос на экран выпал новостной спам. Повторили утреннее выступление советника Стюайнса об отсутствии денег на уничтожение свалки и необходимости закупки новой системы охраны. Мелькнул репортаж со всемирного конгресса экологов в Австралии. Пара светских новостей из виртуальной жизни виртуальных суперзвезд. Взломщика раздражал не столько спам, сколько упорство, с которым раздувались мифы о гениальности несуществующих в природе людей. А сейчас, когда каждая секунда могла решить судьбу настоящего человека из плотии крови, это насильное мифотворчествоего просто бесило. Наконец Стасу удалось прорваться к нужной информации. Капсула с Самсоновой и ее кудрявым похитителем летела по восьмой магистральной трубе второго уровня.

-Так, местностьзнакомая. Где-то мы уже об этой трубочке слышали! – Стас настроил систему на повторение маршрута, преследуемой капсулы. Его вжало в кресло вертикальным ускорением. Подъем на два уровня вверх на такой скорости оказался весьма ощутимым. – Бармен! Точно, он говорил о пробке в восьмой трубе. Вчера, когда пропала Джина- подруга Самсоновой.

Стас запросил информацию об аварийных ситуациях на трубах. За последние полтора месяца восьмая труба отметилась пятью заторами. Причем именно в те дни, когда в Нижнем городе пропадали девушки. Вряд ли это было случайным совпадением. Напрашивалось, по крайней мере, два вывода:

Первый: если заторы связанны с похищениями, то похититель мог их организовывать искусственно. Значит, имел доступ к диспетчерским службам или, что еще вероятнее, работал непосредственно в диспетчерской службе.

Второй: почему восьмая труба? Наверное, именно в ней и именно в месте организованных заторов имелось нечто, позволяющее покинуть транспортную капсулу, и не оказаться сметенным и раздавленным в трубе.

Что это? Заброшенная техническая штольня? Следы каких-то доисторических горнорудных разработок? Карстовая пещера, которую похититель оборудовал переходной камерой?

Капсула с огромной скоростью неслась в магнитном поле трубы, но Стасу казалось, что он двигается слишком медленно. Впрочем, догнать преступника, в полном смысле этого слова, он мог только в том случае, если между ними не было другого транспортного модуля. Иначе вся погоня больше походила на древнее детское развлечение под названием карусель. Где все прибывали к финишу в том же порядке, в каком стартовали в начале заезда. Обгон не запрещался, но был физически невозможен.

Стас запросил схему туннеля восьмой трубы,рабочие чертежи и результаты изысканий. Попутно, вскрыв пароли транспортной службы,вывел на экран трехмерные изображения всехдиспетчеров Нижнего Города.Никого, более ли менее похожего на кудрявого красавца из бара, среди них не было.

-Странно. – Организовать затор, не зная в совершенстве системы управления транспортных потоков,фактически невозможно.

– А почему, собственно, он должен сейчас работать диспетчером. Человек мог сменить специальность. Место работы. Кроме пробок он так же виртуозно ухитряется уничтожать всю информацию о жертвах. Причем делает это легко, буквально мимоходом. Нужно проверить штат локального отделения ГИЦ!

Стас набрал адрес кадровой службы. “НЕТ ДОСТУПА. ЗАКРЫТАЯ ИНФОРМАЦИЯ”.

Если бы девчонка не находилась в руках этого кудрявого укротителя информационных потоков, можно было бы не торопясь связаться с шефом, через канцелярию Бюро по охране от взломов в канцелярию Совета направить официальный запрос. Недельки через полторы скрупулезно составленная справка непременно упала бы в офис Стаса. Но за полторы недели человеканетрудно разложить на атомы и вернуть обратно, всостояние близкое к исходному. Или не вернуть.

Стас сто раз пожалел, что месяц назад сдал Совету три последних разработки взлома системы. Начальство срочно требовало отчет, иначе Совет грозился срезать финансирование по региону. Эти ребята наверху только с запросами тянут по неделе. Зато с отработкой защиты действуют оперативно. Наверняка все три методики уж блокированы. А они бы сейчас весьма пригодились.

-Теперь девочки не будет, зато зарплата останется. Своевременный отчет- залог спокойной жизни. – Стас вспомнил, как потчевал аттестационную комиссию. Налетели тогда ясны соколы. Восемь человек важных чиновников. На него одного. Впрочем, довольно милые дядьки. Все сплетничали о высших сановниках Совета. Пытались произвести на него, Стаса, неизгладимое впечатление. Казалось бы: зачем растрачивать силы на простого оперативного сотрудника, практически рядового взломщика. Ан нет… Страшный это коктейль: снобизм, замешанный на неудовлетворенных амбициях…

Между прочим, они что-то рассказывали о руководителе управления кадров ГИЦа господине Купере

-А это мысль! – Любимую внучку кадровика звали Мэри. Члены комиссии еще отпускали двусмысленные и сальные шуточки о нездоровом чувстве, связывающем дедушку и внучку. Идиоты, какие могут быть нездоровые чувства под контролем компьютера? Разве что у системы “крыша” съехала. Впрочем, дедушка, скорее всего к Потокам подключен не был. Да и о внучке мог позаботиться вполне. Стаснабрал пароль: “MaryCooper”. Весь экран заняли привьюшки с изображениями сотрудников ГИЦа.

– Кажется, дедушка Купер и вправду не без греха…

Стас изучал портрет за портретом. Вслушивался в голоса, представлявшие каждого сотрудника Информационного Центра. Все впустую. В центре не было ни одного человека с пышной кудрявой шевелюрой.

-Все, пора в отставку. – Савенко едва успел закончить фразу, как страшный удар выкинул его из сиденья и припечатал к панели управления.

– Станция конечная. – по рассеченной щеке текла теплая струйка крови.

Стас переключился на диспетчерскую линию. Восьмая труба была намертво перекрыта пятью капсулами. Приблизительно в двух минутах полетаот места столкновения, не сбавляя скорости, двигались еще три транспортных модуля.

“Странно,”– Подумал Стас. – “по всем правилам при аварийной ситуации силовое поле в трубе сразу отключаться.Любое движение мгновенно замирает.”

Однако, полторы тонны металла стремительно неслись к затору.

Пора выбираться из этой мясорубки. И, по возможности, шустро.– Три секунды спустя, вскрыв код шлюза, Стас выпал в трубу. Он почти физически чувствовал приближающий удар. Если невыскочить за пробку, то шары транспортных модулей размажут взломщика по стенкам трубы.

Зазор между капсулами и сводом трубы сантиметров сорок. Первое препятствие удалось преодолеть в пару секунд. Стасвыпрыгнул вверх, в полете оттолкнулся ногами от гладкого бока, покинутого им модуляи рыбкой нырнул по покатому, чуть шероховатому корпусу впереди стоявшего шара.

А дальше Взломщик сплоховал. Нарастающий свист и шквальный порыв ветра заставили его торопиться. Нервы подвели. В прыжке Стас промахнулся и рухнул вниз, туда же откуда пытался вырваться.И только после этого падения сообразил, что при включенном поле должен был погибнуть, едва выйдя в трубу. Значит, по крайней мере, непосредственно на месте пробки поле было отключено. Кто-то очень точно сработал, вырубив силовую подстанцию на этом участке пути.

-Повезло – У Стаса возникла необъяснимая уверенность, что теперь с ним ничего страшного не случится. Со второй попыткион протиснулся через шершавый горб третьего транспортного модуля.

Удар застал взломщика на крыше очередного, четвертого препятствия.

-Все – Мелькнуло в его голове. Взломщика легко как щепку в горном потоке, крутануло в воздухе и кинуло вперед.. Следующий шар вздыбился под Стасом и все своей массой безжалостно впечатал его в металл трубы.

***

-Вот она, какая – смерть… - Страха взломщик не испытывал. Было только удивление. Он летел в темноте. И чувствовал себя птицей в космосе. В космосе без звезд. Впрочем, мгновенье спустя звезды появились, а полет неожиданно прервался. Череп жалобно хрустнул. Боль как стрела пронзилатемя, прошила насквозьпозвоночник и застряла где-то между пятками и коленями.

Звезды обильно, как в июльскую ночь на юге, мчались мимо глаз взломщика, а тело вяло и беспомощно сползало по мраку, внезапно обретшему холодную колючую твердость.

Для смерти все происходящее было слишком жестоко и обыденно. Никаких поющих ангелов, никакого золотого сияния в конце туннеля.Только зазубрины каменных лезвий, с наслаждением вскрывающие тонкий панцирь одежды, кромсающие кожу, стремящиеся вырвать мясо из тела. Живого тела!

-Живого! – Стас выкрикнул это почти с восторгом. Так, наверное, Архимед кричал “Эврика!”.

-Ивого –вого –го –го –го. – расхохоталасьв ответ темнота, унося радостное, многократно отраженное “го” все дальше по неведомому Стасу пути.

Взломщик почувствовал под ногами опору и, пошатываясь, сделал шаг. Звезды растворились в черной пустотепещеры. Осталась только одна. Она, нервно подрагивая, медленно удалялась вслед за эхом.

Стас тряхнул головой. Движение отозвалось резкой болью во всем теле, но странная одинокая звезда по-прежнему танцевала впереди.

“Фонарик” - дошло до Стаса. Он двинулся вслед за удаляющейся “звездой”. Высоко поднимая ноги, чтобы не споткнуться и осторожно опуская их, чтобы не провалиться в невидимую яму, которая могла поджидать его - очередного идиота из отряда искателей приключений.

Расстояние между фонариком и Стасом медленно сокращалось. Уши взломщика стали улавливать тяжелое дыхание и невнятные стоны.

-Не уйдет гордый абрек, похититель невест.– Полушепотом подбадривал себя Стас – Женщину по жизни тащить – развлечение для экстрималов. А уж по пещере так вообще полный съезд крыши. Лучше бы гирю спер. Все бы легче было. А мы – налегке. Не обременены ничем, кроме профессиональных обязанностей. Догоним.

Стас поймал себя на том, что говорит о себе во множественном числе. И это как бы добавляло уверенности. Казалось, что в преследовании по темной незнакомой пещере он шел не один, а значит, было на кого положиться в случае непредвиденных обстоятельств.

Вдруг бесконечность черноты сжалось и вокругфонарика растеклось большое серое пятно. По пятну,подрагивая как от холода, заблестели серебристые искорки.

“Звезды,” –догадался Стас.– “настоящие. Выход!”

Он ловил разбитыми губами воздух, желая скорее ощутить знакомую прохладную чистоту летней ночи. Но,чем ближе подходил взломщик к выходу, тем сильнее и отчетливее ощущался тяжелый, смрадныйзапах помоев и горелой резины.

“Не девушки с букетами роз поджидают меня у входа. И экскурсию на парфюмерную фабрику это напоминает мало.” –Подумал Стас. -“Пора возвращать к власти экологов. Ой, пора!”

Тему смены правительствадовести до логического завершения помешала яма. Вернее не яма, а дыра в преисподнюю.Камень, которому Стас вежливо уступил дорогу вниз,долго и нудно бился о стенки расселины. Завершающего удара о дно взломщику услышать так и не удалось. Возможно, булдыган прошел Землю насквозь и вывалился где-нибудь в Южной Америке.

Стасу повезло меньше. Его путешествие прервалось почти мгновенно. Расселина подавилась 48 размером взломщика. Он ей оказался не по зубам. Великоват кусочек. Раскаченная постоянными физическими упражнениями грудь Стаса намертво, как пробка в старинной винной бутылке, заклинилась между двух острых закраин.

Положение было сколь трагично, столь и унизительно. Ноги болтались над бездной. Руки без особого успеха искали опору. Сделать глубокий вдох было невозможно, а выдох – опасно.

Осторожно, кактело любовницы, изучая на ощупь каждый миллиметр скалы, Стас стал выползать из бездонного провала.

Ему показалось,что он не дышал так долго, что разучился дышать вовсе.Распластавшись на холодном камне, Стас машинально поднял руку, пытаясь разглядеть циферблат часов. Он и сам не мог понять: зачем ему это понадобилось. Раритетный Twincept прохладной струйкой соскользнул с запястья и отправился путишествоватьв бездну. Самостоятельно, без хозяина. Минуту назад такой расклад Стаса вполне бы устроил. Но сейчас ему отчего-то стало очень обидно. Часам доходила вторая сотня лет, а шли они с изумительной точностью. Правда, трудно было доставать элементы питания. Но эту проблему взломщик решил довольно легко, лишь чуть-чуть изменив конструкцию часов под новые миниатюрные аккумуляторы. Пластиковый корпус требовал периодического обновления: обламывались ушки крепления к браслету. Только Стас так сжился с семейно реликвией, что на все эти мелочи эксплуатационного неудобства, давно не обращал внимания.Часы воспринимались им как часть тела, которая иногда побаливала, но вполне поддавалась лечению и ампутации не требовала. И вот её не стало.

-Ну, гад, за это я из тебя душу вытряхну. – Угроза относилась, конечно, не к расселине, а к кудрявому похитителю дам.

Подчиняясь внезапному порыву злости Стас поднялся и, чуть пошатываясь побежал к выходу. Он спешил, понимая, что отыскать кудрявого на поверхности значительно сложнее, чем в транспортной трубе или в пещере. Наверху можно идти, что называется на все четыре стороны.

Вырвавшись на свободу, взломщик остановился.Пейзаж, открывшийся его взору был фантастическим и унылым. Точнее: фантастически унылым. Такой обычно изображали в фильмах о конце света. В серые, июньские сумерки, сколько хватало взгляда, уходили холмы старого, не переработанного мусора. Сопревшие, бесцветные тряпки, перемешанные с пластикоми обломками железобетона. Кое-где, хаотичными грудами или неправильными, кривыми колоннами,чернели стертые покрышки. Последнее свидетельство, царившего некогда на планете транспортного средства с названием “автомобиль”.

“Это точно не парфюмерная фабрика. Это свалка. Именно та, которую требуют уничтожить экологи!” - Стас гляделся по сторонам. Около одной из резиновых колонн ему почудилось движение.Не выбирая дороги, проваливаясь по колено в рыхлое, зловонное тело свалки,взломщик кинулся вперед.

Несмотря на многочисленные подножки, которые судьба ставила взломщику сегодня, в целом она не изменила своего благосклонного к нему отношения. Стас оказался около кудрявого в тот момент, когда по отполированной дорогами и временем резине поползли рыжие с голубым отливом язычки пламени. Покрышки, составленные двухметровой колонной, разгорались нехотя, словно раздумывая: стоит ли так бездарно превращаться из арте-факта в пепел.

Кудрявый обернулся на шум, быстро выдернул из кармана какой-то серебристый приборчик и направил его на Стаса.

-Ты что? Ты это как? – Растерянно лепетал кудрявый, судорожно нажимая набольшую зеленую кнопку в центре коробочки.

-А вот так. – Стас одним ударом выбил из рук противника прибор.

-Ты пожалеешь! Не знаешь: куда влез! – Противным фальцетом запищал кудрявый.

-И хорошо! – Кулак Стаса жестко вошел в тонкие губы.Противник от удара потерял равновесие и, отлетев метра на полтора, упал навзничь.При этом великолепные золотистые кудри отделились от головы преступника, на мгновенье зависли в воздухе и мягко спланировали к ногам Стаса. Это лицо взломщику было знакомо. Шалунв картотеке ГИЦа присутствовал. Правда, в натуральном виде. Т.е. без признаков растительности на черепе.

-Лысый, где девушка?

-Ты труп! Труп! – Противник бился в истерике. – Я сказал!

-Что-то здесь смердит. Не ты ли? – Сказал Стас и отвернулся. Это животное - король помойки опасности для него не представлял.

Из горящих покрышек послышался тихий стон. Взломщик кинулся к покачивающейся огненной колонне и ударом плеча развалил ее на десяток колес-факелов, покатившихся вниз по склону.

Чадящий фейерверк открыл миниатюрную фигурку Ирины Самсоновой. Она покачнулась и селабез сил на горящую покрышку.

***

Знакомый голубой мундир с генеральской звездой занимал пол монитора. Черное пятно над ним покачивалось в такт рассказу Стаса. “Всадник без головы” слушал доклад очень внимательно.

-Неплохо, Савенко, неплохо. – начальство никогда не было слишком щедро ни на похвалу, ни на премии.Это “неплохо” по шкале поощрений фактически приравнивалось к ордену “За особые заслуги”. Только взломщикам орденов не полагается. Взломщик- человек работающий на систему, но живущий в не ее. А потому,доверия не заслуживающий.

-Однако, причем здесь старые покрышки? – Черное пятно над голубым мундиром на секунду прекратило раскачиваться.

-Все просто, шеф. В покрышках при горении создается очень высокая температура. Сгорает все. Без остатка. Тряпки, тело, кости. Микропроцессор просто испаряется. Человек исчезает без следа. Становится частью пейзажа.

-Значит она испарилась… -Генерал говорил тихо и ровно.

-Чуть не испарилась.– Поправил Стас

-Чуть… - повторил за взломщиком Шеф. Потом. Уже обычным своим уверенным и холодным тоном добавил, - Пожалуй, придется ускорить решение о переработке свалки.

-Да, уж, - согласился Стас – пользы от нее никакой.Только вонь.

Черное пятно неожиданно качнулось к Стасу. Казалось, Шеф вот-вот вывалится из экрана ипочтит своимприсутствием скромный офис взломщика. -А каконблокировал связь?

-Тайна сия покрыта мраком есть. – Стас твердо решил не сдавать серебристую коробочку начальству. Самому пригодится. – Был у этого гада приборчик. Толькоего спасти не удалось. Сгорел.

-Жаль. – В этом слове было столько искреннего сожаления, что Стасу на миг показалось, будто черное пятно стало терять свою загадочную непроницаемость и на антрацитовом овале проявились серые пятна: излишне длинный нос, невыразительная параллель тонких губ, чуть оттопыренные уши. Это продлилось буквально мгновенье. После чего серое вновь стало черным. – он бы помог ответить на многие вопросы.

-А разве из мозгов маньяка ничего не удалось выудить? – С наивным видом спросил Стас.

-Ты уверен, что он маньяк? Впрочем, не важно. Идиоты чистильщики при нейтрализации стерли все. – Голубой мундир расстроено махнул рукавом. Но, почувствовав подвох в театрально-искреннем сочувствии Савенко, шеф быстро перешел в наступление:– Когда, наконец, выполнишь приказ и имплантируешь ЧИП? Четыре часа не мог выйти с тобой на связь.

-На днях, я думаю. Воттолько закончу отчет и сразу на операцию. – Браво отрапортовал Стас. Он давно понял, что спорить с чиновниками из Совета – пустая трата времени. Однако, человек уровня шефа должен был бы сам догадаться, что будь у Стаса в голове вместо мозгов железяка, догорал бы он сегодня на свалке. И шеф наверняка догадывался. И мирился с вязким сопротивлением Стаса не в силу слабости своего характера, а из-за понимания абсурдностирегламента, требовавшего от всех служащих аппарата ношения чипа. Даже от взломщиков.Так бывает всегда, когда система вступает в противоречие с разумом.

-Да, эту девицу, Ирину, возьми к себе на работу. Пока не утвердили штатную единицу будешь платить из своих. По тесту ГИЦ у вас коэффициент делового соответствия 9,87. Сработаетесь.

Экран погас.

“Очень мило: вместо награды – “колпак”. Ловко они придумали: вместо чипа – подсадить шпионку, соглядатая. Теперь придется ее терпеть рядом с собой, улыбаться, да еще и зарплату платить. Я что Ротшильд?”

Савенко свернул монитор и убрал в стол. Он подумал, что не плохо было бы смотаться в отпуск. Стас вполне заслужи небольшой отдых где-нибудь подальше от людей, в прохладном и интересном месте. Скажем на Камчатке. Охота, рыбалка вулканы и тишина. «Кстати об охоте. Нужно разобраться с медведем. Старик префект прав: если медведь мутант, то должен быть источник мутации. И он угрожает всем. А зверь явно отличается от всех описанных в научной литературе сородичей. Но это уже не сегодня.»

Стас поднял руку и с тоской вспомнил, что любимого подарка деда у него больше нет.

“И с пещерой тоже разберусь. Может и часы отыщутся. Заодно разберусь: как преступник выбирался из капсулы. Не мог он рисковать, как я. Слишком всё тщательно продумывал”.

Эпизод второй. Банковская комбинация

Стас развалился в кресле и, задумчиво почесывал трехдневную щетину. Он не бездельничал. Он был занят серьезным общественно полезным делом: пытался, гипнотизируя белесое от зноя небо, заглядывавшее в окно офиса, силой мысли вызвать грозу. Но либо было мало силы, либо не хватало мысли, только гроза никак не вызывалась. Вместо грозы появился раскормленный на объедках здоровенный бурый медведь. Он через теплопластик окна внимательно оглядел полупустое помещение, Стаса и, не обнаружив ничего заслуживающего внимания, вразвалочку удалился. Некоторое время было слышно цоканье когтей об асфальт. Но скоро исчезло и это эфемерное свидетельство реальности существования нежданного гостя.

-приятно, что медведь бурый. Не чёрный. Любопытный, но не агрессивный. Типичный попрошайка. И охота нему в такую жару, такой шубе бродить по городу.

Сочувствие к зверю вызвало приступ страшного зуда на небритых щеках. Стас давно бы привел свою физиономию в порядок. Только в самом ближайшему будущем, может быть даже сегодня, ему предстояло решить сложную задачу: с первой попытки внушить непреодолимое чувство отвращения вполне симпатичной особе женского пола. Той самой Ирине Самсоновой, которую он неделю назад вынул из горящих автомобильных покрышек.

Пренебрежение, с которым бурый бездельник оглядел офис Савенко, заставило Стаса забыть о сеансе гипноза грозы и надвигающейся угрозы со стороны новоявленной помощницы – Самсоновой. Медведь был прав: в помещении ничего лишнего не было: кресло, стол, взломщик и стены.

-Интересно, что через пару тысяч лет археологисмогут сказать о ныне живущих? -Стас не удержался и с наслаждением принялся скрести ногтями зудящие, потные щеки. - А ведь буквально ничего. Портреты цивилизации восстанавливают по черепкам, остаткам предметного мира. А у нас все предметы одноразовые. Сложили молекулы – пожалуйте: кресло или костюм. Снял костюм и он снова рассыпался на молекулы.Умри сегодня все и черепков не остается. Нашего мира вроде как вовсе не было. Забавно, может и медведя за окном не было, и духоты июньской нет и я не существую.И шефа нет, и чиновников из Совета, и красотки Самсоновой не существует в природе. Все это лишь иллюзия. Россыпь молекул в космическом пространстве.

Видеофон жалобно пискнул. Стас нехотя нажал на кнопку пульта.

-Легка на помине. – Большие, чуть навыкате зеленые глаза не давали повода усомниться в том, что контролер прибыл. Самсонова была до крайности возбуждена и это сразу заметно.

«Наверное, встретилась с медведем» - Стас нехотя нажал кнопку, дверь открылась и соглядатай Совета буквально упала в офис. Самсонова по инерции размахивала руками, и в маленькой комнатке разу стало тесно.

«Для этого помещения нас слишком много» - меланхолично прикинул Стас – « Если не удастся ее выжить, то придется искать новый офис. А это лишние хлопоты и дополнительные расходы. Интересно: Совет профинансирует наш переезд, или, как обычно, предоставит мне все решать за свой счет?»

***

- «О-о-о, да он старый!» – Ира Самсонова не любила разочарований. Но любила помечтать. Когдав деканате ей предложили написать серию материалов о работе консалтинговой фирмы, она с радостью согласилась. Ей представлялся огромный офис, с самым современным оснащением, десятки сотрудников, естественно, очень умных и красивых.А уж хозяин должен был быть просто суперменом: гением с фигурой атлета. То, чем обернулись мечты в реальной жизни, нельзя было классифицировать как разочарование. Крушение надежд! Смерть на взлете! Хуже, разве что оказаться на необитаемом острове и без косметички.

Иру сразу насторожило то, что офис располагался не в деловом центре престижного Одиннадцатого уровня, а в Старом городе. Но, это можно было списать на любовь к экзотике или на оригинальный рекламный ход. Такси поймать, естественно, не удалось. Транспорт в Старом городе – дело глубоко убыточное. Кого возить? Три сотни дураков, которым не по пути с цивилизованным человечеством? Пришлось тащиться пешком. Все вокруг запущено до невозможности. Какие-то дурацкие каменные коробки с дырамивыставленных окон. Ни одного человека.Дорогу спросить не у кого. Хорошо, хоть ГИЦ помог, а так бы плуталав этих кучах мусора, которые почему-то, называют Городом.

И воздух! Просто ужас! Пропитанная пылью духота улиц вызвала у Ирины чувство смутное, но не приятное. Она и сама не могла объяснить почему, не прошедший фильтры, переполненный десятками малознакомых запахов воздух Старого города казался ей пугающим и отвратительным. Но ощущение постоянной опасностине оставляло ее всю дорогудо невзрачного желтого домишки, над крыльцом которого мерцала убогая табличка «Промышленно-консалтинговая фирма «StaS». Уже,у самого крыльца предощущение неприятностей материализовалось в нечто здоровенное, заросшее волосами, двигающееся на четвереньках, громко сопящее, с кустом без листвы на голове. Чудовище в упор поглядело на Ирину, раздвинуло мясистые губы и, продемонстрировав два ряда крупных желтоватых зубов, и неспешно двинуласьк ней.

Ира отчаянно размахивала руками, пытаясь заставить электронику открыть дверь. Но проклятущий механизм абсолютно не реагировал на ее энергичные манипуляции. Зато отреагировало чудовище. Оно перестало двигаться и с видимым интересом наблюдало Ирин танец. Это нисколько не успокоило девушку. Одному Богу известно, когда эстетическое наслаждение от балетных па потребует у чудовища подкрепление вкусовыми ощущениями. Оказаться превращенной в жвачку этими страшными желтыми зубами Ира вовсе не желала. Она отчаянно барабанила по двери и по стене, рядом с ней, пока чисто инстинктивно ни схватилась рукой за выступ на двери. Что произошло она не поняла, только створка легко поддалась, и открыла путь в маленькую и плохо обставленную комнатку.

После таких переживаний Ира в праве была рассчитывать, хотя бы ласковый прием в офисе. Однако и в «StaS»ничего, сколько-нибудь похожего на картинки из мечты не было. Невыразительная вывеска с абсолютной точностью повторяла содержимое помещения. Из мебели: простенькая модель стола за 300 юников. Такую мебель и в общежитии поставить стыдно. Кресло в стиль столу. Из устройств: старенький миклиматор и крейтор, такой древний, что обнаружить на нем отпечатки пальцев питекантропа не было бы чудом. Но больше всего Иру поразила скатерка мягкого монитора. Современные люди могли использовать подобные вещи только для того, чтобы разложить завтрак на пикнике или постелить у входа в квартиру – ноги вытирать.

Сначала Ира подумала, что это холл, а выбритый на лысо мужик в потертом кресле – консьерж, охранник или, в лучшем случае, секретарь. Но никаких дверей, кроме тех, в которые она только что вошла - не было. Значит, не было и иныхпомещений. Логика подсказывала, что и должность секретаря штатным расписанием фирмы не предусмотрена. То есть небритый и неприятный тип в кресле, являлся директором, консультантом, объектом интервью и хозяином убогого офиса в одном лице. Даже не в одном лице,а в водной лысине.Лица-то как раз из-за монитора видно не было. И, судя по тому, с каким упорством лысина пряталась за Easy-chair-монитор, он и с этим убогим средством коммуникации справлялся с трудом.

Ира поняла, что она ненавидит деканат, университет, журналистику, Старый город, но больше всего этого долдона, который должен стать героем её материалов.

В ответ на «Здравствуйте» лысина пробубнила нечто нечленораздельное, что можно было трактовать и как приветствие и как предложение очистить помещение.

- Старый, да еще и хам. – Подытожила Ира негромко, новслух. Руки с монитором медленно опустились, освобождая пространство для взгляда спокойных серых глаз.

-Я тоже рад вас видеть. – Этот тип за столом намеренно делал все, чтобы вывести Иру из себя.

-Самсонова Ирина. По поводу статей. Вас должны были предупредить.

- Меня регулярно о чем-нибудь предупреждают. – Серые глаза смотрели с нескрываемой издевкой.

-Ну, знаете! – Ира была готова разреветься. – Явсе бросила, тащилась сюда пешком! Там жара и воздух не фильтрованный. Он для здоровья вреден.Меня, в конце концов,чуть не съели. А вы так разговариваете…

-Чуть не съели? – Лысый, казалось, заинтересовался этим приключением Иры.

-Да! Здоровый такой, с кустами на голове!! – Ира подняла над своей голой руки и растопырила пальчики, изображая кусты на голове животного.

-А… - разочарованно протянул лысый и снова уткнулся в монитор. – я думал: что-то серьезное. Это лось. Коля. Фактически ручной. Он людей не ест. Он ест помойки.

-На нем это не написано. – Ира чувствовала себя очень глупо. Мало того, что она перепугалась насмерть, так еще оказалось, что перепугалась какого-то ручного лося.

-Извините, здесь не все подписано. Кое-что бродит само по себе. Без инструкции - равнодушно пробурчал лысый. - Кстати, вам ногти не мешают?

-Кстати – нет! – Ногти были Ириной фишкой. Она на уход за этими розовыми лепестками тратила пол стипендии и чрезвычайно ими гордилась. Элегантно вытянутые, с чуть заострёнными кончиками идеальные по форме. Четыре сантиметра эталона красоты. Причем свои, не искусственно выращенные.Ей дажепредлагали снять руки в рекламе крема и лака для ногтей с моделируемыми картинками. Но Ира отказалась. Зачем? Ноготки она холила для собственного удовольствия. Если портилось настроение, ей достаточно было поглядеть на пальчики, и мрачные мысли сразу исчезали. Все девчонкив университете завидовали её ногтям. Даже Джинна - мисс Евразия прошлого года - Ирина соседка по комнате, глядя на руки подружки, вздыхала: «Мне бы твои ноготки, я бы стала мисс Мира!» Кстати её уже недели две нет. Опять на какой-то конкурс укатила. И опять никого не предупредила. Боится сглазить.

-Ну нет, так нет. Работать с такими ногтями нельзя, а мальчики на дискотеках на них отлично ловятся.

Это уже было хамством высшей пробы.

-Я пойду. – Ира решительно толкнула дверь.

-Ага. Идите. Но осторожно. Там еще медведи-мутанты ходят. Чёрные такие. Примерзкие твари, должен вам сказать. Характер отвратительный.

-Хуже, чем у вас? – не утерпела Ира. Но лысый пропустил её колкость мимо ушей. От чего показался Самсоновой еще более неприятным.

-Правда, людьми они предпочитают ужинать. Ещё ходят не подписанные волки. Они питаются преимущественно объедками. Но, чёрт знает, что им в голову взбредёт. Впрочем, днем и в такую жару они почти безопасны. Вот с тиграми леопардами лучше не шутить. Кошки, знаете ли, такиенепредсказуемые твари. И что интересно: раньше они здесь не водились. А теперь – просто прохода нет.

-Что мне делать?- Ира поняла, что положение ее не просто бедственно, но буквально, безвыходное.

-Не знаю. Можете, например, выпить кофе. Он у меня настоящий. Не та будра, к которой вы привыкли в Нижнем городе. – Лысый ткнул пальцем в сторону подоконника. Там стояло какое-то приспособление, от которого распространялся гипертрофированно сильный,запах кофе.

-Спасибо, я бы предпочла«колу».

-Заказывайте. – Милостиво согласился лысый и, снова ныряя в информационный омут монитора, добавил:– Да, если вам любопытно: старого хама зовут Стасом Савенко.

***

«Жаль, но эту милашку придется выживать.» – Стас украдкой, поверх монитора бросил взгляд на непрошеную гостью, склонившуюся над пультом настройки крейтора. Легкий облегающий костюмчик из белого протохлопка –мини-юбка и жакетик - нисколько не полнил стройную фигурку. Нежно-зелёная, в цвет глаз блузка с голографическим мультиком. Стас узнал одну из последних серий про семейство Глоубов. Мультик был довольно глупый. Но без звука, как сейчас, смотреть его было можно. Тем более, что действие разворачивалось на груди гостьи и это давало вполне невинный повод полюбоваться совершенством её фигуры.Наверняка вся эта амуниция обошлась Самсоновой не в одну стипендию, и обняла гостью не случайно. Журналистка, пожалуй, не один час провела, выбирая фасон. Хотя по такой погоде можно было обойтись и без жакета. Но она стремилась быть неотразимой и произвести впечатление. Столько, натерпелась, бедная дитя подземелья, и все труды насмарку. Стас решил, что единственный способ избавиться от Самсоновой навсегда – дать ей возненавидеть, Старый город и все, что здесь обитает: от мух до крокодилов, а, главное, его – взломщика Системы шестого ранга Стаса Савенко. Впрочем, если честно, крокодилы в этих широтах не водились. Так что, хуже взломщикатвари в Старом городе не было. Разве что медведь-мутант.

Стас считал, что в жизни лучше перестараться, чем недоработать. Иметь в офисе соглядатая - глупо и неприятно. Особенно для профессионального взломщика его квалификации. А в том, что Самсонова отправлена с единственной целью: следить за ним, Стас убеждался все больше и больше. Девушка явно не помнила ни его, своего спасителя, ни событий недельной давности, когда он едва не превратилась в плазму в объятиях старых автомобильных покрышек. Раз так, то стоилосразу обрезать все возможные варианты совместной деятельности в дальнейшем. Чтобыпотом не мучить ни в чем не повинную девочку и не создавать производственные проблемы себе.

-Он сломан. – Обиженно заявила Самсонова и сердито поглядела на Стаса. Девушка наверняка была убеждена, что взломщик специально отправил ее к неисправному крейтеру, чтобы поиздеваться.

-Что вы говорите? – Изобразил удивление Стас, не отрываясь от монитора. Он решил, не разрушать вполне сложивший образ невоспитанного дикаря.

-Наверное, с такой манерой общения у вас нет отбоя от клиентов? – Не скрывая неприязни, парировала гостья.

«Она забавная и с характером» - подумал Стас. Ему внезапно захотелось плюнуть на соображения целесообразности и сказать гостье что-нибудь приятное. Тем более, что говорить приятные вещи красивой девушке не так уж сложно, а главное, вполне естественно. Комплимент уже созрел и был готов сорваться с языка, как спелый плод с ветки. Но именно в это время очередное выступление представителя Совета Стюайнса в защиту оборудования слежения восьмого поколения, рассыпалось антрацитовой чернотой и, словно из глубин преисподней выплыл голубой мундир шефа. Ниже изображения проявился текст.

«В твоем секторе ситуация «С».

То, что генерал отказался от звукового общения, еще раз подтвердило предположения Савенко о цели, с которой миленькая Ира появилась у него в офисе. Если шеф молчал, значит, знал, что Стас в помещении не один. Никто, кроме Самсоновой, такой информации поделиться не мог. ГИЦ контролировал чип в ее голове, а, значит, и все, что здесь происходило. Стас решил поиграть с шефом в «дурачка» .

-Что случилось? – спросил он у генерала, как ни в чем не бывало.

-Ничего, просто у вас сломан крейтор. – Ира была убеждена, что этот полоумный отшельник разговаривает с ней.

С некоторым запозданием на экране появился текст: « В Нижнем городе ограблено отделение «DeutscheBank».

Стас с удовольствием отметил, что с работой на клавиатуре у начальства есть определенные проблемы. На это недвусмысленно указывали паузы в общении. То, что генерал жил без чипа в голове – это почти однозначно. Значит сейчас, когда отдавать команды устно он возможности не имел, бедняге приходилось заниматься работой, с которой он, пожалуй, лет десять не сталкивался. Нельзя же поручить секретарше печатать текст для спецагента. «Пальчики-то заплетаются» - подумал Стас.

Кстати, возможность мысленно иронизировать, невзирая на высокое служебное положениепредмета иронии, еще один довод в пользу жизни вне Прямых Информационных Потоков. Попробовала бы Самсонова поиронизировать над своим деканом или ректором…

-Этого не может быть. – по-прежнему, вслух отреагировал на текст Стас.

-Очень даже может быть. – Ира обиделась еще больше, хотя, казалось бы, больше обидеться уже не возможно. – Что, я дура, крейтером пользоваться не умею?

«Тем не менее. Вчера со счета одного из клиентов было переведено десять миллионов UC. Технически перевод осуществил исполнительный директор филиала Питер Гамбровский.

Сейчас он без сознания в интенсивной терапии. Куда и как ушли деньги -установить не удалось».

-Какая чушь. Сегодня ГИЦ контролирует даже перемещение пигмеев и папуасов в заповедниках.

-На что вы намекаете? – Ира, багровая от возмущения, повернулась к Стасу.

«Ты же без чипа!» - парировал шеф.

-А я и не папуас, - Стас улыбнулся самой невинной из имевшихся в его репертуаре улыбок.

-Вы гораздо хуже! Вы отсталый тип! Питекантроп!

-Она права! – Шефу надоело нажимать кнопки и он сорвался, что называется в полный голос: - Прессе ни слова. Через три дня жду доклада.

-Как же: ни слова? А Самсонова?

-Она не пресса.

-Ой, а я не догадался…-Стас глупо заморгал глазами. Но его актерские эскапады пропали впустую. Шеф уже отключил связь. Как всегда: не прощаясь.

Что-то странное творилось в Датском королевстве. За Стасом пресса хвостом не бегала. Он не депутат, не чиновник, не артист. И пишет только доклады,а ими всемирной славы не снискать. Зачем тогда предупреждать на счет прессы? К тому же только чипоносам непонятно, что любая лишняя информация мгновенно блокируется ГИЦем. Никакой цензурный комитет не нужен. Рафинированный позитив с гарантией доставки прямо в черепную коробку.

-Так вы не со мной говорили? – Ира Самсонова стояла посреди комнаты растерянная и смущенная.

-Поразительная проницательность. – Стас свернул монитор, небрежно бросил его на стол и направился к крейтору. – Колу, говорите? Будет вам кола.

***

-Вы куда? –Пыльное и душное помещение «Промышленно-консалтинговой фирмы «StaS» Ире уже изрядно надоело. Заметив, что лысы герой ее очерка собирается покинуть свой офис, она твердо решила исчезнуть отсюда вместе с ним. Во-первых, в отсутствии этого типа все равно никакой информации получить не удастся. Описывать стол кресло и муху – единственное сдержанное и корректное существо в офисе -глупо. Такой очерк попахивает авангардизмом, и признания в среде профессионалов не принесёт.

Во-вторых, передвигаться по улицам Старого в одиночку, Самсоновой почему-то не хотелось. Она не верила в медведей-мутантов. Но, что-то ей подсказывало, что неверие и реальность - не всегда одно и тоже. – Я с вами.

-Разве вы не хотите остаться?

-Зачем?

-Ну, не знаю. Вжиться в атмосферу трудовых буден. Проконсультировать кого-нибудь.

-Нет, я лучше с вами прогуляюсь. Заодно, может быть, выясню: чем вы промышляете.

-Промышляю?

Ира с удовольствием отметила легкую растерянность героя будущего очерка. Она не понимала: за что ее такую милую и симпатичную невзлюбил этот наглый тип, но твердо решила ответить ему полной взаимностью.

-Вы же называетесьпромышленно-консалтинговая фирма. Как вы консультируете, я уже поняла. А вот чем промышляете -для меня пока загадка.

-Ну-ну. -серых глазах мелькнул интерес, но они тут же стали отстраненными и равнодушными. Словно кто-то на мгновенье отдернул плотную штору, в узком просвете мелькнул яркий луч, и штора вернулась на место, наглухо закрыв от посторонних глаз то, что скрывалось за ней. - Для меня тоже загадка.

Лося- того самого громадного бородатого чудовища с ветками на голове у крыльца не было. Вообще вся прогулка до паркинга Старого города оказалась на удивление короткой и спокойной. Никаких кровожадных медведей-мутантов, волков-людоедов или непредсказуемых тварей- кошек, по пути не встретилось. Щебетали птицы, как будто сошли с ума от плохо отрегулированного ветра. И Ира их понимала. За такую неравномерную и пыльную вентиляцию в Нижнем городе руководителей коммунальных служб попросту бы уволили.

На деревьях висело что-то белое и пушистое. Ира незаметно сжала в кулачке мохнатый комочек. На поверхности она бывала редко, но из школьного курса еще кое-что помнила.

«Так вот, он, какой, снег. А пишут, что холодный. Наверное, он зимой холодный, а летом теплый», - подумала она, но делиться со спутником своим открытием не стала.

На прохладной платформе паркинга к ней вернулось хорошее настроение. Здесь все казалось родным, понятным и безопасным. Общую картину душевного комфорта портило только одно обстоятельство. Ира не имела возможности помахать на прощание своему невежливому спутнику и навсегда забыть о его существовании. Не будет очерков – можно остаться без диплома. А, нафига, тогда она шесть лет училась? Да и родители узнают – скандала не оберёшься. Впрочем, скандал только заочный. Как и всё их общение последние годы.

-Пожалуйста – Савенко с нарочитой услужливостью распахнул перед Ирой люк шлюзовой камеры. Она ловко проскользнула внутрь и удобно устроилась на заднем сиденье. – За сим, разрешите откланяться.

-Конечно, конечно. – Ира знала, что Старый город не относился к месту массовых паломничеств, и люди сюда приезжали редко. Она могла поклясться, что второй свободной капсулы в паркинге нет. Ее придется заказывать и ждать минимум минут десять. – Но мне показалось, что вы торопитесь.

-Вам не показалось.

-Вот видите. А еще мне «не показалось», что больше отсюда уехать не на чем. Так что, присоединяйтесь. Я готова вас терпеть еще некоторое время.

-Очень мило. – Лысый невежа окинул внимательным взглядом пустой паркинг, тяжело вздохнул и уселся на сиденье передИрой. – Куда едем?

-Я не тороплюсь. Езжайте куда вам нужно. Я потом доберусь. - Ира всем своим видомстаралась показать, что ее действия – простая любезность. Любезность, которую она оказывает не из симпатии или скрытого интереса, а толькопо причине хорошего воспитания.

«Фиг он от меня избавится» - подумала Самсонова и нарочито равнодушно прикрыла глаза.

***

Паркинг банковского центра на одиннадцатом уровне был одним из самых шикарных в Нижнем городе. Стены переливались всеми оттенками зеленого, имитируя подсвеченный изнутри малахит. Пол малахит не имитировал. Он был из малахита сделан. Такая вот скромная фишка финансового дизайна. Впрочем, малахит действительно был «фишкой». По нему никто не ходил. Слишком дорогое удовольствие, чтобы шлифовать его подошвами. Конечно, поход в банк давно превратился в традицию, ритуал, такой же красивый и непрактичный, как молитва или предвыборная агитация. Но, тем не менее, молятся миллиарды, а голосуют все, кому за восемнадцать. Вот и личные контакты со своим банкиром предпочитают поддерживать очень многие. По крайней мере, все, кто имеет солидный счет. Приятно, когда тебе радуются и уважительно «облизывают»: встречают чашечкой кофе, а провожают рюмочкой коньяка. Вот для таких правоверных Его Величества Юника к холлу степенно текли две идеально белые ковровые дорожки транспортеров.

Вообще роскошь настоящей отделки позволяли себе не многие. Большинство представителей деловой элиты предпочитало новомодные дрим-проекты. Технология«дрим» оказалась до безобразия проста и экономична. Заказывался дизайн-проект интерьера. Затем заключался договор с ГИЦ, где этот проект размещался. Любой посетитель офиса, едва приблизившись к входу, получал на свой чип соответствующее изображение. Простые стены из полимербетона, обработанные лишь в той мере, какая требовалась по нормам техники безопасности, превращались в мозгу посетителяв Лувр или зеркала из полированной платины. Стас знал, что существуют разработки и более совершенные. Удалось достигнуть эффекта индивидуализации интерьеров. То есть, каждый человек, находясь в помещении, видел тот интерьер, который в наибольшей мере отвечал его вкусам и настроению. Очень удобно для ведения деловых переговоров.

Сам он не раз попадал в сложные ситуации, когда приходилось восторгаться несуществующими световыми фонтанами и умозрительными гигантскими аквариумами с океанской экзотикой. В таких случаях взломщик регулярно вспоминал ключевую фразу из детской сказки Андерсена «А король-то голый!». Бизнес и не только он, потихоньку, шаг за шагом превращался в царство голых королей.

За всю дорогу в капсуле Стаси Ира не перекинулись ни единым словом. Несмотря на эту демонстративную отчужденность Савенко почти физически ощущал сидящую за его спиной девушку и никак не мог сосредоточиться на деле, с которым предстояло разобраться. В голову лезли совершенно идиотские мысли, никак не связанные с предстоящим расследованием. Стас с сожалением был вынужден констатировать, что с возрастом гормональный фон хотя и снижается, но не столько, чтобы мужчина в присутствии красивой женщины мог сохранять хладнокровие ящерицы и спокойствие сытого удава.

Тонкий, чуть пряный аромат Ириных духов, концентрировался в ограниченном пространстве капсулы и, казалось, просачивался под одежду Стаса, под кожу, тек по кровеносным сосудам и пульсирующими ударами подгонял его фантазию в направлении, противоположном направлению следствия.

Но времени на эротические грезы не было. За время пути следовало обдумать происшествие в деталях и подготовиться к расследованию на месте. А подумать было о чем. В субботу, в свой законный выходной день, управляющий филиалом вместо того, чтобы приятно проводить время в кругу семьи или в объятиях любовницы, отправляется на работу. Далее, законопослушный гражданин, а незаконопослушныхнынче сыскать сложно, тем более в таких учреждениях как «Deutschebank», каким-то образом снимает со счета клиента сумму, на которую Савенко мог бы каждый день есть окрошку и мясо гриль ближайшие тысячу лет. Правда, для этого подвига нужно было родиться Мафусаилом. Причем безбедной жизни не помешала бы даже нынешняя инфляция. Директор снимает деньги и вместо того, чтобы воспользоваться ими к полному своему удовольствию, впадает в кому. Деньги со счета исчезают бесследно. Никаких подсказок специалисты не обнаруживают ни в проводках банка, ни в дальнейших перечислениях. Получается какой-то вестерн. Ограбление почтового поезда. Где, в результате преступления остается только машинист, а поезд исчезает вместе с рельсами, шпалами и окружающим пейзажем.

Но, что замечательно, клиент ухитряется проверить свои счета и обнаружить недостачу. И. опять таки, в свой законный выходной день. У людей просто руки чешутся потрудиться. Какая-то эпидемия трудолюбия. Может быть, это заразно и клиент подхватил вирус от директора филиала? Или наоборот: директор от клиента. Причем клиент, судя по пропавшей сумме должен быть как раз из числа тех снобов, которые считают своим долгом раз в неделю посетить банкира, дабы осчастливить последнего своим крепким рукопожатием.

Хотя, толькотакие солидные вкладчики и могут проверить в выходной день состояние своего счета. Это тоже привилегия. Контроль счетов в режиме реального времени – право исключительно крупных и особо доверенных клиентов. Попробовал бы Стас в воскресенье получить информацию о состоянии своего банковского счета… Впрочем, и в будний день эта информация вряд ли бы заинтересовала взломщика. Есть ли смысл беспокоиться по пустякам. А суммы, которые располагал на своих счетах Савенко можно было смело отнести к разряду самых последних пустяков. Таких пустяков, в сравнении с которыми осенняя простуда показалась бы настоящей трагедией.

Далее, шеф ни слова не обмолвился о самом потерпевшем. Почему? С какой стати поручать расследование и скрывать имя несчастного ограбленного миллионера? И кто, кстати, опять-таки в нерабочий день, обнаружил коматозного директора филиала в пустом офисе? Да еще в десять часов вечера.

И почему не спасли системы охраны и сигнализации? Надежность и сохранность – синонимы банка и все самые совершенные системы традиционно начинают свой трудовой путь именно с кредитных учреждений.

Не дело, а сборник шарад и народных загадок. Складывалось такое ощущение, что Совет не слишком заинтересован в быстром поиске ответов. По крайней мере, не весь Совет. Но почему? Еще одна загадка в тот же сборник.

Стас шагнул на мягкий белый ковер транспортера и обернулся попрощаться со своей спутницей.

-Что, так и будем стоять? – девушка застыла в проеме люка в крайне неудобной позе. Выйти из капсулы ей мешал Стас, а оставаться там далее она, намерения не имела.

-Разве нам по пути? -Стасу было приятно, что Самсонова не исчезла в бесконечных лабиринтах транспортных магистралей,но признаваться в том он не хотел даже самому себе.

-Да. Мне срочно требуется узнать, какие банки нуждаются в ваших консультация по выходным.

-Попробуйте. – Сатс пожал плечами, всем своим видом демонстрируя равнодушие. Однако роль хладнокровного хама давалась со все большим трудом.

Огромный холл банковского центра был переполнен солнечным светом и ароматом роз. Причем и свет и розы были самые, что ни на есть, настоящие.Нежные лепестки бутонов всех цветов: от ослепительно белых до темно бордовых, почти черных купались в алых лучах заходящего солнца. Реалистичность картины нарушал один тонкий, едва заметный нюанс: свет падал вертикально, сверху, чего в природе быть не могло. Объяснялся феномен достаточно просто. Светоуловители на поверхности работали по принципу подсолнуха, разворачивая свои чаши вслед за перемещениями светила. Пучки световодов доставляли «портрет» звезды на глубину нескольких сотен метров.

Естественное освещение и живые цветы глубоко под землей мог себе позволить далеко не всякий офисный центр. Но банкам такая роскошь была по карману. Точнее по сейфу. Впрочем, клумбами и закатом банки себя не ограничивали. Парящий в воздухе робот-охранник, последнее достижение технической мысли в области борьбы с гравитацией, неспешно подлетел к спутнице Стаса и приятным баритоном объяснил:

-Извините, но сегодня, 24 июня, Банковский центр не работает. Просим вас прийти завтра. Часы приема посетителей с 9.00 до 19.00.

-Очень жаль, но придется вам, барышня, подождать меня у входа.- несмотря на то, что фраза прозвучала с прежней интонацией легкой издевки, на самом деле Стасу было жаль расставаться с прелестной спутницей. Ира, конечно, была приставлена к взломщику в качестве «государева ока», но ее вины в этом не было. Если подумать, то Самсонова скорее стала жертвой обстоятельств. Причем жертвой невинной и ни о чемне подозревающей.

Стас направился в сторону вырубленной прямо в толще гранита, тщательно отшлифованной и идеально подсвеченной надписи«Deutschebank». Савенко робот проигнорировал, будто не человек двигался к хранилищу финансов и финансовых тайн, а робот-уборщик или вовсе случайно забредшая на десятый уровень, сумасшедшая перекормленная сороконожка. Для равнодушно висящего в воздухе шара-охранника взломщик не существовал. Нет чипа – нет сигнала в ГИЦ. Нет сигнала – нет команды к действию. Хотя бессмысленность такого подхода была очевидна. Носители чипа и так под контролем. От них ничего охранять и не нужно. А вот подозрительные типы вроде Стаса могут натворить много кое-чего.

Оглядев запорное устройство, Стас иронично хмыкнул: перед ним был типичный пример защиты от дураков. Продолжение истории с роботом-охранником. Замок из серии надежная преграда для дилетанта. Взломщик развернул монитор, вошел в систему и через двадцать секунд дверь с мягким шипеньем распахнулась.

-Толи сменить специальность и начать грабить банки? – вполголоса поинтересовался Стас у самого себя.

-А разве сейчас вы не этим занимаетесь?

От неожиданности Стас напрягся и быстро оглянулся. Ира стояла за его спиной и с интересом наблюдала за манипуляциями взломщика.

-Нет. Пока только консультирую.

-А я думала, что уже промышляете…

-Где же ваш кавалер? -Стас предпочел проигнорировать выпад спутницы.

-Кавалер? –Ира обаятельно улыбнулась. Стас как зачарованный смотрел на миленькие ямки в уголках губ. – Я его бросила.

-Как это по-женски, и как это жестоко. – Взгляд Стаса, раз остановившись на лице журналистки, не желал искать другой объект для наблюдения. Здесь все было естественно, свежо, интересно и живо. Крылышки ноздрей и кончик носа при каждом слове чуть-чуть подрагивали, словно проверяя аромат звуков. Зеленые, почти изумрудныеглаза то с насмешкой глядели в упор, то вдруг исчезали под бархатным занавесом ресниц. Аккуратные, искусно вырезанные раковины маленьких ушек под пристальным взглядом Савенко стали наливаться пурпуром, все отчетливее проявляясь через легкие, как паутинка волосы.

-По-моему, вам пора заняться делом. А то к утру до сейфов не доберёмся.– Ира стала покусывать нижнюю губу. Она нервничала и уже почти сердилась.

-И чёрт с ними. - Если честно, то в этот момент Стасу было совершенно наплевать на дело, на странное ограбление и вообще на все, кроме, пожалуй, ее тонко подведенных, внезапно насупившихсябровок. У взломщика почему-то сразу возникло ощущение такое, какое бывало перед летней грозой. Когда небо стремительно мрачнеет под черным пологомтуч, внезапные порывы ветра взметают клубы пыли,взрывают дрожью ветки деревьев, срывают, перешептывающиеся в панике листья, а потом так же неожиданно замирают, безвольно роняя свою добычу на землю. И первые капли дождя в блеске молний и торжественном грохоте грома. А в душе и первобытный страх, и восторг и свежесть.И не оторвать глаз от этого уникального шоу природы, которое не сможет повторить даже самый талантливый из режиссеров нынешних, прошлых и будущих.

-Что уставился! – Ира отвернулась, торопливо достала из сумочки зеркальце и углубилась в поиски дефектов макияжа.

Гроза прошла стороной.Стас с усилием перевел взгляд на робота охранника. Тот невозмутимо и важно фланировал у главного входа в Банковский центр. Роботу было глубоко наплевать на то, что творилось в душе у Савенко и в чем причина смущения Иры. Как неважен был и сам факт их присутствия.

Ста попытался вернуться к работе. Он применил обычный в таких случаях приём: стал постепенно вытягивать себя из мира эмоцийна твёрдую почву логики. И начал с заявления очаровательной журналистки, что она бросила электронного ухажера. Это в малой степени соответствовалоистине. Скорее, наоборот,робот бросил ее. Точнее получил команду и перестал замечать. Шеф быстро исправляет свои ошибки и не желает выпускать Стаса из-под «колпака». Мысль о незримом присутствии начальства быстро отрезвила взломщика.

Ира, не обнаружив каких-либо серьезных дефектов на своем лице, обернулась в твердом намерении высказать наглому типу все, что она о нем думает. Но обнаружила перед собой только спину и сверкающую, бритую лысину. С тыла удобно наносить удар, но глупо затевать скандал.

-Идите за мной. Только ничего не трогайте. – буркнул Стас не оборачиваясь.

Кабинет директора филиала располагался на втором этаже. От операционного зала его отделял витраж в готическом стиле. Рыцари, кони, крепостные стены и дамы в пышных платьях собранные из мелких стеклянных деталей, как цветные кружева расцвечивали строгий интерьер, расположенный этажом ниже.

Стас не был экспертом в истории искусств. На витраже его взгляд задержался не более трех секунд. Ровно столько, сколько требовалось, чтобы определить отсутствие внешних повреждений. Зато мягкий, нежно-зеленый ковер на полу кабинета привлек внимание взломщика сразу и надолго. Точнее не сам ковер, а многочисленные серые отпечатки обуви на его поверхности.

-Ой, как они здесь все запустили.- Самсонова, привыкшая стерильной чистоте помещений Нижнего города, брезгливо поморщилась. – А еще банк!

-Я думаю, что за порядком здесь следят. Убирают наверняка. – Стас достал из кармана портативный сканер-анализатор и принялся изучать следы.- Интересно другое: где они такую пыль отыскали?

-Кто «они»?

-Правильный вопрос. Кто они – тоже интересно.- согласился Стас, чем привел спутницу в полное замешательство. Сначала Ира подумала, что лысый придурок опять разговаривает с кем-то третьим через монитор или какое-то иное средство обмена информацией. Но очень быстро убедилась, что никого третьего не существует. Просто ее саму, прелестную и обаятельную Ирочку Самсонову в очередной раз проигнорировали, оскорбили и унизили. И не было ни малейшего сомнения, что все это делалось специально, исключительно в силу дурного характера и отвратительного воспитания этого странного типа. И вообще, очерк постепенно превращался в соучастие в каком-то мутном предприятии, возможно даже криминальной направленности.Впрочем, как раз очевидная незаконность всего, что делал директор промышленно-консалтинговой компании, было единственным обстоятельством, которое еще удерживало Иру. Вряд ли кто-то из ее сокурсников сможет написать очерк о деятельности настоящего преступника. Просто найти-то настоящего преступника в нынешний цивилизованный век – уже приключение. А написать материал с места преступления -это уже почти гарантия хорошего места на одном из ведущих видеоканалов. Или на скамье подсудимыхс последующим принудительным лечением. Что тоже вероятно.

Пока Ирина разбиралась в плюсах и минусах своего положения, взломщик приступил к изучению места преступления.

Отпечатки на ковре были четырех размеров. А вот пыль на всех отпечатках оказалась совершенно идентичной, что мгновенно подтвердил и спектральный анализ. Темно-серая, самодовольная, с присутствием сажной жирности, наглая, будто ее здесь оставили специально: нате, любуйтесь, какая бывает пыль в Нижнем городе. Казалось, преступники специально обсыпали себя с ног до голов и демонстративно стряхнули на месте преступления: «Ищи, взломщик, все равно не найдешь!»

Из этой демонстрации можно было сделать первый и самый простой вывод: директор филиала прибыл одновременно с эскортом и одной и той же дорогой. Вывода этого было мало как для раскрытия преступления, так и для признания у Стаса Савенко высокого интеллектуального уровня.

Взломщик принялся изучать отпечаток за отпечатком. Три типа следов, вне сомнения, принадлежали мужчинам. По четвертому приборы выдали резюме: «женщина, рост 169см, вес -61 кг с учетом одежды. Тип сложения – спортивный».

Взломщик присел на корточки и внимательноосмотрел отпечаток обуви налетчицы. Женщина, в отличии от других участников ограбления, по офису почти не передвигалась.Стоялау витража, судя по всему, наблюдала отсюда за операционным залом и входом в банк.

Стас так увлекся следами, что не заметил, как оказался около журналистки. Взгляд его непроизвольно переключился с отпечатков обуви преступницы на ноги спутницы. Сначала его поразило идеальное попадание в тон цвета кожи ног и цвета туфель. Как большинство мужчин о новостях моды он узнавал от женщин именно в тот момент, когда эти самые новинки предстояло приобрести и оплатить. Если учесть, что последнюю пару лет Стас провел в тихой бухте почти свободной от любовных приключений, то вполне объяснимо, что даже эти бюджетныемодели туфель-хамелионов произвели на него впечатление.

Телескопические каблучки, выведенные в положение «максимум», казалось, были естественным продолжением необычайно хорошеньких ножек. Впрочем, вполне может быть, что ножки смотрелись так хорошо, благодаря элегантной и выигрышной подставкев виде туфелек. Ослепительно белая мини-юбочка еще больше подчеркивал идеальный, до полутонов выверенный оттенок загара.

При всем желании Савенко не мог найти ни единой мелочи, сколько-нибудь портившей абсолютное совершенство фигуры. По крайней мере, вид снизу казался безупречным. Девушку смело можно было выпускать на подиум. Какого черта она связалась с журналистикой?

Неизвестно насколько нескромными оказались бы дальнейшие исследования взломщика, только боль заставила его отвлечься от чужих ног и обратить внимание на свои руки. Один из телескопических каблучков уверенно пришпилил его кисть к зеленому ворсу ковра. Этот каблук уже можно было считать не телескопическим, а телоскопическим. Будь пол в кабинете покрыт чем-нибудь более твердым, Стас наверняка оказался бы нанизанным на каблук, как жук на булавку.

-Девушка, вы топчитесь по живому!- Взломщику пришлось приложить заметные усилия, чтобы сохранить внешнее спокойствие.

-Извините, я и не заметила. – изумрудные глаза Иры глядели виновато и сочувственно. Однако сойти с руки он не торопилась.

-Ничего, бывает. –Сатс попробовал вытащить руку, но только пропорол каблуком кожу от среднего пальца до безымянного. – Попробуйте сделать шаг в сторону.

-Ой, да, конечно. Простите, я сразу не догадалась. – Садо-журналистка буквально рассыпалась в извинениях и любезностях, демонстрируя глубочайшее стремление искупить допущенный промах. Но дальше демонстрации дело не шло. Она причитая: «Какая я, все-таки, неловкая», переминалась с ноги на ногу, все время норовила убрать с пола ту из них, что стояла на ковре, всем весом наступая на другую, топтавшую руку Стаса. В результате изящная шпилька все глубже врезалась в кожу.

Стас совершенно некстати вспомнил о барашке, шашлыком из которого он побаловал себя на прошлой неделе. Вспомнил главным образом потому, что глубоко прочувствовал, каково это быть нанизанным на шампур.

Избавление пришло в тот момент, когда взломщик решил забыть о привычках джентльмена и прикидывал, как спастись от пытки, не слишком покалечив палача. Именно в этот момент, словно почувствовав, что барьер терпения преодолен,загорелая туфелька легко вспорхнула с руки и застыла в воздухе.

-Надо же, как все неудачно. – вздохнула Ира, разглядывая каблучок. – Совсем новые туфли… Первый раз одела… И все в крови извозила. Как вы думаете: отмоются?

Стас поглядел на изуродованную руку, потом на журналистку. Она не отрывала взгляда от туфли.

-Кровь, какржавчина - не отмывается. Если это вам интересно. Теперь всю жизнь будете ходить со следами вампиризма на обуви.

-Правда? – Ира наконец взглянула на взломщика. – Ой, да я вас поцарапала!

-Неужели? А я и не заметил. – Стас подошел к стоящему в углу, позолоченному и инкрустированномусамоцветами крейтору последней модели. Заказал заживляющий пластырь и с удовольствием пометил платильщиком «Deutschebank». Раз уж они не скупятся на такие глупости, как украшение крейтора, так оплатить лечение взломщика им сам Бог велел.

Пластырь начал действовать почти мгновенно. Боль прошла. Кровотечение остановилось. Тело пастыря стало врастать в тело Стаса, буквально на глазах заживляя дырку, оставленную каблуком.

Потирая пластырь, скоре рефлекторно, чем из-за боли, Стас подошел к прозрачной стене напротив витража. Отсюда открывалась панорама холла Банковского центра. Все пространство, включаяклумбы, было настолько вылизано, чтоесли бы возникла необходимость установить стандарт чистоты, громадный зал центра можно было смело признать эталоном.

Взломщик вернулся к директорскому столу и здорово рукой включил пульт управления. Кнопки на пульте оказались так же золочеными. «Сумасшедшие люди эти банкиры. Дорого, безвкусно, неудобно, непрактично, небезопасно и весь этот букет разумных доводов легко перевешиваетодин единственный противовес – престиж».

-Ну, что, госпожа практикантка,посмотрим шоу?

-Во-первых, я журналистка. – Ира плюхнулась в мягкое директорское кресло. – А, во-вторых, вы уверенны, что выдержите еще одно шоу. Или сразу заказать пластырь?

-Не стоит беспокоиться. Пластырь у меня еще остался, госпожа журналистка.– Стас вообще-то сам намеривался занять место директора. Он наивно полагал, что в этой маленькой компании именно он является руководителем, начальником и господом Богом в одном лице. Но теперь не оставалось ничего другого, как встать за спиной этой юной занозы. Точнее, кровожадной шпильки.

Между тем в самом центре кабинета прямо в воздухе возникла объемная сияющая надпись: «Меню». Голограмма, как и все в этом банке, выглядела чрезвычайно солидно и дорого. Может быть потому, что готические буквы отливали золотом, может быть потому, что вокруг них распространялось едва заметное сияние, может быть потому, что явление надписи и без того не по смыслу торжественное, сопровождалось гимном банка.

-Мы будем обедать? – Поинтересовалась Самсонова, прочитав зависшую надпись.

Шутка Стасу понравилась настолько, что он был готов простить сквозную дыру в руке.

-Да, но мысленно. Здесь подают только пищу для ума. Но зато очень дорогую.

Взломщик быстро пробежал по разделу технической информации. Помещенье холла Банковского центра убиралось ежедневно. Первый раз утром, в 6.00. Второй – по завершению рабочего дня в 21.00. График уборки в банке по будням совпадал с общим графиком полностью. Но по выходным уборка не проводилась. Последний раз роботы уничтожали пыль в кабинете директора в пятницу вечером. В 21.00. Вопрос: почемув помещении остались следы, а в холле их не было - отпадал сам собой.

А вот откуда следы взялись?

-И это все шоу? – журналистка не скрывала разочарования. – Предыдущее представление мне понравилось больше.

-Не сомневаюсь. – Если минуту назад Стас еще мог сомневаться в неслучайном характере танца на руке, то после репликиСамсоновойвсе стало определенно ясно: дырка в ладони – акт возмездия за лося, отсутствие деликатного обхождения ипрочие прегрешения нынешнего дня. Ни обиды, ни раздражения взломщик не испытывал. Во-первых, потому, что считал: обижаться можно только на близких. Обида по определению ищет сочувствия. А людям посторонним наплевать: обижены на них или нет. Во-вторых, любые эмоции в данной ситуации, являлись недопустимым проявлением слабости. Во всяком случае, для профессионалов его уровня.

-Уверен – следующее шоу будет более увлекательным, чем дискотека на моей руке.

-Разве это возможно?

-Думаю, да. Любимая народная передача «Скрытая камера».-объявил Стас голосом профессионального шоумена. И уже своим, поясняя, добавил -Проверим, что заметили системы слежения.

-А что они должны были заметить?

-Хороший вопрос. – одобрил Стас, но посвящать журналистку в подробности не стал. Из принципа. Если ей это знать положено, пусть шеф сам позаботится о присутствии информации в это прелестной головке. А если не положено – пусть оценит профессионализм подчиненного.

Стас в ускоренном режиме прогнал субботние записис внутренних камер банка.Проще было поставить проекцию снимка. Если не считать перемещений роботов-охранников, довольно забавных при ускоренном воспроизведении, то в банке ровным счетом ничего не происходило. Чисто и пусто. В голограмме не нашлось места дажеследам на ковре. Воскресная запись не добавила персонажей. Фильм без действия, актеров и монологов. Шоу явно не удалось. Правда, следы неожиданно объявились. Сами собой. Будто ровно в двенадцать часов ночи, кто-то очень шустрый упал в кабинет директора с потолка, скоренько попрыгал и исчез. И восторжествовала тот же скучный пейзаж под названием «Есть ли жизнь на Марсе?». И так вплоть до эротической сцены, где распятый на ковре Савенко, ползал на карачках перед прекрасной воительницей Самсоновой.

-О-о-о, это шоу действительно забавно. Но оставляет ощущение дежавю. – Ира не скрывала насмешки.

-На мой взгляд, она чрезмерно жестока. Я бы не рекомендовал это зрелище детям до шестнадцати и женщинам на поздних стадиях беременности.

-Ни то, ни другое меня не касается. Может, еще раз повторим?

-Стоит ли? Такие вещи калечат нежные души.

-У вас слишком тонкая душевная организация. Для вашей профессии. Кстати, не пора ли сказать: чем вы занимаетесь?

-Консультирую, разве не видите? – Стас решил прекратить полемику. Он никак не мог добитьсяпреимущества, продолжая разговор на эту тему. Повтор сцены «подкаблучник на ковре» однозначно доказал, что даже взломщик Шестого ранга может оказаться в роли клоуна, если директор цирка - женщина.- Давайте-ка посмотрим, что творилось на лестнице пожарного выхода. Пыль-то наверняка оттуда.

Сумрак пролетов пожарной лестницы демонстрировал полное отсутствие живых существ. Сюда даже крысы не забегали. Да и что им было делать на одиннадцатом уровне? Голограммы грызть или розы на клумбах окучивать? Основная пища концентрировалась, главным образом на поверхности и чуть-чуть на жилых уровнях. Впрочем, порядочная крыса на объедки из крейтора вряд ли позарится. Гордость не позволит и природный вкус.

Стас переключил камеры. Платформа паркинга выглядела в уикенд такой же безлюдной.

Не изученным оставался только холл.

Но и там суббота протекала спокойно, ничего не говорило о преступниках, преступлении или, хотя бы директоре филиала, охваченном трудовым энтузиазмом. Две уборки. Вялое пикирование роботов-охранников. И так до выходного, где снова солировала сладкая парочка: взломщик и журналистка.

-Как я понимаю, это наш бенефис. Мы пришли в банк сняться в кино и посмотреть на себя. Очень оригинально.

-Да, выходит что-то вроде интеллектуального онанизма.

-Вы считаете?

-Нет, смотрю.

-Может быть, всё-таки, объясните, что мы здесь делаем?

-Я работаю. А что делаете вы – понятия не имею.

-За вами наблюдаю.

-Деточка, вы даже не представляете, насколько сейчас близки к истине! Только маленькая поправка: не наблюдаете, а следите. – реплика была адресована шефу, но откуда об этом могла знать Самсонова. Ира сорвалась.

-Я давно хотела сказать: ваш преклонный возраст не дает вам права мне хамить!

-Старики, милая, не хамят. Они воспитывают.

-Обойдусь без воспитателей. – Ира стояла алая от возмущения.

«Война алой и белой розы» почему-то всплыло в голове у Савенко. Хотя себя он никак с розой ассоциировать не мог. «Странная штука мозг. Мысли плывут, как щепки в океане. В океане ассоциаций и одному Богу известно к какому берегу их принесёт, на какой необитаемый остров выкинет. Однако, этот конфликт мне на руку. Сейчас её можно спровадить и продолжить расследование в более спокойной обстановке.»

-Замечательно. Думаю наша капсула еще в паркинге. Счастливого пути.

Ира вскочила из-за стола итак резкоразвернулась на каблуках по направлению к выходу, что тонкие шпильки вошли в ковровое покрытие по самую подошву. Она попытала выдернуть туфли из плотных объятий ворса, но те не поддавались. Положение, в котором она оказалась, было довольно идиотским, если не сказать больше. Выйти из офиса Самсонова могла только босиком. Повернуться обратно, фактически означало признать поражение. Попытаться вытащить обувь из ковра, нагнувшись - в такой короткой юбке не представлялось возможным. Модная белая тряпочка и так большеподчеркивала, чем скрывала. Пауза затягивалась. Самсонова вспомнила о дипломе, о не сданном очерке. Причем эти мысли всплыли, как бы сами собой. И неожиданно показались настолько важными и значительными, что Ира решилась уступить.

-Ладно, я погорячилась. – она, не оборачиваясь с заметным напряжением ожидала реакции Стаса.

-Принято. Я, наверное, тоже.- Если честно. За эти десять секунд, взломщик успел ощутить последовательно: радость, злорадство, сочувствие и блаженство. Блаженство от того, что Ира не ушла.

Самсонова, скорее, испытывала только неудобство. Она, забавно перебирая носочками и не отрывая пяток от пола, стала выкручиваться из ковра. Ира понимала, что выглядит полной дурой. Что все происшедшее идеально вписывается эпизодом из комического шоу, так весело начавшегося десять минут назад, благодаря тем же каблукам ее модных туфель. Только во втором акте этого представления она из героини превратилась в шута. Ира приготовилась задушить странного консультанта, если тот вздумает над ней смеяться. Но Стас стоял на прежнем месте с видом учителя, ожидающего когда, наконец,нерадивый ученик выберется со своего места и подойдет к доске.

Заметив, что туфли журналистки освободились из коврового плена, взломщик поинтересовался:

-Все?

-Вроде. – Ира попробовала поднять правую ногу, каблук легко вылетел из ворса и завис в воздухе.

-А теперь, сделайте, пожалуйста, шаг в сторону. Мне за вами ничего не видно. – Стас в очередной раз пытался прогнать запись изображения с камер, расположенных в холле и Самсонова заслоняла большую часть голограммы.

Ира фыркнула, ноотошла к стенке офиса и стала разглядывать интерьер с видом независимым и предельно равнодушным.

Стас почувствовал, что девушка обиделась. Жалость к ней снова зашевелилась маленьким теплым комком где-то у сердца. Казалось, спрятавшийсяза пазухой,слепой мохнатыйкутенок проснулся и, тыкаясь носом и перебирая лапами, напомнил о себе слабом и беззащитном.

-А говорят, что чудес не бывает… - ища примирения, взломщик начал размышлять вслух. Он на самом деле, чувствовал себя запертым в тупике. Следы есть, а тех, кто их оставил., нет ни на одной из многочисленных камер слежения, которыми буквально утыкан банковский центр. Более того: нет даже изображения тех, кто выносил из офиса коматозного директора. Не сам же он отправился в больницу. И вряд ли инкогнито врачей так необходимо преступникам.

-Я, конечно, не знаю, что вы здесь потеряли. Но, может быть, эти тени вам чем-нибудь помогут. -Ира ткнула пальцем куда-то внутрь голограммы.

Стас попытался разглядеть в указанном месте хоть что-то, но это ему не удалось. Тогда, вернув запись на пару минут назад, он подошел к Самсоновой.

-Отсюда посмотрите. – Ира слегка отодвинулась, освобождая взломщику место рядом с собой. Стас наклонился и вдохнул аромат ее духов. Его губы почти касались розового ушка. Савенко внезапно понял, что еще мгновенье - и он не сможет удержаться от того, чтобы поцеловать бархатный завиток над мерцающей зеленью сережкой.

-Вы не туда смотрите.- сказала Самсонова сердито.

-Уже туда…

Действительно, с этой точки было видно, как что-то, то появляясь, то исчезая, перемещалось по холлу Банковского центра. Казалось, полупрозрачные мотыльки неспешно порхали от пожарного выхода к лифтам банковских офисов. Крылышки расправлялись - и тени проявлялись. Крылышки складывались - и тени исчезали. Оставалась только тонкая, едва заметная полоска.

-Сейчас мы их вычислим.

Стас лихорадочно стал отключать камеру за камерой. Голограмма распалась на фрагменты. В конце концов, в воздухе растворился последний призрак, а вместе с ним исчезло изображение.

-Вот, чертовы пижоны!

В голографическом режиме просмотреть запись с одной камеры было невозможно.Стас вынул из кармана свернутую скатерку мягкого монитора и настроил его на запись с камеры, расположенной над пожарным входом в Банковский центр.

Это было прорывом. Возникло достаточно четкое изображение четырех фигур. Трое мужчин. Один из них в нелепом купальном халате и модных туфлях с антигравитационнымнаполнителем. Стас вспомнил досье и сообразил, что тип в халате, как раз и является похищенным директором филиала. Впрочем, для этого умозаключения никакого досье не было нужно. Одежда говорила сама за себя.

Четвертым участником криминального квартета была молодая женщина.

Вся компания не торопясь, направлялась к входу в «Deutschebank». Шли спокойно и уверенно, будто прогуливались по зоне отдыха или собственной квартире. Не скрывая лиц. Впрочем, с этой камеры было видно только затылки.

У дверей четверка остановилась. Женщина обернулась на клумбы с розами.

-Я ее знаю!-Ира указала пальцем на девушку.

-Я тоже.

***

Уже минут сорок они бродили по пролетам пожарной лестницы. Сначала этот бритый наголо придурок пешком спустился на уровень вниз. Ирине поневоле пришлось тащиться за ним. А это тридцать метров по вертикали. У выхода на двенадцатый транспортный уровень он похмыкал, погладил себя по лысине, словно поощряя за неведомое хорошее деяние, минут пять потанцевал, переступая мелкими шажочками, около двери. Долго поглаживал полотно дверито всей ладонью, то кончиками пальцев. Затем дверь была обнюхана. Создавалось впечатление, что если бы не присутствие Иры, то этот «консультант» непременно откусил бы кусок дверии попробовал дверное полотно на вкус. Уж лизнул бы точно.

Такому же тщательному анализу подверглись все ступеньки по пути к Банковскому центру. Причем на лестнице, где ничего кроме пыли и их собственных следов не было, ритуальный танец с похмыкиванием и пританцовыванием повторился.

Ира чувствовала, что очерк о деятельности консалтинговой фирмы медленно, но неуклонно превращается в репортаж из жизни умалишенных. И, словно стараясь подтвердить ее диагноз, «юный следопыт» так же пешком отправился по лестнице с банковского уровня вверх. Тридцать метров по вертикали! Двенадцать этажей бессмысленных физических упражнений. Развлечениепринимало утомительный характер, особенно, если учесть только что завершенное восхождение на те же тридцать метров с двенадцатого уровня. И смысла в этой беготнене было видно ни на грамм.

Когда они, преодолев пять сотен ступенек,влезли на площадку десятого уровня, Ира окончательно поняла, что готов к восприятию исключительно виртуальных уроков скалолазания. И, что лучше остаться без диплома, чем свернуть свою очень даже симпатичную шею в этих полутемных коридорах. Единственно, что хоть немного скрашивало бездарно потерянный выходной день, так только эпизод в кабинете директора филиала, когда лысый самодовольный нахал оказался пришпиленным к ковровому покрытию ее телескопическим каблучком.

«А пусть не смотрит, куда не просят. – подумала Ира. – А то решил, что раз практикантка, так можно под юбку заглядывать. Тоже мне супермен! Кстати, все ли у меня там в порядке? А вдруг пятнышко или грязь? Надо срочно проверить. Черт, где же здесь туалет?».

Взгляд ее упал на раненную кисть спутника. Пластырь уже почти рассосался, но гематома вокруг недавней раны еще была заметна. Перед дверью на платформу паркинга неутомимый сторонник дверепоклонничества полностью повторил весь обрядовый танец с массажем,обнюхиванием и облизыванием двери. После чего с весьма задумчивым видом стал поглаживать себя по лысине. На чисто выбритой коже остались отпечатки пальцев и длинные полосы в духе художников-абстракционистов. В эту минуту

Ира почувствовала себя почти отмщенной. К проколотой руке добавилась голова в боевой раскраске древних индейцев. В общем, не так плохо для одного дня.

«Интересно, как ему мой загар? Обидно отдать за сеанс пол сотни юников и не произвести впечатления. Впрочем, знала бы, что за чучело директор консалтинговой фирмы, лучше бы на эти деньги в ресторан сходила. Говорят, в Старом городе бывают такие места, где еду делают из настоящих животных. Вроде того губастого лося. Съела бы его вместе с ветками на башке, вместо того, чтобы ползать весь вечер по грязи. Хотя нет, не съела бы. Он большой. А интересно: ветки съедобные?». – Ира вспомнила, что сутра не позавтракала, а в Старом городе кроме колы её ничем не угостили.

Между тем лысый никак не мог успокоиться. Он собрался предпринять еще один пеший поход. Не то турист, не то садо-мазохист. Правда, теперь вниз, к Банковскомуцентру.

Ира решил, что лучше умрет, чем сделает еще хотя бы шаг.

-Никогда бы не подумала, что буду бегать по лестницам из-за каких-то паршивых сектантов!

-Что? – Невежа перестал пританцовывать и оглянулся на Иру с таким выражением, будто удивлен ее присутствием. – Сектанты?

-А вы думали Машка – пай-девочка?

-Машка?

-Вообще-то вы помните: где находитесь и что делаете? – Удивление спутника Ира восприняла как личную победу. Непробиваемый сфинкс вдруг проявил живейший интерес, что, похоже, случалось не часто.

-Вообще-то помню. – Серые глаза быстро вернулись к исходному: нахальномуи спокойному выражению. Ира на секунду смутилась под этим взглядом, но постаралась взять себя в руки и продолжить тем же едким тоном:

-Сильно сомневаюсь!

-Вот как?

-Да так! – Ира ждала, «когда консультант» вставит свою реплику. Должен же он был хоть как-то отреагировать на её дерзость. Она бы в такой ситуации ни за что не удержалась. Сказала бы, так что мало не показалось. Нолысый молча смотрел на неё, вынуждаяпродолжить монолог.

- Сами сказали, что ее знаете, теперь из меня дурочку делаете.-Ира чуть не заплакала. Вместо дерзкого выпада выходило, что она оправдывается. Пробить это толстокожее животное оказалось невозможно.

-Только давайте без слез. А то пыль превратится в грязь, мы завязнем и никогдаотсюда не выберемся. Что за секта?

-Обычная. – Ира отвернулась, чтобы скрыть слезы, уже готовые покинуть глаза.

-Обычная секта? В наше время? – Сфинкс снова удивился. Это немного смягчило Ирины переживания.

-Да. Называют себя «Черной пятницей». Достают где-то миниатюрные такие приборчики. За ухом цепляют и балдеют.

-Балдеют?

-Ну, кайф ловят.

-Кайф?

Ира передумала плакать и посмотрела на спутника. Вид у него был преглупый. Куда делась всяневозмутимость? «Консультант» выглядел, будто выиграл миллион с отсрочкой платежа на триста лет и никак не может решить, то ли на него счастье свалилось, то ли его надули. Да еще эта испачканная лысина в пыльных отпечатках. Ира невольно улыбнулась.

-Именно кайф! Собираются по пятницам в «Кадыке» и балдеют.

-И кто кроме вас о них знает?

-Да буквально все. По крайней мере, на курсе – точно все.

***

Этобыл фокус. Не какое-то тамцирковое представление иллюзионистов вроде доисторических шоу в стиле Кио или Копрерфилда, а штучка близкая к чуду. Когда очевидность противоречит возможному. Что-то вроде исцеления калек и прозрения слепых. Словом, деяние достойное Господа.

Ну, предположим, приборчик, отключающий вживленные чипы от Глобального Информационного Центра, Стас уже видел. Поставить нечто подобное на мелкосерийное производство - не проблема. Такие штучки по готовой конструкции и Стас мог бы клепать в своем офисе в свободное от работы время. И это, кажется, было бы неплохим бизнесом. Подспорьем на случай досрочной отставки.

Направленное воздействиена мозг для получения наслаждения – тоже не новость. На этом, если разобраться, всяпрактика Прямых Информационных Потоков построена. Однако то, что в курсе происходящего оказывается не одна сотня людей, неразрывно связанных с ГИЦом, который контролирует каждый их шаг, каждую мысль – это уже нечто. Выходит, что секта действует если не по плану, то, во всяком случае, с благословения официальных властей. Или, как минимум, сотрудников ГИЦ. Людей, как правило, проверяемых ежегодно и неоднократно. То есть «Черная пятница»проект правительства?

Кстати, название дурацкое. Наверное, автор проекта начитался Дефо. Ну, да Бог с ним, с названием. Но если в Совете знают о секте и контролируют её деятельность, то вполне вероятно, что и детали ограбления банка для них не тайна за семью печатями.Может быть, именно там всё и спланировали?

Вскрыть систему охраны, уничтожить информацию с камер слежения – задача для профессионалов его, Стаса, уровня. Студентам, да еще привыкшим больше надеяться на чип в башке, чем на собственную сообразительность, такой «взлом» не по силам. Опять же фокус с пылью. Если верить записи, то четверка грабителей вошла в Банковский центр через пожарный выход. Но на лестнице нет ни одного следа. Дверь десятого уровня тщательно протерта. Причем буквально несколько часов назад. С чего бы это: на лестнице не убирают годами, а дверь протерли? К слову, в отличие от двери, выходящей на двенадцатый уровень. По ней, как по отложениям почвы, можно изучать историю Нижнего города. Всю, кроме истории вчерашнего ограбления. Откуда же тогда эта демонстративная грязь в кабинете директора? Нет, положительно, ни один сопливый чипонос до такого сам не додумается.

Можно, конечно, предположить, что запись подделана. Подделана очень тщательно и умно. «Случайно» не уничтоженная съемка с одной из десятков камер, чем не идеальное прикрытие действительного хода событий. Рассуждая здраво, незачем было тащить несчастного директора филиала в банк, если имелся доступ к его мозгам и информационной системе банка. Беднягу, очевидно, подставили. Так же могли подставить и сектантов. Смонтировать запись по силам даже школьнику старших классов. Это входит в общий курскомпьютерной графики.

Положительно история ограбления банка не обошлась без чуткого и профессионального руководства сверху.

«Жучок в Совете? Мафия, связанная с ГИЦ?» - Эта мысль показалась Стасувесьма забавной.

Но и ГИЦ живет не сам по себе. По крайней мере,пяток служб, находящихся в ведении Совета, анализируют и контролируютдеятельность Глобального Информационного Центра. В частности и ведомство, в котором он, Стас, трудится. А, значит, логично предположить, что кое-кто из чиновников Совета также в курсе происшествия или участвовал в его режиссуре. Возможно, даже, его, Стаса, шеф.

Голубой мундир с черной дырой вместо лица организовал ограбление и сам же ведет расследование, контролируя каждый шаг и каждое действие следствия. Прелестный вариант!

«Тогда и неожиданный интерес со стороны подрастающих представителей прессы к малоизвестной компании «StaS», легко объяснить. Девица, бегающая за мной хвостом – передвижная камера наблюдения на мышечном ходу. Чрезвычайно удобная конструкция. Кстати, родившаяся, при непосредственном участии шефа. Как хорошо, что мой генерал не может слышать мои мысли. Бунт на корабле должен созревать в тайне от капитана!».

И здесь в голову Стасу пришла еще одна мысль: « Если организаторы контролируют информацию ГИЦ, то они наверняка в курсе прокола с камерой слежения в Банковском центре. Если это, конечно, был прокол. В таком случае, то, что мы откопали в офисе «Deutschebank», уже известно всем, кто в этой информации нуждается. Иначе говоря, с вероятностью приближающейся к бесконечности, организаторы преступления знают, что я на хвосте у исполнителей. Отсюда вывод: момент личного знакомства с преступниками настал. И стоит поторопиться, пока с ними не случилась амнезия или их не осчастливили «горящей» путевкой в городской крематорий. А настырную журналистку необходимо срочно отключить от ГИЦ. Расследовать преступление под «колпаком» у преступников, по крайней мере, глупо.» А глупостями Стас старался не заниматься.

***

-Сегодня у нас… - Стас по привычке бросил взгляд на руку, но сразу вспомнил, что такие удобные дедовские часы с календарем исчезли в подземной расщелинееще неделю назад.

-По-прежнему, воскресенье, - быстро подсказала Ира. Она с удовольствием наблюдала за тем, как после упоминания о секте самоуверенный директор консальтинговой фирмы впал в состояние ступора.

-Иначе говоря, в «Кадыке» мы вашу подружку не найдем.

-Она мне не подружка, - Иру все больше раздражала манера этого наглого типа высказывать свои бредовые предположения как некую непреложную истину. С чего это он решил, что полусумасшедшая сектантка, прогуливающаяся по выходным с непонятными личностями в купальных халатах по банковским офисам, может быть ее подругой?

-Это не важно. – Лысый по-прежнему гипнотизировал пространство.

-Вам – не важно. А мне важно!

-Только эмоции. – лысый, с тем же отсутствующим выражением на лице, принялся рыться в карманах, вынимая из них бесчисленный хлам. Представление продолжалось до тех пор, пока в его руках не оказалась маленькая серебристая коробочка. Прикинув ее на руке, будто пытаясь определить точный вес, он коснулся единственной на всей поверхности корпуса кнопочки, и интересом уставился на Иру. Коробочка эта показалась Самсоновой знакомой. Но где она ее видела - вспомнить не удалось.

- Эмоции, - повторил мнимый консультант веско, будто произносил предвыборную речь перед многомиллионной аудиторией. – А нам сейчас гораздо важнее увидеться с сектанткой Машей. И по возможности срочно.

-Ну, если вам так не терпится… - Ира толкнула дверь, ведущую на транспортный уровень. Искать Машу ей вовсе не хотелось. Более того, интерес лысого придурка к сектантке показался ей оскорбительным и нездоровым. Репутация у Маши была, скажем так, определенная. Точнее, репутации не было. Были многочисленные скандальные истории и беспорядочные любовные приключения. «Одного поля ягода, потому и торопится увидеть» - заключила Ира. Но торчать на пыльной пожарной лестнице ей хотелось еще меньше. А тем более бегать по ее бесконечным ступенькам. Есть и более цивилизованные способы поддержания спортивной формы.

«Хочет – познакомлю. Раз он предпочитает нормальным девушкам полусумасшедших оторв».

-И куда мы идем?

Ира оглянулась. Лысый вовсе не торопился покинуть мрачные интерьеры пожарной лестницы. Будто не он десять секунд назадкричал «увидеть!», «срочно!». Стоит, словно статуя у перил и разглядывает, будто картину в музее.

«Странный тип. Нужно быстро отсюда выбираться. Что у него в башке- непонятно. А вдруг он маньяк? Зачем я с ним связалась? Что вообще здесь делаю?!»

Ире стало страшно. Это не был обычный испуг – нормальная реакция на неожиданную,реальную опасность. Вокруг нее за последние пять минут ровным счетом ничего не изменилось. Тот же тусклый свет источников дежурного освещения, та же пыльная лестница и серые стены. Но знакомые и обыденные предметы неожиданно приобрели какой-то зловещий оттенок. Будто Ире только что сообщили, что здесь обитает медведь-мутант или племя каннибалов. Ей даже, откуда-то сверху, послышались тяжелые шаги. Умом Ира понимала, что страх пришел не из внешнего мира. Он как цветок раскрылся внутри ее тела. Упругие лепестки росли и распускались, пытаясь выдавить сердце и легкие из груди. В считанные мгновенья страх превратился из неожиданной фантазии в безумную панику. От которой немели руки, подгибались ноги, и мутилось в мозгах. Казалось, цветок ужаса высасывал из нее жизнь, и превращал ее слабость в свою силу. Сердце затрепыхалось в узком пространстве между ребрами и безжалостным бархатом лепестков. Ира почувствовала, что еще мгновенье, и оно замрет навсегда. Надежды на спасение нет.

- Я иду в университетский блок. – ответила она скорее по инерции, с запозданием реагируя на заданный вопрос.

-Что ж, все не так плохо, как я думал. – Лысый по-прежнему стоял, небрежно облокотившись на перила, и изучал ее с профессиональным интересом, как медицинское светило изучает уникальный клиническийслучай. Затем он не спеша выпрямился, и так же медленно, словно преодолевая в каждом шаге упругое сопротивление воздуха, стал приближаться.

Ира как завороженная смотрела на бедный блик от тусклого светильника, проплывавший по глянцу лысины. Ей хотелось кинуться к дверям на спасительную платформу паркинга, туда, где могли быть люди, где еще был единственный шанс на спасение, но ноги отзывались лишь мелкой противной дрожью и отказывались двигаться.

Бледное сияние лысины миновало ее. Она почувствовала легкое касание одежды. Мнимый консультант открыл дверь, ведущую к паркингу, и буркнул не оборачиваясь:

-Чипонос без чипа - чистая клиника.

Ира отчетливо слышала каждый звук, произнесенный спутником, каждый шорох его одежды, но воспринимала всю эту какофонию звуков, как шумовой фон, нечто абсолютнобессмысленное. Она не могла связать единой логической нитью сами звуки и их источник. Мир рассыпался на составные части, как пазл, вывалившийся из коробки. Где-то в этих осколках были кусочки пространства, в котором она до сих пор жила, дышала, училась. Были предметы знакомые, но название их она не могла вспомнить. В мозгу всплывалислова, значение которых она, несомненно, знала, но любая попытка вернуть их в нужную ячейку памяти оборачивалась только новым словом и новой бесплодной попыткой.

Эта ярмарочная карусель мыслей, образов и звуков неожиданно обернулась пониманием того, что паника прошла. Животный ужас исчез. Остался страх.Страх перед чем-то новым, непонятным. Может быть дажене опасным, но не привычным и потому, вызывающим дискомфорт.

Ира попыталась определить причину, болевую точку, место рождения этого ощущения. Но страх находился как бы всюду и нигде. Он бродил по ее телу, пульсировал с кровью по сосудам, касался натянутых до боли мышечных волокон, убивая естественную выверенную миллионами повторений легкость движений. Казалось, что ее организм постигла катастрофа: органы забыли свои функции.

-Ну все, экспонат мадам Тюссо, нам пора двигаться.

Ира не поняла, что ей говорят, но автоматически попыталась сделать шаг. И выяснила, что не знает как.

-Не могу…- Она растерянно оглядела исчезающие в белесом тумане контуры дверного проема.

Ира почувствовала, как стекает внутрь себя, превращаясь в большую розовую каплю. «Я не могу так выглядеть! Верните меня назад! Розовым каплям не дают дипломы! Я не хочу быть розовой каплей, я хочу быть журналисткой!» Мимо пролетел робот-охранник и, взмахнув букетом роз, объявил: «Извините, но сегодня, 24 июня, для розовых капель Банковский центр закрыт. Просим вас затечь завтра. Часы приема с 9.00 до 19.00. по три капли, три раза в день перед едой».

-Боже, какая нелепость. – поразилась Ира.

-Лепость, нелепость, – передразнил робот, - но таков уж порядок. А порядок нарушать не следует. Потому, что любой беспорядок хуже плохого порядка.

-Вот как?- удивилась Ира.

-Так! Даже при плохом порядке известно: где что есть! – наставительно пропел робот, -А при беспорядке никогда не поймёшь: есть что-нибудь или нет, а если есть – то где? И можно ли это есть. Впрочем, нам, роботам это безразлично!

Робот нахально подмигнул Ире, подхватил свободным манипулятором сверкающую лысину директора консальтинговой фирмы и, беззаботно размахивая букетом, нырнул за черный бархатный занавес.

***

«Как быстро удовольствие превращается в повинность» - Стас пинком распахнул дверь на платформу паркинга. Невежливое обращение вовсе не являлось следствием ненависти к дверям вообще или этой двери конкретно. К дверямСтас относился индифферентно, к замкам - с профессиональным интересом, к любому имущество, вне зависимости от его принадлежности – с уважением. Пинок в дверь означал лишь то, что руки были заняты безвольным и обмякшим телом Иры Самсоновой..

Индикатор ближайшей шлюзовой камеры гостеприимно подмигивал зеленым огоньком. Уложив журналистку на заднее сиденье, взломщик, наконец, получил возможность немного отдышаться. И отдышаться было от чего.

Когда Стас блокировал чип в голове своей спутницы, она в считанные секунды впала в состояние полной прострации. Сначала взломщику это показалось забавным и поучительным. Потеряв связь с ГИЦ, Самсонова, как всякий презренныйчипонос, превратилась в интеллектуального инвалида. Её лишили главной опоры – протеза - поддержки мощного искусственного интеллекта и девушка, еще недавно полная амбиции и апломба, оказалась неспособна самостоятельно ориентироваться в простейших ситуациях.

Некоторое время она еще как-то пыталась балансировать на грани между шоком и обмороком, но, довольно скоро организм Самсоновой выбрал наиболее разумное решение – погрузился в полное беспамятство.

Обмякшее тело журналистки Стас успел поймать у самого пола. И не забыл похвалить себя за блестящую реакцию и хорошую физическую форму.

На маленькой технической платформе паркинга десятого уровня, он чувствовал себя благородным средневековым рыцарем, несущим на руках прекрасную даму. Славным героем в минуту триумфа. Человеком, достойным уважения равных и подражания юных. Остро ощущалось отсутствие оркестра и ликующей публики, поющей ему осанну. Впрочем, отсутствиеоваций вполне компенсировало юное женское тело, доверчиво и уютно устроившееся на его сильных руках.

Но, как Стас уже неоднократно убеждался, в жизни со сцены торжества испытания только начинаются. И в этом ее главное отличие от средневековых рыцарских романов и старых голливудских блокбастеров.

На платформе ни только не быломитинга в его честь, это бы можно было легко пережить. Но полностью отсутствовала возможность с этой платформы выбраться.Бесконечную шеренгу мертвых индикаторов над шлюзовыми камерами очень органично дополняла надпись на информационном табло платформы: «Извините, пакринг временно не работает. Вы можете дождаться окончания ремонтныхработ или воспользоваться паркингами соседних уровней».

«Легко сказать «воспользоваться паркингами соседних уровней»! Я же не лифт Sigma, не башенный кран, не эскалатор, чтобы перемещать девушек на десяток этажей вверх - вниз». – подумал Стас. В этот момент его идея с отключением Самсоновой от ГИЦ перестала выглядетьзабавной.

Пеший спуск по пожарной лестнице вниз еще выглядел вполне приемлемым приключением. Хотя и не столь приятным, как могло показаться первоначально. Пятьсот ступенек под размеренное и глубокое дыхание Иры довольно серьезно сбили дыхание Стаса. Причем одышка не была следствием сексуального возбуждения. Её вызывала элементарная усталость. Мысли о хорошей физической форме, почему-то больше Стаса не посещали.

Никак не реагировала на крепкие объятия и Самсонова. Она спокойно спала. В какой-то момент Стасу показалось, что девушка просто притворяется. Такая милая женская месть за его демонстративную недоброжелательность.Но для спектакля обморок был слишком натурален, а главное, объясним и обоснован. Мозг не выдержал проверки самостоятельностью. Как говорят в таких случаях взломщики, «система упала». И в буквальном и в переносном смысле. Впрочем, переносный смысл весь целикомупал на плечи Стаса.

Миновав розарий и дремавших у потолка роботов-охранников, взломщик с облегчением вступил на белоснежную дорожку транспортера. Но гигантская змея лежала под его ногами неподвижно, будто, на зло Стасу, сделала себе харакири. И теперь лишь чуть-чуть подергивалась в предсмертных конвульсиях.

Однако безвременная кончина транспортераволновала Савенко меньше, чемотсутствие индикации на шлюзовых камерах. На это малахитовое поле он зря тащился сам и нес шестьдесят килограмм будущего сибирской журналистики в сексуальной протохлопковой упаковке.

Информационное табло издевательски-вежливо повторяло сообщение, уже прочитанное уровнем ниже«Извините, пакринг временно не работает. Вы можете дождаться окончания ремонтныхработ или воспользоваться паркингами соседних уровней».

Стоило тратить столько усилий, чтобы получить возможность вызубрить наизусть пару предложений, которые в жизни никогда не пригодятся.

Приключение явно затягивалось, теряло аромат чувственности и ощущение свежести.

Теперь Самсонову предстояло тащить либо на тринадцатый уровень вниз, либо на девятый вверх. Что-то подсказывало Стасу, что проблемы с транспортом возникли не случайно, эпицентр катастрофы находится здесь, в Банковском центре, а паркинг, расположенного ниже двенадцатого транспортного уровня, встретит таким же оптимистическим транспарантом с извинениями за временные неудобства.

Взломщик положил журналистку на ковер транспортера и с иронией отметил, что все его тело отозвалось огромной благодарностью за это действие. Хоть бы что-то внутри шевельнулось и выразило сожаление по поводу расставания с представительницей противоположного пола.

Скатерку мягкого монитора руки приняли как драгоценный и долгожданный приз. Возможно потому, что она была такой привычной, легкой и удобной. А может быть потому, что уставшие мышцы понимали, что это единственный компас, способный указать правильный путь и облегчить жизнь усталому телу.

Стас уже приготовился нырнуть в лабиринты информационных потоков, как внезапно ему в голову пришла мысль, заставившая прервать еще не начатый сеанс взлома.

«Подозрительно: отключение чипа точно совпало с неожиданным сбоем в работе

транспорта. Причем именно на тех уровнях, где они с Самсоновой, выражаясь языком протокола,проводили следственные действия. С высокой долей вероятности можно говорить, что это не случайно. Скорее всего, это реакция на нарушение цепочки связи Самсонова – ГИЦ. Ответный ход. Предположим, но что он означает? Он означает предупреждение: «голубчик, изволь играть по правилам!». А может быть, желание остановить меня, не дать сделать следующий шаг.В любом случае: контроль ли это или противодействие, но противоположная сторона сейчас наверняка усиленно сканирует сеть. Они ждут, что я начну искать причину сбоя и обнаружу себя. Зайдя в ГИЦ, я окажусь не просто на их территории, а, возможно, в их ловушке. Техническое преимущество на их стороне. И вариантов контр-игрыу них больше. Будь я по ту сторону, наверняка бы запасся парой тройкой ложных сценариев и по первому же запросу предложил их противнику. Пусть разбирается, тратит время и силы.

Прежде всего, противника нужно лишить любой возможности контролировать мои шаги. И первое, что предстоит сделать – выбраться из Банковского центра. Ничего нового здесь не найти, а камер наблюдения столько, что невольно чувствуешь себя участником очередного реалити-шоу.

Стас поглядел на спутницу. Ее белый костюм сливался с белым ковром транспортера. Казалось, на дорожке аккуратно разложены загорелое лицо, пара рук, цвета молочного шоколада, и две стройные ножки, растущие прямо из упругого ворса ковровой дорожки. Разглядывая этот натюрморт, взломщик подумал, что подъем на полторы сотни метров по узкой и грязной лестнице значительно проще преодолевать в одиночку. Чувствовать себясредневековым рыцарем, победителем драконов и подлецов, почему-то уже не хотелось.

Тяжело вздохнув, Стас присел, взвалил спутницу на плечо и без особого энтузиазма потащился через огромный холл Банковского центра к пожарному выходу.

Роботы-охранники по-прежнему, сонными тушками висели по периметру зала. И это означало, что, либо противник еще не додумался задействовать парализующие возможности стражей порядка, либо отключение транспорта действительно только предупреждение. Точнее настоятельная рекомендация вернуть Самсонову в славные ряды чипоносов.

Стас с сожалением взглянул на роботов. «Если бы можно было войти в сеть, пожалуй, мне бы удалось припрячь этих балбесов в качестве добровольных носильщиков.- Подумал взломщик, - пара металлических дурил без труда упрут журналистку на уровень №9. Я бы налегке шага себе впереди, а девица, будто левитирующая йога летела бы, не касаясь ступенек своими модными туфельками на роботах.

По инерции он еще шагал к пожарному выходу, но глаза уже решали вполне конкретную задачу: считали количество охранников. Их было ровно восемь. К глазам подключились мозги: «А участников ограбления четверо!» Само по себе это совершенно ничего не значило. Так, еще одно совпадение. Но многолетний опыт подсказывал, что количество совпадений неизбежно переходит в качество улик.

И новые совпадения не заставили себя ждать долго. Когда, окончательно выдохшийся Стас, добрался до дверей пожарного выхода на девятом уровне, он увидел четкие отпечатки уже знакомых подошв. Криминальный квартет довольно долго топтался здесь. Не нужно было иметь семь пядей во лбу, чтобы догадаться: преступники на этом месте кого-то или чего-то ждали. И пыль в офис «Deutschebank» прибыла именно отсюда. А тщательно вытертая дверь на десятом уровне – обычная уловка, способ скрыть истинный ход событий.

Все складывалось в достаточно разумную версию. Только радости от этого Стас не испытал. Его гражданский подвиг по спасению журналистки отнял слишком много сил, и он потерял всякую способность к эмоциональному восприятию жизни.

Равно как и способность быстро соображать. Последнее, обнаружилось сразу, как только закрылся люк транспортной капсулы. Взломщик еще не подал команду к началу движения, еще не обозначил конечный пункт путешествия на мониторе программатора, а капсула рванулась в стремительный полет по воздуховодам Нижнего города. В состоянии близком к панике, Стас нажимал на сенсоры управления, но ни на скорость, ни на направление движения это никоем образом не влияло.

***

Бархат черного занавеса распахнулся, и Ира увидела бесконечное звездное небо. Не такое, как в планетарии, правильное, плоское и схематичное. А живое, мерцающее сквозь гигантскую линзу земной атмосферы. Небо природной ночи. Из которого внезапно врывается теплый ветерок и, небрежно растрепав волосы на голове, так же неожиданно исчезает. Небо, по которому важно проплывают флотилии облаков, заслоняя далекое пламя звезд и свет, летевший миллионы лет, вязнет в облаках, так и не достигнув своей цели. Небо прекрасное, мистическое, заставляющее ощутить себя частью бесконечно организма или механизма, величие которого поглощает без остатка любые человеческие амбиции.

Ира шагнула навстречу небу и почувствовала, как неведомая сила подхватила ее и понесла наверх к звездам. Они проносились мимо, вспыхивая яркими обжигающими факелами,или встречая равнодушным сиянием холодного неонового света, и растворялись в чернильной черноте космосаБыло чуточку страшно и очень весело. Уже давно она не ощущала такого странного смешения чувств. Лет с пяти.Тогда они всей семьей пришли в Новый парк аттракционов. Мама долго отговаривала отца от поездки в «Трубе эволюции»: « Иринка еще маленькая, а там страшно! Испугается ребенок – что будем делать. По пути же нигде нельзя выйти!»

-Сменим подгузники – отшутился отец.

-Я серьезно! – глаза у мамы были большие и в них смешались страх, мольба и тихий протест.

-Милая, сказки тоже страшные. Но всегда заканчиваются хорошо. Эта поездка – страшная сказка со счастливым концом. – смеясь, убеждал отец. - Признайся лучше, что ты сама ужасно трусишь.

Мама честно призналась, но это ничего не изменило. Отец настоял на поездке. Он редко отказывался от своих намерений. А мама уступила. Она так и не научилась сопротивляться его воле.

Потом они расселись в прозрачных креслах, в прозрачной капсуле. Ире казалось, что вся семья висит в воздухе как звёзды или облака. Она представила себя толстеньким белым облачком, ией стало смешно. Но рассказать родителям про облако Ира не успела. Капсула стремительно полетелапо прозрачной трубе прямо в сверкающие потоки лавы, врезалась в них и прошила насквозь жаркие,темно-алые волны раскаленного камня, как пуля бумагу.

В одной из пролетавши мимо пещер на Самсоновых напали громадные, страшные чудовище. Было чуточку жутко. Хотя Ира и знала, что всё это понарошку, она спряталась за отца. В прозрачной капсуле больше спрятаться было негде. Но в другой защите девочка не нуждалась. Она знала: чтобы ни случилось большой и сильный мужчина – её папа – спасет всех от любых чудовищ. Но подвига не потребовалось. Капсула, следуя прихотливым поворотам трубы, пронеслась в миллиметрах от кровожадно щелкающих челюстей.

В стремительном ритме одна пещера сменяла другую и, всего за несколько минут, промелькнула вся история эволюции планеты. Впрочем, тогда научно-познавательная сторона аттракциона Иру интересовала меньше всего. Ее захлестывали эмоции. Мама смешно пищала. Ира визжала от восторга, а отец держал их обеих за руки. Было страшно и весело. Почти как сейчас. И, к слову, подгузник не понадобился.

Внезапно Ире стало грустно. Она не видела родителей уже более десяти лет. Их путешествие в «Трубе эволюции» было одним из последних семейных мероприятий. Отец много работал и редко бывал дома. Потом Иру отдали в элитную школу. С тех пор с родителями она встречалась только в Потоках.

Типичная история для семейуспешных чиновников и бизнесменов. Институт искусственной разлуки, как способа сохранения жизни VIP-персон и гарантии от шантажа, был введен в практику во времена борьбы с терроризмом. Целесообразность выше чувств! Созданная система, видимо, оказалась востребованной и удобной и теперь. когда Прямые Информационные Потоки гарантировали покой на планете.Тем более, что под контролем ГИЦ - эмоциине могли приобрести фатальный характер. Раз в неделю Самсоновы звонили дочери по голографическому видеофону. Отец практически не изменился. Только мама становилась всё печальнее. Говорила, что очень скучает. Ира вежливо кивала, но острой тоски по родителям не ощущала вплоть до сегодняшнего дня. Только теперь, во сне, она поняла, как хочет увидеть маму, взять её за руку, ощутить почти забытое тепло ее кожи.

Вдруг Ира почувствовала, что, что-то горячее и влажное уперлось ей в сипну.. Она оглянулась и увидела два больших грустных глаза.

-Это лось. Он журналисток не ест, - донеслась ехидная реплика откуда-то из звезд.

-Правда? - Спросила Ира.

Большие ресницына секунду скрыли задумчивые глаза, и лось неуверенно подтвердил

- Правда. Разве что изредка. Одну – две, не больше.

-Шесть, - коротко поправил кто-то, прячущийся в звездах.

Ира заглянула в грустные глаза, резко оттолкнулась от лосиной мордыи очнулась. Вместо бесконечного ночного неба, тесная транспортная капсула. Вместо грустных лосиных глаз – надоевшая за день лысина с лёгким налетом молодой щетины.

<

-Шесть?- еще не придя в себя окончательно, по инерции спросила она. Ира почувствовала, как ускорение мягко вдавливает ее в спинку кресла.

-Уже пять. – ответила лысина. Голос спутника был напряженный и немного странный. Но, так раздражавшая Иру покровительственная и самоуверенная интонация отсутствовала.

-Что «пять»?

-Нас подняли на пятый уровень.

-И что дальше?

-Не знаю.

-А вы не пробовали определить маршрут? Программатор, между прочим, у вас под рукой.

-Поздравляю!

-С чем? – искренне удивилась Ира.

-Вы быстро начали соображать своими мозгами. – Фраза по сути своей была оскорбительная, но звучала с таким искренним удовлетворением, что обидеться показалось невозможным.

-Я всегда… - Ира поняла, что эта фраза, продолжи она ее, неизбежно приведет к скандалу. А они, судя по всему, попалив ситуацию, несовместимую с мелкими разборками. – Что с программатором?

-Пробовал управлять – никакой реакции. Нас очень ловко поймали.

-Кто? – Ире было абсолютно непонятно: кто и зачем их может ловить?

-Сам бы хотел знать. Нужно из капсулы выбираться.

Выбираться из капсулы на ходу? Ира знала, что это практически невозможно. Ей стало любопытно: как это странному «консультанта» удастся осуществить. Она заглянула через его плечо.На коленях у спутника был расстелен его ненаглядный мягкий монитор. Сильные и быстрые пальцы скользили по поверхности прибора, совершая движения похожие на пассы гипнотизера. Ира почувствовала, как ускорение снова откидывает ее на спинку кресла.

-Четыре. – автоматически отметила она, а сама подумала: « У него красивые руки».

-Совершенно верно, - лысый свернул монитор, спрятал его на груди и нажал на рычаг блокиратора люка. – Давайте руку!

-Нет. Мы же разобьемся!

-Возможно.

Ира ощутила, что ее ладонь оказаласьсжата в тисках его железной хватки. Капсулана мгновенье зависла и внезапно рухнула в вертикальную шахту.

-Ма-ма!!-Крикнула Ира.

-Прыгай, черт тебя возьми. – Девушка почувствовала, как её вырвали из кресла. Космический полет, начавшийся в забытьи, продолжился. Только из страшновато-весёлого он превратился в безысходное падение вдоль невидимых каменных выступов.

Стас и Ира лежали на прохладном полу горизонтальной штольни. Мелкая каменная крошка упиралась в их спины, но они не замечали боли и не ощущали дискомфорта.

-Нас хотели убить? – ответ был очевиден, но Ира не могла поверить в реальность происшедшего. Конец двадцать второго века.Человеческая жизнь провозглашена единственной и главной ценностью цивилизации. Сама мысль о насильственной смерти казалась дикой и кощунственной. Жестокости прошлых веков были изъяты из всех учебных пособий, чтобы не травмировать психику людей. Эта информация даже на спецкурсах с ограниченным допуском и жестким возрастным цензом давалась строго дозировано. Человек младше двадцати лет в принципе не мог знать, что такое война, пытки, убийства.

-А ты сомневаешься?- после затяжного прыжка в пропастьСтас, в общении с Самсоновой, незаметно для себя с холодного и отстраненного «вы» перешел на вполне дружелюбное «ты». Девушка, возможно, ещё не поняла, но спаслись они именно благодаря ей. Телескопические каблучки ее туфель нашли спасительный выступ поперечного штрека. Нашли и буквально вонзились в узкую щель между каменных пластов. Как Ира не сломала ноги – остается загадкой. Скорость падения уже была достаточно приличной, хотя по расчётам Стаса они пролетели всего метров десять.

Впрочем, кто кого спас в этой передряге – вопрос отдельный. Не отпусти Стас в момент приземления влажную ладошку и они бы измерили глубину шахты до самого дна. Но он успел разжать пальцы, лишь слегка, приостановив собственное падание. Причём только сейчас сообразил, что отпустил Ирину руку, потому что испугался, что сломает её обожаемые и холёные ноготки. Странно, но в момент падения взломщик думал именно об этом. Точнее о том, что девушка не перенесёт эту потерю. Как будто так важно: останутся ли ногти целы, если все остальное будет разбито всмятку.

Стас успел ухватиться за край штольни. Полёт завершился посадкой. Не очень мягкой, но зато без жертв.

-Нас бы хватились. Начали искать, и все бы открылось!

-Это вопрос: хватились бы…

- То есть как? – удивилась Ира.- Меня бы завтра же на кафедре стали искать. Я должна в понедельник отчитаться о встрече.

-Могли не хватиться. И очень просто. Есть иллюзия присутствия, есть иллюзия отсутствия.

-Иллюзия?

-Мы бы продолжали жить в Глобальном Информационном Центре. Нас бы регулярно встречали знакомые и коллеги. Мы бы даже могли сделать неплохую карьеру. Например, не удивлюсь, если твоя соседка Джинна, в этом году выиграет звание мисс Мира.

-Я не понимаю…

-Все элементарно. На чип подается соответствующая информация, и люди вполне убеждены, что беседуют с человеком, хотя его де-факто нет.

-Но это же не честно! Это страшно!Причем здесь Джинна?

-Так, неважно.- Стас вспомнил, что Ира ничего не знает о смерти подруги, и постарался замять эту тему. -Есть другое решение. Память о нас стирается. И все. Никогда не было таких: Ирины Самсоновой и Станислава Савенко.

-Никто этого не допустит! – такое рассуждение показалось Ире настолько кощунственным, унижающим достоинство людей, что она на миг возненавидела взломщика. Почти так же сильно, как ненавидела его утром, самодовольно восседающего в своём запущенном офисе.

-Ты так думаешь? – Стас говорил без иронии. Скорее с любопытством или даже надеждой.

-А ты нет? – это легко и естественно прозвучавшее «ты» почему-то обрадовало Стаса.

-Я? Я не уверен. – На самом деле Стас почти не сомневался, что все произошло бы по одному из представленных им сценариев. Но слишком травмировать и без того много пережившую за этот бесконечный день девушку, он не хотел. – Раз существует техническая возможность, значит, имеется и вероятность, что ей кто-то воспользуется.

-А не может быть, что, все, происшедшее со мной сегодня, только иллюзия? И я лежу у себя в комнате в общежитии и просто сплю?

-Не может.

-Но, почему?

-Боюсь разочаровать, но твой чип я отключил минут сорок назад.

Ира попробовала возвести в куб первое, пришедшее в голову число,127 в третьей степени не всплыло привычным мгновенным результатом.Спутник не врал, чип действительно отказал в помощи. В голове, как в студенты в курилке, толклись несвязанные мысли и странные аналогии. Они не обращали внимания друг на друга, но каждая стремилась обратить внимание Иры на себя. Эта веселая сумятица немного смущала, но, как ни странно, Ира не чувствовала разочарования от потери привычной линейной стройности мышления. Она вдруг с необъяснимой теплотой поняла, что это ее собственные мысли. Не вложенные кем-то, а рожденные в бесконечных сплетениях нейронов мозга. Родные, принадлежащие только ей. И узнать о них можно лишь с ее согласия и по ее воле. Они – её собственность. Эти мысли можно скрывать, а можно ими делиться. Их можно хранить, а можно дарить. И несмотря на их некоторую суетность и нестройность, они вполне вероятно чего-нибудь стоят и значат. И только ее желание и воля способны выстроить мысли и навести в голове порядок. Если, это, конечно, захочется сделать!

-Ладно, нам нужно отсюда выбираться. А то дело идет к ночи, а мы еще не обедали. – Стас лишь догадывался, что творится в мозгу Самсоновой, нежданно получивших свободуот сети Прямых Информационных Потоков. Но что творилось в его собственном желудке, чувствовал очень остро.- Я не знаю, как журналисты, а люди моей профессии без еды звереют, становятся маньяками и могут натворить кучу всяких глупостей.

-Какая еда? Нас чуть не убили! Я получила настоящую свободу! А ты о какой-то еде!!!

То, что говорил Стас, настолько сильно контрастировало с ее переживаниями, с глобальными гуманитарными и этическими проблемами, которые вдруг обрушились на нее, что Ира была просто поражена. Свобода мысли и вдруг пустой желудок: как это можно уровнять на весах человеческих ценностей? Ира не удержалась и обобщила вслух – А глупости ты и так говоришь целый день. Вот и сейчас.

Стас словно отгадал ход ее рассуждений и примирительно заявил:

-Поверь, на темы морали и общечеловеческих ценностей лучше дискутировать на сытый желудок.

Ира собралась возразить, но услышала голос своего желудка. И он, паразит, недвусмысленно подтвердил полную солидарность со своим коллегой.

Взломщик достал миниатюрный фонарик. Оглядел стены, свод штольни над их головами, перевёл луч на Ирины руки.

-Смотри-ка, целы.

-Кто?- не поняла Ира

-Ногти. Я ужасно боялся ихсломать.

-Правда, целы. Повезло…

-Сейчас проверим: насколько повезло. -Стас поднялся и, ощупывая пол штрека маленьким овальным пятном света, пошел вперед. Только встав на ноги Ира поняла, какой силы удар она получила. Ее любимые, стройненькие, загорелые ножки подгибались, дрожали и отзывались болью при каждом шаге. Не меньше болела правая рука. Та самая, за которую ее выдернули из капсулы, и на которой болтался Савенко. Пусть недолго, но, всё же, он увесистый мужчина, а её ручка вовсе не рассчитана на транспортировку тяжестей.

«Между прочим, удержать мужика от падения, тем более, паденияв пропасть - дело не легкое. А он хоть бы спасибо сказал. Нет, все-таки он, как там у Чехова? «Бурбон, монстр!» Хорошо, хоть ногти не обломал. Интересно, он, правда, из-за них волновался?»

-Давай поддержу. – Стас подхватил ее под больную руку.

-Больно! Не надо, я сама.- Ира освободилась из неосторожных объятий.

«Его предупредительность хуже его грубости. Лучше бы я оставалась розовой каплей. Толстенькой, маленькой и кругленькой. Такой: прелестной, обтекаемой и нечувствительной к боли». Эта мысль ее немного развеселила. Идти стало легче.

-Удара-то, не было. – «ыло-ыло-ыло» пронеслось по каменному коридору.

-Как это не было: у меня ноги до сих пор трясутся!- полушепотом возмутилась Ира,. Почему-то ей не хотелось затевать игры с эхо.

-Если бы транспортная капсула разбилась – мы услышали. – Стас тоже перешел на шёпот и штрек отозвался только тихи шипением.

-Она пролетела насквозь. Вот в Америке удивятся! – улыбнулась Ира собственной идее. Она представила, как капсула с идентификационными номерами Нижнего города вылетает где-нибудь в подземных уровнях Нью-Йорка. Вот и их транспортной службы глаза на лоб повылазят! Но глаза чуть не выскочили у самой Ира. Она, на полном ходу, размазала улыбку о крепкую спину, неожиданно остановившегося Стаса.

-Осторожно.- Запоздалое предупреждение взломщика было уже бесполезным..

-Ой! –«ой-ой-ой-ой» по нарастающей прокатилось по подземелью.

-Извини. Мы сами чуть в Америке не очутились.

Потирая носик, Ира выглянула из-за спины Стаса. Луч фонарика растерянно бродил по стене шахты, проваливающейся отвесно вниз.

-Идти некуда. Ужин при свечах отменяется.

-А что, мы шли ужинать?

-По крайней мере, я на это надеялся.

-И что дальше? – Ира поняла, что штрек с обеих сторон заканчивается пропастью, но почему-то положение ей не показалось таким уж безвыходным. Вероятно, день обильных приключений притупил остроту восприятия опасности. Нельзя же бояться бесконечно…

-Дальше? Будем думать.

-Мы, как потерпевшие кораблекрушение в океане. Одни на необитаемом острове. – Ире эта ассоциация показалась забавной. Она вообще испытывала некоторую эйфорию от лёгкого, чуть хаотичного брожения мыслей в голове.Думать, оказалось гораздо интереснее, чем знать. И девушка ощущала настоящее наслаждение от самого процесса мышления. Она настолько увлеклась собственными переживаниями, что не могла серьезно воспринимать опасность создавшейся ситуации.

-Лучше бы на острове. Там, по крайней мере, есть шанс поесть и еще один шанс - попить.

-А о еде в нашем положении лучше не вспоминать. - заявила Ира веско, - Нужно отвлечься и думать о чём-нибудь приятном и доступном. Например,…

Она замолчала, пытаясь придумать пример, но в голове бродили какие-то несвязанные обрывки неоконченных мыслей и ничего дельного.

-Например, о чём?

-Не знаю. - Призналась Ира.

-Если о доступном – то о геологии!-подсказал Стас.

-Хотя бы. – приняла помощь девушка.

-Откуда такие глубокие познания в психологии экстремальных ситуаций?

-Учись работать с информацией! – нашлась Ира.

-Хорошая мысль, -согласился Стас,- выберемся – сразу начну.

Он нащупал за пазухой монитор и вынул любимую скатерку.

-Приключения продолжаются? – Ира посмотрела на черный экран и поняла, что связь с внешним миром отсутствует.

-Ну, в общем, да. Монитор не пережил сегодняшнего стресса. Так что, даже сигнал SOS мы передать не сможем.

-А я?- Это «я» показалось Ире настоящей музыкой. Музыкой, которую она придумала сама. Умный, лысы, опытный Савенко не смог додуматься до элементарного решения! А она, ещё час назад интеллектуальный инвалид, нашла выход. Сама нашла! Сама!!

-Что «Я»?

-Включи мой чип – вот и связь. – Ира торжествующе улыбнулась.

-Это не связь, а заявка на похороны. – Стас не оценил её идею. Это было несправедливо и обидно.

-Не слишком ли трагично? – девушка попыталась вложить в слова максимум сарказма.

-Скорее излишне оптимистично.- Стас на провокацию не поддался. Он оставался задумчив и сосредоточен.

-Предложишь другой вариант?

Стас промолчал. Вариантов пока не было. Взломщик привык находиться рядом с цивилизацией, не подчиняясь ей, но пользуясь ее благами. Сейчас привычных технологий в его руках не оказалосьОн, наконец, приобрел полную свободу от законов, по которым жило все человечество, но никаких преимуществ от этого не получил.

***

-Может быть, там дна вообще нет?

-Вообще – нет, такого быть не может.

-Славно поговорили. – Улыбнулась Ира и очень пожалела, что такая обаятельная улыбка пропала впустую. В темном штреке разглядеть ее Стас не мог. Савенко, на своё счастье не знал, какой улыбкой его одарили. Иначе, наверное, сошёл с ума.От женской улыбки мужчины легко теряют разум. Но взломщик сохранилспособность думать и поэтому пытался найти ответ на Ирин вопрос: есть ли дно у шахты?

Камень, брошенный в дыру в конце маршрута, удалился в густую тьму с достоинством, но без шума. Что заставило почти всерьез принять версию о сквозном характере отверстия. После чего они оправились искать счастье к месту своего неожиданного спасения. Процедуру жертвоприношения булыжника повторили с тем же успехом. Минут пять напряженно вслушивались,но шахта не вернула ни звука. Ира тяжело вздохнула и спросила:

-Интересно, от чего люди погибают быстрее: от голода или от жажды?

-От жажды – Стаса удивило, что их мысли двигаются в одном направлении.

-А ты откуда знаешь? – В темноте Ира легко перешла на ты. Лысины не было видно. А молодой голос Стаса заставлял забыть о разнице в возрасте.

-. Учись работать с информацией! – взломщик с удовольствием вернул Ире ее же выпад.

-Глупо… - По голосу было слышно, что Ира обиделась. Она считала, что поединок между ними закончился. Что общая проблема сделала их если не друзьями, то союзниками и никак не ожидала такого ответа. – Хватит разбрасывать камни. Включай мой чип. Нас наверняка найдут.

-Не сомневаюсь. Вопрос в том, кто? Если следовать логике последних событий, то вряд ли это будут близкие друзья или рыдающие от счастья родственники. Я думаю, что наш сигнал ждут. Только на какой предмет?

-Но ты же пытался войти в сеть?

-Да, через пассивное устройство. С мягким монитором я могу войти в информационные потоки и управлять ими. И никто не может управлять мной.

-Ты взломщик?

Такого вопроса Стас не ожидал. Само существование института взломщиковявлялось тайной для 99,999 процентов населения. Причем девятку за запятой можно было повторить еще раз двадцать.

«Хорошо, что она не видит моего лица. Бьюсь об заклад, что выгляжу сейчас полным идиотом».

Ира справедливо рассудила, что молчание Стаса – лучшее доказательство её правоты.

-Ты взломщик – уже уверенно заявила она - Я считала, что это все выдумки и легенды. Девчонки на курсе от зависти лопнут, когда узнают, что я работала с настоящим взломщиком. А какой материал может получиться!

-Никакой не получится.

-Почему? О тебе писать нельзя? Тогда зачем меня к тебе послали? Ведь не случайно?

-Точно! Ты попала в десятку. Только обо мне ты забудешь сразу, как по возвращении в свое общежитие.

-Никогда!

-Забудешь и даже не узнаешь об этом. Если, конечно, мы отсюда выкарабкаемся.

-Ты хочешь сказать, что меня послалиследить за тобой? – Ира была поражена своей догадкой. Теперь она понимала, причину недружелюбия Стаса. На его месте так бы реагировал каждый. А кому нравится находиться под постоянным наблюдением.

-Умная девочка. Слишком умная, чтобы тебя за это похвалил кто-то кроме меня.

Девушка немного помолчала и во второй раз за одну минуту поставила взломщика в тупик:

-Так ты меня боишься? Боишься, что мной станут манипулировать?

Подобной сообразительности от человека, выросшего с мозговой подпоркой в виде чипа, Стас не ожидал.

-Не то, чтобы боюсь. Просто в нашей ситуации это настолько рискованно, что кажется абсолютно неприемлемым.

-А если меня использовать как мягкий монитор. Если манипулировать не сенсорами, а мною?

-Тобой?- Стас задумался и скорее рассуждая, чем одобряя продолжил, - Это идея, хотя и не безопасная.

-В нашем положении говорить о безопасности? А от голода или жажды умереть – это безопасно?

-Хорошо. Ты права.

Журналистка в самом деле проявила недюжинную сообразительность. В школе космодесанта Савенко проходил курс выживания. Один из разделов включал в себя искусствооказания медицинской помощи без специального оборудования и лекарств. Упражнение на введение в гипнотический транс будущий взломщик сдал на «отлично». Там же курсантов обучали навыкамуправления человеком, потерявшим сознание. Восстановление связи через чип погибшего напарника и многим другим штучкам, совершенно бесполезным в повседневной жизни.

Стас был уверен, что на Земле большая часть знаний ему никогда не пригодятся. И, если честно, иногда жалел о потерянных впустую годах. Иногда, но не сейчас. Жизнь доказала, что ненужных знаний не существует.

***

Перед глазами Иры в тусклом свете карманного фонарика неспешно покачивался серебристый корпус приборчика. Голос Стаса произносил какие-то фразы, смысл которых до Иры уже не доходил. Она ощущала усталую тяжесть тела и волшебную легкость мысли. Казалось, что вся она, Ира Самсонова, распалась на две части: одна из них осталась на неровном полу штрекавместе с мышечной болью, голодом, переживаниями бесконечного и странного дня. Вторая – золотистым перышком повисла в воздухе, в ожидании одного-единственного дуновения ветерка. Ветерка, который подхватит ее и понесет невесомую и счастливую через переплетения шахт и штреков к высокому ночному небу.

И она дождалась порыва. И ветер сорвал ее с места и понес золотой кометой по черным туннелям. Мелькали жилые и транспортные уровни. Появлялись и исчезали человеческие лица. Невнятные голоса то рассыпались нежным шепотом, то срывались на крик. Но и шепот и крик не задевали ее сознания, не мешали удивительной радости полета.

В кабинет директора филиала«Deutschebank» она ворвалась прямо сквозь готический витраж. Сначала распалась на тысячу искорок, зажигая бесчисленные цветные стеклышки. Витраж отозвался мелодичным радостным звоном. Словно приветствовал возвращение старой знакомой. Затем искристым фейерверком вырвалась из фигур рыцаря и дамы, на мгновенье зависла их зеркальным отображением и снова обернувшисьзолотым перышком, упала на пульт включение голографической системы.

Ира не почувствовала, что нажала сенсор. Скорее она втекла в него. И снова рассыпалась уже внутри системы золотыми искорками по тонким проводникам. « Я не розовая капля, я золотая роса!»

Ира не успела удивиться внезапно возникшему поэтическому образу, как вдруг ощутила, что что-то жесткое и черное остановило ее полет. Будто холодная каменная спица стала нанизывать ее капельки на себя. Каплю за каплей. Огонек за огоньком.

Сновавернулась боль. Та самая тупая мышечная боль, которую он бросила на холодном полу тупикового штрека, где-то между четвертым и пятым уровнями.

Ира поняла, что еще пара секунд и две ее половинки соединятся. И никому от этого не будет хорошо. Во всяком случае, никому из тех, кто ей дорог.

«Не стой! Вперед! Тебя не удержат!» - подсказал знакомый голос.

«Куда вперед?»

«Не думай куда, просто двигайся. Ты в проводах. Пока двигаешься ты только сигнал, импульс, поток электронов. Тебя не найти и не удержать!»

«Как же я не додумалась: у спицы же два конца! Даже у каменной.» - подумала Ира, - «Если меня нанизали на один, с другого я стеку сама. Нужно двигаться и меня не смогут удержать…»

Золотые искорки, набирая скорость и раскаляя своей энергией каменное тело спицы, рванулись вперед.

Знакомый голос издалека нашептывал столбцы таблиц цифровых кодов, наименования символов, наговаривал заклинания непонятных знаков.Ира плохо разбиралась в программировании. Только в пределах общего курса. И она скорее догадывалась, чем знала, что эти цифры и символы прокладывают путь, по которому она уйдет от враждебной каменной спицы и доберется на пункт назначения. Туда, где ей предстоит выполнить миссию, ради которой она пошла на это опасное и странное приключение в сети. Быстрее, еще быстрее! Расплавленный камень больше не держал ее. Он просто превратился в яркую вспышку и облачко пара.

«Все, свободна!»

«Хорошо, молодец. Еще немного и ты у цели!»

В этом помещении Ира не была никогда. Но почему-то сразу поняла, что это центральный пульт системы охраны Нижнего города. А, может быть и всего континента. Она прочитала горящую на стене инструкцию. Точнее её верхнюю часть, где было крупно набрано: «Инструкция по пользованию системой охраны Восьмого поколения «Сигма-RP34».

«Ух ты, как всё важно!» - удивилась Ира. - «Это они от меня «Сигмой-RP34» охраняются. Глупенькие. Я же золотая роса. Меня Сигмой не поймать!»Она попыталась разглядеть лицо человека за пультом. И поняла, что уже видела его раньше. Ира хотела вспомнить: где и когда, но голос снова подталкивал ее к действию: «Не отвлекайся! Ищи ангар роботов-охранников. Отлично». Теперь цифры и знаки текли сквозь Иру. Было ощущение, что символы вырастают и превращаются в длинные и сильные руки.Они потянулись к роботам, нежно и уверенно коснулись сверкающего металла корпусов. Крепким рукопожатием сжали захваты манипуляторов. Напряглись и вырвали машины из ангаров.

Четыре суперсовременных антигравитационных робота, с достоинством баллистических ракет, подчиняясь ее воле, неслись по транспортным системам Нижнего города.

«Шесть, пять,» - знакомый голос приближался.

«Четыре, три,» - Ира растерялась: она перестала ощущать себя частью системы и повелительницей роботов.

« Два, один, ноль!» - легкость пропала, а боль, голод и усталость вернулись.

-Ничего не вышло? – в тусклом свете фонарика Ира разглядела лицо Стаса. Она была готова разрыдаться от бессилия и разочарования: все усилия потрачены в пустую. Миссия не выполнена. Ира не оправдала доверия.

-Все отлично. Ты умница! -взломщик улыбался, - Лучше тебя с этим не справился бы ни один мягкий монитор.

Комплимент звучал странно, но Ире было не до этого. Она поняла главное: их афера удалась. Хотя этого просто не могло быть.

***

Стас осветил фонариком выход из штрека. Четыре робота с видом беззаботным и крайне независимым, болтались над пропастью шахты. Они напоминалистарых приятелей, собравшихся после рабочего дня в баре за кружкой пива, в полной и обоснованной уверенности, что с делами покончено и до завтра их не посмеет побеспокоить ни босс, ни жены, ни кто-либо еще. Роботы были довольны собой, жизнью и бездонная дыра под ними металлических охранников ничуть не беспокоила.

-Забавно, - Ира любовалась на свой эскорт.

-Забавно, - согласился Стас. Но его забавляло совсем другое.

Весь сеанс вскрытия системы взломщика не покидала мысль: если он, простой взломщик, может легко манипулировать человеком, значит любой, более ли менее грамотный программист, способен повторить этот фокус. То есть вся сложная и, на первый взгляд, сбалансированная иерархическая системапланеты, на самом деле не стоит и выеденного яйца. Вовсе не обязательно быть членом Верховного Совета,Континентальных, Региональных или местных органов власти, чтобы реально управлять людьми. Прямые Информационные Потоки -упряжь, в которой находится большая часть человечества. Решит какой-нибудь маленький жучок, незаметный служащий, незначительный винтик в гигантской машине цивилизации, что в его интересах все люди должны выстроится в одну шеренгу, вскроет сеть, направит информацию в чипы и команда будет выполнена. Ни у кого даже вопросов не возникнет. Нидо, ни во время, ни после построения.

Вне шеренги останутся только homosapiens, лишенныеэлектронного червя в черепной коробке. Преимущественно те, кому за сорок. Эта публика будет удивлена всеобщим построением, но повлиять на происходящее не сможет. Демократия живет по законам больших чисел. И абсолютное большинство – рабы Прямых Информационных Потоков.

Было даже странно: почему никто до сих пор не попробовал стать владыкой мира. Либо существовала некая аварийная система, рассчитанная на противодействие подобным попыткам. Либо количество граждан без чипа пока, всё же, оставалось достаточно значительным.

С этим еще предстояло разобраться. Проблема действительно интересная и с профессиональной точки зрения и, главное,с точки зрения безопасности жителей Земли.

А вот с текущей задачей Стас, похоже, справился. По сути, прошел в пошаговом режиме действия организаторов ограбления банка: манипуляция чужим сознанием, вскрытие системы охраны, полет нароботах. Впрочем, полет еще только предстоял, но взломщик был уверен, что и взлет и посадка пройдёт, что называется « в штатном режиме».

Управиться с роботами для Савенко было несложно. Пара роботов нежно подняла обессиленное после сеанса взлома тело Иры. Вторую пару взломщик оседлал сам.

Можно было лететь в офис и там, за чашкой кофе, не спеша обдумать все происшедшее за день. Тем более, что оставшись без монитора, Стас лишился последней нити, связывающей его с шефом. Или, что точнее, последней нити лишился шеф. Но взломщика мучил один вопрос: почему не было шума от разбившейся капсулы? Удар камня о дно можно не расслышать. Особенно, если дно находится далеко. Но металлическое сооружение весом в пол тонны должно было ухнуть от души. Так, что только глухой не услышит.

А брякнуться капсула была обязана. Шахта эта не транспортная. Нет в ней ни оборудования для создания электромагнитных полей, ни воздушных потоков. Обычная старая выработка, с демонтированным лифтовым оборудованием. Ещё вопрос: как капсула смогла попасть в эту шахту? Транспортные системы не имеют прямых выходов в старые выработки.

Стас дал команду роботам на медленный спуск.

Капсулу, необъяснимым образом висящую в воздухе, они обнаружили метрах в пятнадцати ниже. Насколько Стас знал, антигравитационных устройств такой мощности создать, пока не удалось. Но капсула доказывала, что знания взломщика не всеобъемлющи. По всей видимости, давно следовало провести плановую ревизию технических новинок. В том числе и секретных.

Распахнутая дверка люка располагалась точно над удобной каменной площадкой. За ней в луче небольшого прожектора, просматривался длинный тоннель. Где-то в глубине тоннеля едва заметно маячил еще один источник света.

-Я ошибся. Нас не хотели убить. Нас приглашали в гости.

-Разве так приглашают – возмутилась Ира.

-По-видимому. Интересно: от кого исходило приглашение?

-Какая разница?

-Однако, большая. От этого зависит, ждут нас или нет. И как будут принимать.

-Хорошо бы если накормили. – Вздохнула Ира. – Я сейчас готовасъесть что угодно.

-Даже насекомое?

-Какой, ты, всё-таки, противный.

-Устами младенца глаголет истина. – Стас с интересом осматривал транспортный модуль.

-Что ты сказал? – несмотря на голод и усталость Ира не утратила способности защищать свое достоинство.

-Что? А, извини, я не закончил. Так вот: устами младенца глаголет истина. А устами женщины – Бог.

-Жалкий подлиза!

-Ну вот, опять не угодил. – Стас вроде бы огорчился, но процесс изучение капсулы не прекратил. Это была не серийная модель. То естьвнешне капсула точно повторяла контуры тех устройств, что последние пятнадцать лет гоняли по тоннелям подземных городов, терпеливо и пунктуально вытряхивая юники из карманов горожан. Но более ли менее внимательный взгляд находил массу странных и нестандартных конструктивных решений. На торцевой поверхности люка стояло небольшое клеймо: четыре параллельных линии – первая и третья покороче, вторая и четвертая – длиннее. В длинные линии вписано название корпорации «StanzaInc.».

Сомнений в том, что какой-то искусный и умный игрок просчитал все ходы Стаса на пол партии вперед – не оставалось. Его просто толкали внутрь этого тоннеля.

Чувствовать себя марионеткой в чужих руках Стас не привык. Унизительно это и обидно. Не для того он от чипа отбивается. Но в данной ситуации от его поступков зависела не только его собственная, Стаса Савенко, жизнь. Рисковать жизнью Иры, только ради того, чтобы отстоять свое право на свободу поступков он уже не мог. Что-то изменилось в его отношении к этой загорелой и забавной девчушке.

-Ира, оставайся здесь,а я пойду немного прогуляюсь. Если потребуется быстро исчезнуть – пульт управления у роботов на затылке. Синенькая кнопка со стрелкой. Нажмешь- крышка откроется. Ты девушка сообразительная – разберешься. Я перевел их на ручной режим. Так что теперь они, в полном смысле ручные. Не убегут.

Идти в глубь туннеля Стасу вовсе не хотелось. Ему хотелось поесть и упасть на кровать. Хотя бы часика на четыре. Даже его тренированное тело сегодняшний день изрядно достал.

-Я здесь одна не останусь! – Ира попыталась вырваться из крепких механических объятий, но у нее ничего не вышло.

Стас улыбнулся:

-Куда ты денешься? Не теряй времени - постарайся поспать. Приятного отдыха. Я скоро вернусь.

Тяжело вздохнув, взломщик направился к далекому источнику света. Нет, положительно, даже с его сумасшедшим здоровьем и тренированным телом после сорока лет играть роль спасителя человечества становилось все скучнее. Хотелось чего-то более спокойного, основательного, руководящего. Например, работы воспитателя в детском саду.

***

Искать приключения в мире, знающем об опасностях только из исторических справочников и допотопной беллетристики, занятие для ненормальных. Для тех, у кого адреналиновую зависимость не способно излечить даже прямое воздействие Информационных Потоков. Проще говоря, для дураков.

Стас дураком себя не считал. И специально за приключениями не гонялся. Нередко приключения его находили сами. Заваливались в его жизнь, как старые приятели – без звонка по видеофону и предупреждения. Но это бесцеремонность объяснялась его профессией.

Если честно, по регламенту работа взломщика должна ограничиватьсяусилиями сугубо умственными. Во всяком случае, как-то так все прописано в должностных инструкциях. И в спискепрофессиональных болезнейвзломщиков кроме геморроя значатся только психологические срывы и глазные недуги. Но, зачастую, периодически возникают обстоятельства, разобраться в которых можно только, изрядно попотев. Как, например, эта запутанная банковская комбинация, шифр к которой Стас еще не подобрал, хотя сил уже отдал столько же, сколько десантник в штурмовой группе на враждебной планете. То есть, преступление, фактически раскрыто, исполнители определены. Осталось найти деньги, заказчиков и тех, кто с таким упорством толкает Савенко в заброшенный туннель.

На едва заметный красный огонек, мерцавший в стене на уровне колен слева походу, взломщик обратил внимание в самый последний момент. Если бы он успел сдвинуть ногу хотя бы на пару сантиметров вперед - сигнализация обязательно сработала.

«Так, туннель, оказывается, не такой уж и заброшенный. И посторонних здесь не привечают. И меня не ждут.Вряд ли бы дорогого гостястали встречать воем сирен, тревожных звонков и прочей шумовой атрибутикой. Отсюда вывод: капсулу к входу в тоннель подогнал не хозяин этого подземного царства. Более того, о наличии сигнализации таинственный доброхот понятия не имеет. Или меня собирались сдать. Только не понятно: зачем?».

Последние пятьдесят метров туннеля движения Стаса больше напоминали ритуальный танец пещерного человека. Он то подпрыгивал, то полз, то изгибался как змея, обвивающая тропическую лиану. Все это сопровождалось тихими, но эмоциональными высказываниями в адрес поврежденного монитора, «сволочей, понатыкавших в стены и пол датчики» и ненормальной работы. Не избежал свой доли «комплиментов» и шеф.

После очередного подскока на одной ноге Стас, неожиданно для себя оказался на пороге огромного зала. Казалось, что стены, пол и потолок туннеля просто распахнулись, или их мгновенно раздвинуло взрывом. Посреди зала, над черным, отполированным до блеска базальтом, поднималась малахитовая пирамида со срезанной вершиной. Пирамида была искусно подсвечена, и переливалась, как летний лес после дождя,всеми оттенками зеленого.

У подножия пирамиды распластались два десяткаобнаженных человеческих фигурок. В огромном помещение было прохладно. Стас чувствовал, как озноб пробегает по одетому в легкий летний костюм, телу. Но нагие фигурки,в религиозном экстазе не замечалихолода.

На вершине пирамиды, возвышаясь над распластанными людьми, светилось нечто пурпурное, очертаниями напоминающее человека, сидящего в позе «лотоса». У фигуры не было головы. Из аккуратно, будто саблей рассеченной, шеи вылетали языки пламени. Было видно, как всполохи зарождались где-то в ногах пурпурного монстра, перетекали по сосудам,и вырывались из него огненным цветком.

-Дети мои! – Вещал монстр низким, слегка гудящим баритоном, - люди погрязли во грехе! Человек стал придатком компьютера. Миллиарды людских сердец бьются под контролем машин. Триллионы нервных клетокделятся своими мыслями, эмоциями, знаниями с паутиной греховной сети. Она вытягивает из нас силы жизни. Она подчиняет нас дьяволу.

Грядёт день, когда человечество станет придатком компьютера, его ногами, его руками, его мышцами, безоговорочно подчинится злой воле ГИЦ.И тогда Мир рухнет Преисподнюю. Спасетесь только вы, те кто порвал порочную сеть, кто обрел свободу духа, кто вверил свою бессмертную душу Господу!

Стасу показалось, что звук обволакивает его со всех сторон. Даже не так: проповедь звучит вокруг него и внутри него. Было такое ощущение, будто слова как жидкость заполняют каждую точку зала и растворяют в себе любого входящего сюда.

Стас невольносделал шаг в этот океан звука. Раз возникшее ощущение не пропало. Взломщик поплыл вперед, преодолевая плотные волны слов. Несмотря на вездесущность звуков, Стас мог поклясться, что их источником является огненныймонстр на малахитовой пирамиде. И, судя по реакции молящихся, павшие ниц почитатели новой Мессии так же точно знали: слова вырываются из пылающего алого тела вместе с языками пламени.

-Только вы можете спасти мир от пришествия Сатаны! Только вы способны освободить род людской от рабской смерти в черных лапах дьявола по имени ГИЦ. Вы, очищенные от мерзости и лжи Прямых Информационных Потоков. Вы, последняя надежда на возрождение Мира, созданного Мной.

Забыв об осторожности, Стас медленно погружался в глубь зала. Казалось, мягкий, обволакивающий баритон накинул на взломщика невидимый канат и, не спеша, но настойчиво тянул его к зеленому постаменту. Еще мгновенье и Стас сбросит с себя одежду и упадет ниц перед алым божеством.

-Наступит Пятница,Черная Пятница! Черная для наших врагов, совращающих слабых подачками электронного комфорта. И в тот день закончу я труды праведные. И создам человека, свободного от сатанинского груза цивилизации. И верну я Рай на Землю.И воспоем мы осанну бесконечному веку радости!

Взломщик не заметил, как оказался всего в нескольких шагах от обнаженной паствы. Стас с трудом оторвал взгляд от языков пламени, вырывающихся из тела пещерного Бога. Он оглядел молящихся. Они были молоды. Некоторые из них показались Савенко знакомыми, но стопроцентную гарантию он дать не мог, так как видел только спины. Хотя что-то рождало в нем необъяснимую уверенность: среди павших ниц фигур есть те, кто затеял с ним разборку на дискотеке в «Кадыке». За левым ухом у молодых людей блестели маленькие, величиной с горошину, шарики.

Баритон, между тем, приобрел жесткий, металлический оттенок, будто кто-то в такт словам проводил ножом по стальному листу.

-Дьявол пришел! Дьявол среди вас! Час святого испытания пробил. Убейте Дьявола, очистите мир от скверны!

«Сколько чести простому взломщику! Оказывается я и есть олицетворения всемирного Зла и символ ГИЦ в одном лице!»- Стас еще сохранял способность к иронии. Но положение его с каждой секундой становилось всё более отчаянным. Полукруг обнаженных тел теснил взломщика к малахитовой пирамиде.

-Стоп, стоп! Милейшие. Давайте разберёмся! - Савенко старался говорить громко, но спокойно, - Я, конечно, не без греха, но на титул Владыки Преисподней не претендую. Поглядите внимательно: разве Сатана может выглядеть так?

Толпа, переминаясь с ноги на ногу, молча прижимала Стаса к постаменту. Савенко понял, что его не слышат. Можно было объяснять, что он свободный взломщик, что думает своими мозгами и чипа в голове не держит.Что пользуется Прямыми Информационными Потоками только с помощью внешнего устройства. Но было ясно: здесь в объяснениях не нуждаются. Вопрос не упирался в аргументы и здравый смысл. Была фанатичная вера, было Божествои оно требовало смерти взломщика. А, значит, ритуал жертвоприношения должен был свершиться несмотря ни на что. Стас пришёл и уже этим заслужил кару. Толпа медленно сжимала кольцо. Никто не смотрел на взломщика. Все взглядыбыли устремлены полыхающее тело Бога.

У фанатиков не было оружия. Руки висели почти безжизненно вдоль тел. Казалось, они не замечали Стаса. Просто двигались к своему Богу, а Савенко случайно оказался на их пути.Взломщик даже на мгновенье усомнился в их способностипричинить вред.Но, ощутив спиной прохладу камня, Стас ясно понял, что с таким же отсутствующим выражением на лицах его придавят к постаменту и вомнут в полированный малахит без эмоций и сожалений. Даже не поднимая рук. Пресс из человеческих тел просто выдавит из него дыхание, а вместе с ним и жизнь.

Взломщик присел, и резко рванулся влево, туда, где толпа выглядела чуть реже. Но, секунду назад еще безжизненные руки, мгновенно оплели его жестко и безжалостной хваткой. Стас ощутил холод пальцев, сжимавших его сонную артерию.

Савенко почти вслепую наносил удары, пытаясь вывернутся из рук толпы. Но фанатики не чувствовали боли.Они все плотнее смыкали тела.

«Вот и все. Приключение закончилось.»- Прохладная кожа чьих-то тел вжималась в его лицо, закрывала ноздри, не давая вырваться вверх или упасть на каменный пол. - «С детстване любил оргии.Теперь понятно: почему. Секс до добра не доводит. Особенно коллективный!» - Подумал Стас, слабея.

Пальцы взломщика в цеплялись за прохладные гладкие тела. Маленький шарик оказался в руке совершенно случайно. Стас сжал теплый металл и потянул к себе.

Что-то неуловимо изменилось. Рука получила свободу. Она соскользнула вниз и взломщик увидел блестящую поверхность шарика. В ней отражались искаженные тела, постамент и пламя над ним. Стас поднял глаза выше и успел заметить в кольце сектантов брешь. Небольшую. Мгновенно затянувшуюся. Но подарившую идею и надежду.

«Шарик – блокирует воздействие ГИЦ.Без шарика они становятся обычными чипоносами. Законопослушными и безвредными.»

Стас нащупал за ухом наклонившегося над ним врага металл горошины и резко дернул на себя.

-Убейте Дьявола! Смерть Сатане! – неслось со всех сторон.

Взломщику показалось, что шарик оторвался от головы вместе с завитком уха. Ни крика, ни стона не последовало, но железная хватка на горле ослабла.

-Смерть ему! Смерть, смерть, смерть!

***

Стас уже терял сознание, когда со стороны туннеля раздался грохот взрывов. Зал внезапно наполнился воем сирен сработавшей сигнализации. Ира влетела в зал на паре роботов, как Валькирия: воинственная, грозная и возмущенная. Не справившись с управлением, она на полном ходу врезалась в алое пульсирующее тело Бога и прошила его насквозь. Толпа замерла.

-Вы, что здесь: с ума все по сходили! Человека угробите!

Единый организм сектантов распался на отдельные тела. Стас пробрался сквозь образовавшиеся разрывы и оказался за спинами убийц. Ира летала вокруг постамента и отчитывала народ, как учитель младших классов отчитывает разыгравшихся детей.

Стас оглядел недавнее поле боя. Двое сектантов без чувств лежали на полу. Один из них лежал в лужице крови. Она бодрыми крупными каплями стекала из разорванной мочки уха на спутанные светлые волосы и алым ручьём впадала в небольшое озерцо на черном полу.

«А ведь и, правда, ухо оборвал!» - подумал взломщик.

Стас, пошатываясь, на еще слабых от усталости и возбуждения, ногах пошел вдоль замершей толпы, на ходу, вырывая из-за ушей металлические шарики. Лишенные приборов тела неспешно и мягко ложились на отполированный базальт.

«Всему в школе космодесанта обучали, а с таким эффективным приемом не ознакомили.»

Спустя минуту пол зала выглядел как нудистский пляж в бархатный сезон. Среди «загорающих» Стас обнаружил и троих грабителей банка.

Можно было рапортовать шефу: преступники задержаны. Хотя, если честно, время рапорта еще не настало. Ни денег, ни организаторов взломщика пока не нашел. Даже имени пострадавшего Стас ещё не знал. Вершки урожая были собраны, но корешки еще оставались в земле. А они-то и были самым лакомым кусочком банковской комбинации.

-Живой?

Взломщик взглянул на Иру, висящую над ним в томных объятиях роботов и, вынужден был сразу опустить глаза.Элегантная, местами еще белая юбочка мало что скрывала. А перспектива оказаться еще раз под каблучком очаровательной спутницы, не привлекала вовсе.

-Угу, -буркнул взломщик, не поднимая глаз, - И скажи: зачем?

-Что «зачем»? – не поняла Ира.

-Зачем ты сорвала вечеринку. Мы так славно обнимались. Вот-вот перешли бы к сексу…

-Ну, ты и наглец!

-Хорошо, - согласился Стас,- пусть буду наглец.

-Плохо, Савенко! – этот вечно недовольный голос взломщик узнал бы даже в составе большого мужского академического хора. Место на зеленом постаменте занял голубой генеральский мундир. К слову, тоже без головы. Правда и без пламени из шеи.

То, что иконостас – гигантский голографический монитор, Стас догадался сразу. Но то, что шеф знал месторасположение молельной пещеры и вышел на здесь связь, неприятно задело. И, вообще, выглядело подозрительно. Выговор, между тем, продолжался. – Ты едва не сорвал задание. Быстрее нужно соображать! Профессиональнее работать!Про-фес-сио-нальне-е! Понял?

-Как умею, так и работаю! – разозлился Стас.

-Ладно. Задержал, всех?

-Всех, кто был здесь.

-Можешь считать, что задание выполнено. Седлайте своих роботов и по домам. Кстати, с роботами придумал неплохо. А за этой публикой я пришлю уборщиков.

-А как же деньги и организаторы? У меня есть соображения.– Стас намереннообострял ситуацию. Ему не терпелось увидеть реакцию шефа.

-Оставь свои соображения при себе. Я сказал: «Задание выполнено!» Твоя премия уже в банке.

-Надеюсь не в «Deutschebank»?

-Шутник? Да, девицу верни в сеть. А об антигравитационной капсуле забудь. Их еще не создали. Понятно?

Сеанс связи шеф, как обычно, прервал, не дожидаясь ответа. Голубой мундир исчез. Малахитовая пирамида, лишенная подсветки, стояла темная, помрачневшая и пустая.

«С логикой у боссов не все в порядке.» - размышлял Стас.– «Если чуть не сорвал задание – за что премия? Если выдали премию – за что выговор? Либо высокая должность лишает людей необходимости рассуждать здраво, либо мне авансировали приступ склероза. Посоветовали забыть о деле, а чтобы не забыл о совете, подкинули подачку и назвали ее премией. Спасибо. Очень мило. Винтик выполнил свою маленькую, не понятую ему миссию, взял «под козырек», точнее «под шляпку» и отправился прогуливать честно заработанные юники. Черт с ним, с «Deutschebank», да здравствуют окрошка и шашлык!»

-Дудки, я это так не оставлю. -сумерки, заполнившие зал, поглотили голос Стаса, не дав протесту доползти хотя бы до стен.

-Дудки, я не вернусь в сеть. Мне свои мозги нравятся. Ты что-то говорил о Джинне? – Упало, как эхо, откуда-то сверху.

-Мне тоже нравятся твои мозги. – Стас не хотел рассказывать о том, что Ирина подруга погибла. И так слишком много переживаний для одного дня. Он резко переменил тему - Девушка, а как бы вы отнеслись к романтическому ужину в ресторане? Свечи, вино и тихая музыка?

-К романтическому ужину? – Ира улыбнулась, затем с брезгливостью посмотрела на свой некогда шикарный белый наряд. – С ужасом! Мне не в чем идти… Это уже не очистить! Всё испорчено! Зачем ты меня сюда притащил?

Эпизод третий. Поэма экстанза.

-Привет, напарник! – Ира влетела в офис, крутанула короткой зеленой юбочкой, демонстрируя обновуи радостно улыбаясь, заявила – А меня отчислили!

-Поздравляю. – Стас невольно улыбнулся в ответ.- Если, конечно с этим можно поздравить.

-Можно!

-И за что, если не секрет? – взломщик уже неделю балансировал на грани между скрытой влюбленностью и решительным признанием. И никак не мог выбрать правильную линию поведения. Девчонка в дочери годится, а здесь он со своими проблемами среднего возраста. Глупо и безнадежно. Поэтому Стас старался пореже глядеть на порхающее существо, наслаждающееся обретенной интеллектуальной свободой.

-Я им принесла очерк о взломщике, а они заявили, что фантастика вне сферы журналистики.

-Глупо.

-И я сказала: глупо. Точнее немного иначе.- Ира оглядела стол, подоконник, заглянула на полочки. – А что, поесть нечего? Понимаешь, я вообще-то, несла горячий хлеб. Запах –обалденный. Пол квартала от офиса магазинчик. Я не утерпела и купила. А потом встретила Колю и он все съел! Какие у него губы теплые!

-Вы что, целовались? – Стас ощутил неприятную тяжесть в груди.

-Нет. Я его с рук кормила. У лосей, оказывается, губы такие бархатные. Вот только зубы он не чистит.

-Это он зря. – Согласился Стас.- Подари ему чистящий гель. Так, все-таки, что ты сказала в университете?

-А, так. Ничего. – Ира присела на рабочий стол, расположив загорелые ноги в опасной близости от взгляда взломщика. - Ты свой дряхлый монитор починил?

-Кажется.-Стас с независимым видом уставился в окно.

-Я им сказала, что если они жизни не знают, то нечего других учить!

-Глупо.

-А по-моему, правильно!

Ира болтала ногами, не давая Стасу сосредоточиться.

-Во-первых, слезь со стола. Во-вторых, наша банковская история для них действительно фантастика. И для тебя была бы фантастикой, если бы твой чип работал. Любая дестабилизирующая общество информация – строго дозируется . В Потоки отдают только то, что необходимо для решения конкретной задачи. Никто не поверит, что в наше время можно ограбить банк. И, наконец, в-третьих, будешь выпендриваться, тебе насильно подключат чип. Ни ты, ни я этому помешать не сможем. Так что будь скромнее.

Ира перестала болтать ногами. Она их подняла параллельно столу и принялась изучать туфли.

-Я и туфли купила новые. Нравятся? -и, поясняя, добавила, - У тех каблуки погнулись. Больше не регулируются.

-Нравятся. – нехотя одобрил покупку Стас.-Слезь со стола.

-Во-первых, ты до сих пор не обзавелся вторым креслом. Мне негде сидеть. Только на столе или подоконнике. Во-вторых, воспитанные мужчины уступают дамам место. А в третьих, я не выпендриваюсь. Я просто хочу есть!

Стас встал и отошел к окну.

-Садись, кресло свободно.

Ира мигом перебралась на место директора промышленно-консалтинговой компании.

-Что ты собираешься делать?

-Работать.

-Где?

-У тебя. Или ты забыл распоряжение начальства?

-Кем?

-Кем угодно. Хочешь – промышленником. Хочешь – консультантом. Могу директором, если тебе тяжело… - Ира улыбнулась, пытаясь заглянуть взломщику в глаза.

-Я на государственной службе. Распоряжение было. А штатного расписания до сих пор нет. – Стас не знал что сказать.

-Я уже поняла.

-Ты не поняла: у меня нет вакансий.

-Ты же взломщик. Ты все можешь! А уж вакансию…

-Ладно. Возьму. – Ира обрадовалась и продемонстрировала улыбку: смерть дантиста. Ровные белые зубы так и просились на рекламный постер.

-Техничкой на пол ставки.

-Значит, я буду техникой заниматься? – Ира не утерпела, встала с кресла и устроилась на подоконнике рядом со Стасом. – Ты только учти: я гуманитарий. С техникой у меня отношения напряженные.

-Уже учел. Твоя техника особой подготовки не потребует: щетка, ведро, вода. Пыль, пол, окно.

-Ты так много слов знаешь. – Ира спрыгнула с подоконника, уворачиваясь от щелбана. – Ты, наверное, очень умный!

Стас чуть было не поддался мальчишескому порыву: броситься за Ирой вдогонку, но вовремя включил тормоз. Она, конечно, может дразнить, сколько ей будет угодно, но он не подставится. Ну, догнал, ну поймал, и дальше что?

-Пошли кушать, техничка. А то, щетку в руках не удержишь.

Стас свернул мягкий монитор, забросил его за пазуху – поближе к телу, выключил миклиматор и направился к двери. Жирная муха, кажется навсегда поселившаяся в его офисе, потеряв, несущийся по кругупоток, недовольно зажужжала и врезалась в окно.Ира еще мгновенье постояла в стороне, ожидая подвоха. Не дождавшись,не скрывая разочарования, последовала за начальником.

***

Они сидели за столиком в «Арарате» - любимом ресторанчике Савенко. Стас, как обычно в такую жарку погоду выбрал стоик в глубине зала.Ира разглядывала меню, высветившееся на молочно-белой столешнице розовым прямоугольником с рядами черных букв и цифр.

-Я стала путаться, когда читаю. – пожаловалась она.

-Давай включу чип. – с легкой ирониейпредложил Стас.

-Не надо. Я быстро обучаюсь. – Ира покусывала нижнюю губку, пытаясь понять, что кроется за незнакомыми названиями. В конце концов, она сдалась и решила применить хитрость. – Не знаю, что брать. Ты что себе закажешь?

-Советую говяжий язык-гриль.- Стас понял маневр девушки. – Он всегда мягкий и сочный. Тебе наверняка понравится. А гарниры в «Арарате» просто изумительные.

-Уговорил.

Они нажали сенсоры напротив названия блюда. Стас заказал бутылку красного полусухого вина. Эту роскошь он позволял себе только по большим праздникам. Но полученная премия вполне оправдывала статус особого случая. Хотя, если честно, дело было не в премии. Взломщику просто хотелось устроить Ире праздник. Скажем, в честь досрочного окончания университета.

-А ты где учился? – неожиданно спросила Ира.

-Школа космодесанта, Академия космодесанта.- коротко ответил Стас. Он не любил вдаваться в подробности своей студенческой юности.

-Небось, отличником был? – Ире почему-то казалось, что профессионально состоявшийся человек, а Стас несомненно был настоящим профессионалом, обязан был быть лучшим студентом.

-Школу – с отличием. А Академию – как ты.

-Как я? – не поняла Ира.

-Да. Отчислен с пятого курса. – Стас нетерпеливо повернулся в сторону выхода из кухни. Он не хотел продолжать эту беседу. Но робот-официант мирно дремал у барной стойки, не обращая внимания на посетителей. Заказ еще не был готов.

- Влюбился или заболел? – глаза Иры светились неподдельным любопытством. Она жаждала разгадать тайну. А в том, что тайна есть, Ирабыла совершенно уверенна.

-Поумнел.- Стас начал постукивать костяшками пальцев по поверхности стола. – А ты в кого влюблена и кем больна?

Взломщик задал вопрос, что называется «на автомате», с одной целью – перевести разговор.Но сразу понял, что сделал глупость. Он плохо себе представлял, как сможет выслушать ее возможную исповедь. Более того, он не желал ее слышать.

-Что значит «поумнел»?- не поддалась на провокацию Ира.

Теперь Савенко деваться было некуда: либо он должен был рассказывать о себе, либо настаивать на Ириных признания. Из двух зол Стас выбрал меньшее.

-Понимаешь, когда я заканчивал школу, был моден лозунг: «Если ты настоящий мужчина – твое место в космосе!» Кто в семнадцать лет сознается, что он не настоящий мужчина? Мы почти всем выпуском поступали в школу космодесанта. Прошло пять человек. В том числе и я. И только там, в процессе учебы, я понял, что лозунг – с двойным дном.

-То есть как?

-Не важно. Тебе лучше этого не знать.

-Пусть.- легко согласилась Ира. Она решила, что настаивать нет смысла. На факультете старые ассы имвнушали: главное разговорить человека. А там он выложит всё, даже то, что хотел бы скрыть. - И чему вас учили?

-В основном противодействовать и выживать. Хотя, непонятно зачем.

-Как раз даже очень понятно. Выжить на враждебных планетах! Это же без подготовки невозможно!

-Я, тоже так считал.

-Разве не правда?- Ира чувствовала, что сбита столку. Стаса явно не устраивало её простое и вполне логичное об
объяснение.

-Так. Только никому не нужно было, чтобы настоящие мужчины выжили в космосе.. Понимаешь?

-Нет…

-Они должны остаться на непокоренных планетах навсегда. Причем, только мужчины.

-Всё. Я ничего не понимаю. Это, наверное, опять из-за чипа. – Иру всерьез расстроила собственная бестолковость. Она никак не могла ухватить мысль, которая Савенко казалась настолько элементарной, что он даже не стремился эту мысль расшифровать.

-Чип не причем. – Стас оглянулся на робота. Тот уже важно выезжал из кухни с огромным серебристым подносом. На нем в настоящих фарфоровых тарелках возлежали в окружении овощей, большие, прожаренные куски языка. Над тарелками вился ароматный парок, и запах, возбуждая аппетит, обгонял робота, проникал в ноздри и разливался по телу приятным предощущением близкого пира.

Робот расставил, тарелки, разложил приборы и прямо на столе откупорил бутылку, дал Стасу понюхать пробку и налил чуть-чуть в бокал взломщика. Программист, готовивший персонал «Арарата» знал толк в этикете. Дождавшись одобрения Стаса, робот наполнил оба бокала и гордо удалился.

-Чувствуешь аромат настоящего мяса? -Стас вооружился вилкой и ножом и собрался заняться препарированием языка.

-Я ничего не буду есть, пока ты не объяснишь! – Ира смотрела на взломщика требовательно и немного сердито. Савенко вздохнул, попрощался с сочным горячим языком и положил вилку на стол.

-Если в двух словах, то в космодесант отбирают людей с повышенной природной агрессивностью. Их отправляли не завоевывать новые планеты и миры, а умирать там. Чтобы не было войн здесь. А женщин не брали, потому что…

-Могла появиться раса воинов и завоевать Землю?

-Умница. Была такая теория. Потом придумали Прямые Информационные Потоки. И воинов стали убивать на уровне нейронов.

-Ты это понял, и тебя выгнали?-спросила Ира не без восхищения.

-Не совсем так. Я это понял и мне предложили другую работу. Более интеллектуальную, чем героическая смерть на далеких планетах.

-Так ты, оказывается, агрессивен! Мне нужно быть осторожной. – Ира вооружилась вилкой и ножом.- Видишь, я уже готова к обороне!

-А я – к приятному обеду.

Стас отрезал кусочек языка, обмакнул его в соусницу и положил в рот.

Ира повторила ритуал за ним следом.

-Ты знаешь, из всех занятий языком, это занятие самое приятное! – призналась она. – Это я тебе говорю как полиглот.

-Полностью согласен. Это я тебе, говорю как гурман.

После бутылочки вина они почувствовали себя богами на Олимпе. Под ними была суета жизни Нижнего города, над ними голубело июльское небо, а они нашли старую, полусгнившую скамейку под шуршащими листьями клена и молча наблюдали за пожилым мужчиной, гулявшим с рыжим колли. Молодой кобелек бегал за палочкой и восторженно лаял высоким, чуть хриплымдискантом, а старик, швырял принесенный обломок ветки, заставляя собаку вновь и вновь совершать веселые и бессмысленные пробежки.

Стас издали кивнул префекту. Тот ответил едва заметным поклоном. Ира не обратила внимание на это представление немых. Она разглядывала ярко рыжую собаку и прикидывала: подошел бы её волосам такой цвет или нет.

Взломщик, глядя на развлечение префекта, подумал, что в истории с ограблением банка, он оказался в роли молодого кобелька, а шеф швырял и швырял палочку обстоятельств, заставляя его, Стаса заниматься увлекательным, но, по сути, бессмысленной погоней. Его все чаще отсекают от результатов его собственного труда. Такой изощренный способ эксплуатации человека системой.

-Ему наверное грустно… -Сказала Ира.

-Кому? – не понял Стас.

-Старику. Он не знает: кто из них кого переживет. Хозяин собаку, или собака хозяина. У него, наверное, это последняя собака. А у пса – единственный хозяин. И как будет жить тот, кто останется один?

Голос у Иры дрогнул.

-Не плачь. Они будут жить долго и счастливо и умрут в один день. Как в сказке.

-Все-таки вы, мужчины, ужасные дураки.

-Пусть так. Ты сыта, довольна?

-Довольно сыта.

-Значит, пора заняться делами.

-Интересно!

-Очень. Я схожу, проверю одну идею. А ты помоешь окна. А то через наш термопластик слона от дерева отличить невозможно. – Заметив, что Ира собирается протестовать, Стас добавил. – И не забывай, что я директор, а ты техничка на пол ставки! Да, чтобы тебе не было скучно в мое отсутствие, просмотри, пожалуйста, любую информацию о необычных происшествия на планете за последние пол года. Все, что несовместимо с нормой поведения человека с чипом.

-Интересно, как это сделаю?

-Очень просто: протрешь окна, потом заглянешь в стол, а с остальным разберешься.

-Фу, как загадочно! Я думала – ты герой, а ты, оказывается, позёр.

-Возможно. Но при этом, очень либеральный начальник. Цени это моё достоинство, пока я не переменился.

-Ладно, Великий и Всемогущий. – Ира поймала себя на том, что непременно стремится оставить за собой последнее слово. Раньше она этого не замечала. А, может быть, такой и не была.

***

Никаких идей у Стаса еще не было. Имелись мысли. Правда, этого добра было достаточно и, даже с избытком. Но от обилия мыслей картина мироздания не становилась яснее. Скорее наоборот. Отправляя Иру в офис, он преследовал только одну цель: устранить фактор, дестабилизирующий умственную деятельность ( а Ираименно таким факторомявлялась)и опробовать систематизировать все, что знал о структуре управления планетой, чтобы понять: что на самом деле происходит с самым контролируемым обществом в истории человечества.

А что-то точно происходило. Иначе откуда взялись эти секты, убийства, банковские ограбления, – то чего в принципе не могло происходить в условиях тотального сканирования мозгов. Причем это происшествия, случившиеся только в его, Стаса Савенко секторе ответственности, в течение неполных двух месяцев. Взломщик был готов поклясться собственной свободой от ГИЦ, а ничего более дорогого у него и не имелось, что подобная чертовщина происходила ив других секторах.

Думать, сидя за столом, Стас не любил. По его выражению: «В сидячем положении мозги прикипают к заднице. И размышления от испражнений уже не отличить..» Формулировка особым изяществом не отличалась, но сути соответствовала идеально.

Ясность мысли взломщик обретал на ходу, в процессе движения. Ноги разгоняли тело в пространстве, кровь в теле, а мысли в извилинах. Он прогревал мозги, как гонщик прогревает перед гонкой мотор своего болида. Вот и сейчас Стас скорой походкой, отмерял метр за метром по направлению к городской свалке. Точнее к тому, что от нееосталось после, проведенной три дня назад операции по ее ликвидации.

Конечным пунктом прогулки бывшая свалка не являлась. И не ностальгия по недавнему подвигу тянула Савенко на место спасения Иры. Он решил просто проветриться, а заодно, проверить расселину в штольне, куда свалились дедовские часы. Разворачивать монитор, каждый раз, когда возникала необходимость узнать время, оказалось неудобно и хлопотно.

Вообще-то взломщик умел определять время с точностью до пяти минут и без часов. Чувство времени – один из навыков, который вырабатывали многочисленными специальными упражнениями у курсантов школы космодесанта, ежедневно и на протяжении всех лет обучения. Но без привычных часов на руке, Стас чувствовал себя, как-то неуютно. Будто ушел из дома, а какая-то часть организма: кисть левой руки, или пару ушей, или глаза осталась на полочке. Словом, ощущение было дрянное. А это влияло на настроение и работоспособность.

Стасминовал последние постройки Старого города, на несколько мгновений задержался, разыскивая в зарослях кустарника полуразрушенное шоссе и, нащупав мозаику из серого асфальта, сочной зелени травы и вкраплений полевых цветов, снова перешел на легкий энергичный шаг.

Если рассматривать пирамиду планетарной власти, то ее вершину венчал Всемирный Совет.Двадцать представителей шести континентов и председатель. Председатель Всемирного Совета менялся каждые четыре года. Его выбирал Всемирный Совет из своего состава. Председателями последовательно становились представители разных континентов. Евразия имела в Совете пять представителей. Изначально это было справедливо: на континенте проживала большая часть населения. После открытия границ и объединения рынков труда народ из Азии перебрался на Черный материк. Который, в результате быстро пожелтел. Но сложившаяся система представительства, тем не менее, сохранилась.

Северная Америка имела четырех представителей, что тоже являло собой исторический рудимент. Всемирное правительство складывалось в эпоху гегемонии Соединенных Штатов Америки. Экономическая, а главным образом военнаямощь США, стали весомым аргументовв пользу одного дополнительного голоса в Совете. Что самое смешное, именно Всемирный Совет ускорил процесс ослабления и разваласупердержавы. Не помог и лишний представительский портфель.

Все остальные континенты, кроме Антарктиды имели по три голоса. Кусок суши на Южном полюсе, в результате потепления, лишившийся значительной части ледяной шапки, был представлен двумя голосами. Несмотря на постоянный рост населения и бурное экономическое развитие.

Географического центра, где бы находился Совет, на сколько было Стасу известно, не существовало. Последней столицей была Канберра. Но и она уже лет пятьдесят, как лишилась этого статуса. Сегодня общепризнанной столицей мира не назывался ни один город. Так же никто не видел самих Членов Совета, а председателя и подавно. Система строгой конфиденциальности досталась в наследие от времен борьбы с терроризмом. Терроризм умер в путах Прямых Информационных Потоков, а анонимность руководства стала политической нормой. Дойдя до определённого уровня власти, человек получал псевдоним и исчезал навсегда.

Континентальные Советы строились по более здравому принципу. Представительство исторических регионов обосновывалось, коэффициентом, который высчитывался исходя из четырех параметров: площади региона, количества населения, валового продукта и наличия ресурсов развития.

Далее шли региональные и муниципальные органы управления.

Вся власть формировались, по сложившейся практике, партиями, победившими на соответствующих выборах. Последние десятилетияполитическая борьба сводилась к поединкупартии Прогресса и Экологического движения. Первые ратовали за развитие новейших технологий. Вторые, не отказываясь от благ цивилизации, горой стояли за неприкосновенность Природы.

Один раз в шесть лет вялотекущие политические дебатыпревращались в красочные шоу. Планета на пару месяцев сходила с ума. Гражданская война без жертв, но до последнего голоса, заканчивалась как по взмаху дирижерской палочки, сразу после подсчета голосов.

-Вот это да! – не удержался Стас, выскочив из густого кустарника на территорию бывшей свалки. Огромная площадь, еще недавно усеянная искусственными горами из предметов, некогда составлявших гордость человеческой мысли, и превратившихся в ненужный хлам, с которым природа, тем не менее, не могла справиться веками, стала плоской, гладкой и блестящей.Как будто по земле кто-то прошелся гигантскойпаяльной лампой или генератором плазмы, испарив все, что могло стать газом и, расплавив все, что не могло испариться.

Взломщик наклонился и осторожно коснулся темного зеркала. Горячее от солнечных лучей, оно обожгло кончики пальцев. Прагматики из партии Прогресса не могли потратить столько средств впустую. Стас был готов поклясться чем угодно, что это тепло не пропадает даром. Как аккумулировали энергию там, под толщей оплавленной земли взломщик не знал. Но в том, что это происходило, был уверен. Так же как был уверен, что у этой энергии уже имеется владелец с конкретным именем и фамилией.

«Будь у власти Экологи, они непременно воссоздали бы здесь какие-нибудь болота Юрского периода, были бы счастливы сами и осчастливили пару тысяч цапель и пару триллионов комаров. Устроили бы экзотик-парк. И у парка, наверняка, тоже появился бы свой владелец.С конкретным именем и фамилией. Идеологии разные,а финал один!»

Стаса всегда поражала масштабность и радикальность, принимаемых властями решений. Хотя он бы предпочел поражаться их разумности. И как-то же все эти проекты проходили через бюджетные комиссии и ревизионные службы.

«Какие могут быть выборы, бюджеты и ревизии в Прямых Информационных Потоках?! Если можно управлять информацией, то можно управлять, и людьми, и деньгами и ревизорами. Но зачем-то эти Всемирные Демократические игры происходят?»

Прогулка по черному «леденцу» у Стаса энтузиазма не вызывала. Отодвигая слегка обожженные литься кустов, он отправился к тоннелю вкруговую.Тем более: крюк получался небольшим. Что для настоящего взломщика лишних пятьсот-шестьсот метров? Пустяк. Говорить не о чем.

У входа в тоннель Савенко ожидало еще одно открытие. Причем неприятное: место, где раньше был вход – осталось, а самого входа не было. Глянцевый язык расплавленной породы поднимался по склону знакомого пригорка вверх и плотно закрывал отверстие. Непонятно только зачем и от кого.

-Вот те на!- Стас постучал по блестящей поверхности. Она отозвалась гулкой пустотой, но ощущения, что эту преграду можно разбить голыми руками не создавалось. Скорее наоборот. Гудение спекшейся породы, дразнило: «Вот оно, какая я! Ну-ка, врежь кулачком, проверь свое здоровье!»

Взломщик на провокации не поддавался и к собственному здоровью относился трепетно. Поэтому сразу принялся озираться вокруг, в поисках чего-нибудь тяжелого и тупого. Но не головы.

Лес вокруг черного «леденца» был чист. Казалось: здесь прошла армия юных друзей природы и убрала все, что не имело растительного происхождения. А из упавших сучьев, остались только гнилушки да маломерки весом не более двухсот грамм. С таким и на ящерицу охотится бессмысленно, не то что заниматься вскрытием горной породы.

-Не пробивать же головой, в самом деле! – Ворчал Стас недовольно. – Голова – оружие тонкое и, в таких случаях, одноразовое. Стену, вероятно, пробью, да только воспользоваться этим уже не смогу. Одно хорошо: в разбитые головы чипы не вшивают.

Взломщик еще раз прошелся по близлежащим кустам и вернулся к черному глянцу бывшей свалки. Сначала взгляд зацепился за отражение, потом он различил тень. Довольно толстый обгоревший ствол торчал прямо из черного зеркала.

-О, леденец-то, оказался на палочке! – Стас подошел ближе с намерением выломать дрыну из остекленевшей массы. Потянувшись к ней он сообразил, что при такой температуре, какая, очевидно, была здесь в момент уничтожении свалки, никакая палка выжить не могла.Еще размышляя о нелепости происшедшего, взломщик потянул черный штырь на себя. Штырь не поддался. Но блестящий щит, прикрывавший вход в туннель плавно отъехал в сторону, словно приглашая взломщика внутрь. Два одинаково темных пятна теперь оказались рядом друг с другом, образуя чуть искривлённый знак бесконечности.

-Меня опять ждут. Как бы снова не стали убивать. Если четно, одного раза вполне достаточно.

Стас помялся у входа, проклиная своё профессиональное любопытство, но, тем не менее,шагнул в сумерки туннеля.

***

«А он, пожалуй, не такой уж и безнадежный…» -подумала Ира, разглядывая находку.

К выполнению любых инструкций она подходила творчески. Поэтому начала не с окон и пола, а со стола. В его тумбе на верхней полке лежалмягкий монитор. Точный такой же, как тот, с которым не расставался Стас Савенко. Теперь у нее была собственная субмарина, на которой Ира могла смело нырять в Информационные Потоки. Нырять и выныривать, с гарантией, что ей не «вправят мозги», не заставят шпионить за взломщиком, не начнут распоряжаться ее жизнью и ее поступками. Ира поняла: ее приняли в компанию - компанию избранных. И не только техничкой. Она теперь тоже немного взломщик. А со временем может быть станет настоящимвзломщиком.И о ней в студенческихгородках будут рассказывать легенды. Первая девушка-взломщик! А. может быть, вообще единственная.

Ира спрятала монитор на место включила миклиматор, чтобы добавить хоть немного прохлады и взялась за щетку. Прохладнее в помещении не стало, но воздушный поток оторвал от кона завсегдатаю офиса – толстую зеленую муху и отправил ее в бесконечный и действительно кругосветный полет. Потому, что летало насекомое вокруг света, точнее светильника.

«Хоть бы какая инструкция была к этому прибору!» - Самсонова ощупала длинную пластиковую ручку, пластиковый набалдашник с набитой в него, такой же пластиковой щетиной. Нигде не было ни одной кнопки.

-Может быть, ты управляешься голосом?- Ира зачем-то обаятельно улыбнулась, как бы задабривая прибор, и громко произнесла: - Мыть окно.

Щетка не реагировала.

-Вот, ведь, сволочь! – Возмутилась Ира. Потом задумалась над тем, на чей счет наиболее справедливо адресовать этот крик души. Не работала, конечно, щетка. Но неисправный прибор ей подсунул босс. – Руководить людьми, это тебе не по пещерам лазить. Тоже мне спелеолог-любитель. Искатель подземных приключений! Консультант недоделанный!

-Если и монитор нерабочий – уйду. Пусть справляется в одиночку! – Ира снова открыла тумбу стола и достала свернутый в трубочку мягкий монитор. Развернула, коснулась пальчиком сенсора «пуск» в нижнем левом углу, и появилось изображение офиса компании «StaS».

Стас сидел в своем директорском кресле и с глубокомысленным видом разглядывал Иру.

-Если ты видишь меня, то, значит, окна и пол по-прежнему грязные.

-Какой умный. У тебя, между прочим, крейтор на ладан дышит, а щетка вообще не фурычит, вот! – Ира вступила в полемику, совершенно забыв, что перед ней только запись. Послание из прошлого.

- Судя по всему, ты пыталась: включать щетку, командовать щёткой, а потом занялась поиском инструкции.

-Ну и что!

-Я хочу тебя познакомить с прибором. – невозмутимо продолжал Стас.

-Наконец, сообразил!

-Это добрая старая щетка, идеальная модель с точки зрения экономии энергоресурсов. На нее бесполезно кричать, у нее нет кнопок, сенсоров, датчиков и прочей чепухи. Зато есть ведро. В ведре есть вода. Которую я налил и принес заранее. Можешь оценить заботу руководства. На подоконнике моющее средство.

-Подождите, профессор, подожди, я не успеваю записывать! -Ира стояла, привалившись к подоконнику, сложив руки на груди, и метала на монитор взгляды полные иронии.

-А теперь инструкция. В воду выливаешь пять колпачков моющего средства. Затем, в правую руку берешь щетку, и перемешиваешь ею жидкость в ведре. Далее, стряхиваешь щетку над ведром и трешь щетиной окно до тех пор, пока пейзаж за ним не будет виден отчетливо.Окна моются с двух сторон: изнутри и снаружи. Порядок мытья- произвольный.

-Ну и гад! А я-то, дура, считала, что он не безнадежен.

-Спасибо за комплимент. Уборка пола производится после мытья окон. Его нужно просто протереть. Если увидишь подвал, значит - ты перестаралась и нам придется искать новый офис. За сим откланиваюсь. Успехов в труде. Стас Савенко.

-Ладно, сочтемся! Ты еще за мной будешь на задних лапках бегать и умолять, чтобы я на тебя посмотрела! Хмырь лысый!! Вот тогда я тебе инструкцию составлю: чего мешать и куда втирать!

Ира взяла бутылку и вылила ее содержимое в ведро. Потом вооружилась щеткой, сделала пару махов в воздухе, как будто пыталась отрубить Савенко голову и засунула щетинистый набалдашник в ведро.

-Вернется, я ему лысину помою. А то она что-то плохо блестит!И буду тереть до тех пор, пока не увижу, что там под костями прячется! А потом пойду искать нового начальника!- Мечтала Ира, раскручивая в ведре глубокую воронку водоворота.

Сначала пена стала выделяться редкими пузырьками по краям воронки. Потом пузырьки стали множится, как бактерии на питательной среде. Через минуту белая шапка угрожающе нависала над ведром и продолжала расти, несмотря на то, что Ира уже стояла в стороне и только молча наблюдала за бурной реакцией.

-Он сказал пять колпачков?

Пена выползла из ведра и отправилась в путешествие по полу. Ира быстро сдернула со стола монитор, выключила миклиматор. Муха, потеряв опору, сусталым жужжанием спикировала на пену и исчезла в золотистых пузырях.

-Он сказал пять колпачков…- утвердительно повторила она и, задумчиво, подвела черту: - По моему, я перестаралась.

Ира покосилась на старенький крейтор, но пена уже отсекла ее от прибора.

- Ну, и черт с ним. В музей и сломанный возьмут.

Пузырьки полностью проглотили ведро и почти спрятали под собой стол. Директорское кресло проявляло себя только верхушкой спинки. Желтоватые язычки с ленивым любопытством вползали на подоконник. Мир за коном им был не безразличен.

-Ну, вот что: вы здесь убирайтесь, а я пойду искать информацию о необычных происшествиях на планете. Это называется разделение труда.

Ира быстро выскользнула за порог и плотно прикрыла дверь офиса.

***

В туннеле, все было как тогда, когда Стас здесь прошел первый раз. Та же темнота, те же неровные стены и не вызывающий доверия свод. Вот только камней под ногами не было.

Стас провел лучом фонарика по полу. Яркое желтое пятно вырвало из темноты длинную серую заплату – следы недавних строительных работ.Кто-то не поленился вырубить в пещере штробу, судя по размерам заплаты достаточно глубокую, а потомтщательно заделать ее. Как говорил Вини Пух в славной сказке про него и Кристофера Робина: «Это ж-ж-ж не спроста!». Скорее всего, под бетоном покоился кабель или иная система транспортировки энергии.

«Скажем мне, где конец кабеля и я скажу, кто его владелец!» - Высказывание Стаса было несколько самонадеянным, но то, что появилась возможность за один поход решить две проблемы, его серьезно порадовало. Он не помнил ни одного официального документа, проходившего в Информационных Потоках, где бы упоминалсятакой проект ликвидации свалки. Само по себе, превращение свалки в накопитель солнечной энергии ничему не противоречил. Но за чей счет и для чьей пользы это сделано, кто получает дивиденды? А главное: законно ли это строительство вообще?

Почти безнадежное путешествие за часами деда, могло принести реальные плоды. И, возможно, добавить еще один факт в подборку странных событий, выходящих за рамки норм поведения, принятых в обществе электронного контроля сознания.

Ровный бетонный тротуар привел Стасак знакомой расселине. Она была тщательно заделана. Точнее, ее не было.

За границей бывшей дыры царил первобытный хаос: обломки породы, какие-то органические останки, и пыль, на которой отчетливо просматривались отпечатки подошв.

Сначала Стас подумал, что это следы его недавней погони. В условиях пещеры они могли сохраняться годами.Но, приглядевшись, он убедился, что, во-первых, следов было много. Во-вторых, часть из них вела не из пещеры, а вглубь нее. И, наконец, бросались в глаза следы от гусениц – «сороконожек». На такие ставят на небольшие мобильные агрегаты. Например, устройство для изготовления полимербетона.

Обилие отпечатков обуви объяснялось просто: кто-то же должен был заниматься строительством. Автоматы в этот туннель загнать было сложно. Все делали, скорее всего, с помощью небольшого полуавтомата. А это требовало присутствие людей.

Но зачем строители ушли в пещеру?

«Наверное, это были пещерные люди.» - про себя ухмыльнулся Стас. «Такая первобытная калым-бригада с первобытной бетономешалкой, специалисты по укладке современных коммуникаций!»

Смеяться можно было долго, только напрашивался неутешительный вывод: раз дыра заделана, то до дедовских часов добраться вряд ли удастся. Оставалось последовать за пещерными людьми. Если не удается одним выстрелом убить двух зайцев, нужно попробоватьдобыть хотя бы одного. Тем более, что этот заяц имел солидный вес, мохнатую лапу в органах власти и казалось весьма заманчивым разобраться: чьи ушки торчали за безобидным зверьком.

По следам Стас прошел метров пятьдесят. Не доходя пролома в транспортный туннель, того самого, из которого взломщика выкинуло ударом капсулы, следы внезапно исчезли. Можно было бысказать, что строители провалились под землю, если бы все и так не происходило под землей.

-Ладно, спокойно. Чудес не бывает. Бывают загадки, шутки и розыгрыши. Что мне предложили сейчас? Попробуем-ка, классифицировать.

Стас провел лучом фонарика по стенам. Увиденная картина выглядела уныло грязно и не обжито. Стенами до Стаса не интересовался никто, включая летучих мышей и ползучих гадов. А главное, не было никаких намеков на разгадку таинственного исчезновения строителей. Свод пещеры выглядел еще более безотрадно. Никаких люков, лазов или дверейне наблюдалось.

Взломщик снова вернулсяк изучению пола.

-Сексологи утверждают: половой вопрос является ключевым в жизни человека. Я решительно готов проверить это на практике. - Стас присел на корточки. Но и с этой позиции ничего нового увидеть не удалось. Разве что следы, в конечном пункте пребывания строителей, были чуть более плотно натоптанными. Будто на этом местелюди стояли, переминаясь с ноги на ногу в ожидании чего-то. Например,транспортного средства. Здесь же отпечатки гусениц врезались в пыль особенно глубоко.

-Ну не на роботахже их увозили? – Стас чувствовал, что его обманули как ребенка. Транспортировать на антигравитационных роботах рабочих, чья месячная зарплата вряд ли превышает пару тысяч юников – просто смешно. Ну, даже если кому и пришел в голову такой бзик (хотя для чего бы эта секретность?),оборудование роботы точно не утащат. Не по силам им поднять в воздух такой вес. – Должно быть тупое, дешевое, элементарное решение.

Взломщик достал монитор и раскатал его на коленях. Искать что-нибудь полезное на новом плане Нижнего города не стоило даже пытаться. Если кто-то хотел скрыть информацию, то в первую очередь, стер бы ее в ГИЦ.Старый принцип преступных сообществ: нет человека - нет проблем, сегодня не актуален. Новая его трактовка: нет информации, нет проблем, стала значительно популярнее, а, главное, гуманнее.

Действительно, на плане города туннель, в котором находился Стас, не был обозначен. Это еще раз подтвердило его подозрения. На архивном экземпляре тридцатитилетней давности туннель присутствовал. Правда, происхождение его оставалось неясным.

-Грубая работа. –Оценил взломщик. Либо кто-то очень торопился, либо был абсолютно уверен в своей безнаказанности. – Попробуем зайти с другой стороны.

Стас поднял каталоги строительной техники, нашел модели, наиболее подходящие по размерам и сфере применения. Три десятка конструкций, продавали восемь дилеров в Нижнем городе.Просмотрев контракты, взломщик получил список из 29 организации, в основном небольших подрядных фирм, специализирующихся на нестандартных работах по прокладке коммуникаций и укреплению конструкций подземных помещений.

-На этом рынке приличный спрос! – Стас уже начал сомневаться, что заработок трудяг, бетонировавших туннель, вписывается в пару тысяч юников. Только это было единственным результатом проведенной работы.Маркетинговое исследование, несмотря на свою занимательность,ни на шаг не приблизило его к разрешению тайны исчезновения строителей.

Он запустил поиск по дате. Двадцать восемь организаций усиленно трудились последние две недели и были просто завалены работой. Компания «Designgroup», входящая в концерн«StanzaInc.», пребывала в безмятежном безделье.Хотя еще десять дней назад была буквально нарасхват.

-Разлюбили вас клиенты. – Стас ощутил прилив сил, так было всегда, когда он нападал на след. Видно, ластик цивилизации не до конца стер инстинкт охотника, доставшийся взломщику от далеких предков. – И эта Станза мне уже попадалась. Какая обширная сфера интересов, какой кругозор! От антигравитационных устройств, до подрядов на строительство. Порас фирмой познакомиться поближе.

Информация по «StanzaInc.» имелась лишь самая общая. Трансконтинентальный концерн. Основные направления: строительство, электроника и энергетика. Штаб-квартира базируется в Австралии в Канберре. Но, чем-то очень знакомым веяло от этого названия. Чем-то, с чем Стас встречался чуть не каждый день.

StanzaInc.», «StanzaInc.» - повторил Стас несколько раз, меняя интонации. Что-то в названии компании было лишним, путающим, сбивающим с правильного курса.

Стас попробовал выйти из тупика через графический образ. На пыльном полу пещеры, его палец почти точно повторил логотип компании- четыре параллельных прямых с вписанными в них буквами.

Взломщик знал точно, человек никогда ничего не делает зря. Каждое действие, даже кажущееся пустым и бессмысленным, имеет свою причину и свое следствие.И сейчас эта теория получила стопроцентное подтверждение. Во-первых, Стас убедился, что никогда не писал названия корпорации, значит, не имел с ней никаких отношений. Но это открытие носило прикладной и второстепенный характер. Главное заключалось в другом. Под слоем пыли палец наткнулся на довольно широкую щель. Расчистив ее, Стас обнаружил, что стоит на прямоугольной платформе. На ней же топтались строители со своим оборудованием. Они действительно провалились под землю. Осталось выяснить: как это им удалось. Где искать привод лифта или как там эта чертовщина у них называется? Где кнопка «пуск»?

-Вот так вся жизнь и проходит: от дверей до дверей, от запора до запора. – Стас подумал и поправил себя – От замка до замка, от вскрытия до вскрытия. На то я и взломщик…

***

Ира сидела на пеньке рядом с крыльцом офиса и увлеченно путешествовала по Информационным Потокам. Оказывалось, что совмещать обязанности капитана, штурмана и матроса в этомпутешествии, гораздо интереснее, чем, как раньше, быть в том же плавании только пассажиром. Она сама ставила цель, сама избирала путь, сама контролировала результаты и сама делала выводы. САМА!

«Савенко, конечно, поганец. С щеткой меня подставил и с этой дурацкой жидкостью для мытья. Наверняка ведь все сделал специально. Спровоцировал, а я, как последняя дура..!» - Ира поглядела на окно офиса. Неплотно прикрытая фрамуга сочилась желтой пеной. Казалось, что дом заболел бешенством. – «Ну, и ладно. Зато потолок будет чистый.»

Ира вернулась к изучению монитора и прежней мысли.

«И, все же, он освободил меня от чипа. Пусть не ради меня самой. Пусть преследовал свои цели. Но в результате я стала Самсоновой Ириной, а не придатком ГИЦ! И … интересно, если пена не исчезнет, где я буду работать? Кстати, где он живет. Должен же босс где-то спать? Или он вообще не спит. А если спит, то с кем? Должна же быть у него жена. Точно должна. Мужику за сорок… Наверное, она его не любит, раз отпускает так, без контроля. Хотя мне-то что? Любит, не любит, плюнет… Ты смотри: какая забавная картинка!!!»

Ира нанесла на карту мира еще одну метку. Выходило, что аномалии начались, приблизительно год назад и происходили на всех континентах.

«Точно, и сектанты появились в прошлом году. Не летом. Позже.В середине семестра. Вот так я! Еще посмотрим: кто взломщик, а кто техничка! Вернется, пока пену не уберет, ничего ему не расскажу. Или расскажу, но все равно, пусть со своими подлянками разбирается сам! Я эту химию еще со школы ненавижу!»

-Ненавижу и все! -Заявила Ира в полный голос.

-Быстро.- Изображение на экране рассыпалось на мелкие фрагменты и упало на дно монитора. На месте карты Мира светился яркий голубой мундир с золотым шитьем, а над ним вместо головы - черная дыра. Ира сразу вспомнила этого человека невидимку. Точно такой, торчал в пещере на малахитовом постаменте, когда сектанты чуть не убили Стаса.

-Что быстро? – Ира вовсе не собиралась задавать вопрос. Слова сами сорвались с языка. Возникло ощущение, что ей снова подключили чип и она слепо выполняет действия, которые ей диктуют извне. Ире стало обидно.

-Быстро научились ненавидеть. – голос у человека-невидимки был спокойный и чуточку утомленный. БудтоИра приперлась к нему в комнату отдыха и помешала заслуженнойрелаксации после тяжелого трудового дня.

-Нормально. – Ира поняла, что сморозила глупость.Но растерянность нарастала, и она никак не могла с ней справиться.

-Вам виднее. – равнодушно согласился мундир. – Где Савенко?

-На задании. – Ира решила прикрывать своего начальника до последнего.

-Я ему ничего не задавал. – оказалось, что мундир умеет удивляться и острить.

-У него особо секретное задание. Не всем положено знать! – Иру понесло. Она, конечно, говорила ерунду, но поток слов давал возможность скрыть смущение и собраться с мыслями.- Вы, наверное, не входите в список посвященных. У вас какой уровень допуска?

-Уровень чего? – Черное пятно над золотыми позументами стало сереть и кое-где проявились отдельные черты лица. – Какой список?

-Вот видите. Вы даже о списке не знаете. И, кстати, мундирчик у вас так себе. Я бы на вашем месте сменила стилиста и модельера. В этом костюме вы похожи на Геринга.

-На кого?

-Был такой деятель: толи летчик, толи палач. Это из курса евразийской истории. Кажется, двадцатый век.

-Палач?

-Я же сказала – точно не помню. Может быть, просто политик. Хотя вряд ли. В те времена все политики были палачами. Или большинство.

-Ты соображаешь: с кем говоришь? – лицо над мундиром обрисовалось достаточно четко, но все равно осталось серым. Серым и злым. Не понравилась Ире эта физиономия.

-В двадцатом веке я бы ответила точно. А сейчас все так запутанно…

-Я приказываю: немедленно снять блокаду чипа!!

-Давайте меняться: я снимаю блокаду, а вы мундир. Честное слово, вам в шортах и в футболке было бы лучше.

-Нет. – взревел серый человек. – Баб нельзя выпускать из потока. Контроль! Только тотальный контроль!

Но остановить Иру уже было невозможно.

-На свою жену кричи. А с моим контролемя как-нибудь сама разберусь. Без посторонних павлинов с золотыми побрякушками.

-Молчать! – серый человек сорвался окончательно. Лицо сначала повело волнами, а потом оно приобрело вполне точные очертания. Ира его узнала. Именно этот тип сидел на пульте управления системы охраны и пытался нанизать ее на каменную иглу. Или, что-то в этом роде. Словом делал всякие гадости. И еще: видела она его и раньше. Задолго до этого. Но где?

-Коротко и четко: где Савенко?!

Ира неудержимо захотелось свернуть монитор в трубочку и засунуть в офис. Пусть этого грязного типа умоет желтыми пузырями. И он лопнет от злости.

-Почему молчишь?

-Вы такой непоследовательный. Сначала сами говорите «молчать». Потом спрашиваете: почему молчу. Вы уж как-нибудь определитесь. А то я совсем запуталась. А про Савенко у него и спросите. Он же без меня, но с монитором ходит. А вы в монитор, все равно, без спроса и без «здрасте» залазите.

-Ладно, я с вами разберусь. Сначала с Савенко, потом с тобой. И добрый совет на прощанье: не лазь по потокам без спроса. Многие знания – большие проблемы.

-И вам до свиданьица.

Первые пять минут после разговора серым типом в голубом мундире Ира пребывала в состоянии эйфории. Она построила этого наглеца, как Растрелли Зимний дворец. Не разговор получился – шедевр архитектуры. Ира даже немного жалела, что противник так скоро ретировался. Девушка только разогрелась, только по-настоящему завелась и нате вам: постель пуста, любовник скрылся.

Но когда эмоции схлынули, возникло ощущение нервозности и неуверенности. Причем связано оно было не столько с обладателем дурацкого мундира, а мундир – действительно безвкусный,сколько с предстоящей встречей со Стасом.Ире вдруг показалось, что будет довольно сложно пересказатьсодержание состоявшегося диалога. И, главное, оно, содержание,может расстроить Савенко. Расстроить до такой степени, что ей придется вернуться в общежитие и снова повиснуть крючке чипа.

***

-Наши деяния преступны, но наши цели благородны… Вот такой вот парадокс из жизни взломщиков. – Возня с секретами пещеры затягивалась, и Стас начал вслух разговаривать сам с собой. В очередной раз изучив все коммуникационные каналы, проходящие в этой части Нижнего города, взломщик не обнаружил ни одного пульта управления, ни одного кабеля связи, ни одного излучателя или приемника рядом с платформой, на которой топтался уже добрых пол часа. Либо эта чертова плита опускалась вручную, либо существовал локальный механизм, управляемый потайной кнопкой или рубильником. Словом чем-то доисторическим и примитивным. И, вполне вероятно, что располагался этот технический атавизм вовсе не здесь, в пещере, а, где-нибудь внизу, на конечной станции.

Стас решил проверить разводку электрических кабелей. Если к этой точке не подавалась и энергия, то оставалось надеяться только на счастливый случай.Стас скачал последние обновления электросети Нижнего года и принялся за детальное изучение чертежей. Собственной подсветки монитора было достаточно, чтобы разобраться с паутиной силовых кабелей и разводки, но все равно, глаза скоро стали уставать.

«Интересно, как же раньше работали ювелиры или часовщики?» - Савенко проникся глубоким уважением к людям, всю жизнь напрягавшим глазные мышцы. «Это вам не бицепсы на тренажерах раскачивать!»

Тонкий пунктир аварийного электропитания проходил по транспортной трубе под пещерой. Коротенький отвод, непонятного назначения, без привязки к каким либо приборам илинагрузке, располагался, если верить схеме, прямо под Стасом. Это была подсказка. И очень хорошая.

Стас запустил режим сканирования проводки и обнаружил рубильник–автомат, управляемый по сети питания. Задача была решена!

Взломщик расслабил мускулатуру, а затем выпрыгнул с корточек к невидимому своду пещеры. Ощущение силы в затекших от долгого сидения ногах, придало дополнительнуюрадость одержанной победе.

-А зачем взломщику мозги? – Почти заорал Стас, приплясывая на месте. «Озги-озги-озги!!!», усиливая само себя, раскатилось эхо по пещере.

- А затем, чтобы шевелить ими, когда надо. Осьминог шевелит щупальцами, осел – ушами, а взломщик – извилинами! – Уже спокойно, в пол голоса завершил тираду Савенко. – Шевелит мозгами и двигает предметы. Сейчас мы ее, голубушку, опустим по всем правилам техники безопасности.

Стас занялся поиском кода запуска рубильника, попутно ногой очищая от пыли и камней периметр платформы.

-Сейчас, сейчас. – Нараспев произнес он. Носок ботинка наткнулся на кусочек породы, категорически отказывавшийся сдвигаться с места. Взломщик пнул его. Камень не поддавался. Рефлекторно, без задней мысли, Стас наступил на упрямца. Под плитой что-то щелкнуло и платформа пошла вниз.

-Зачем взломщику мозги? Чтобы шевелить ногами. Выходит так…

Не доходя транспортного уровня, плита остановилась. Стас оказался перед аккуратным прямоугольным проемом высотой около двух метров, шириной чуть меньше полутора. Словом типичный коридор в типичной квартире жилого уровня.

В тусклом свете дежурного освещения, поблескивал пластиковый пол. Стены покрыты обычной, самонаращиваемой штукатуркой. Штукой, безусловно удобной и практичной, но давно вышедшей из моды. Нижняя подсветка по плинтусам: видно только пол, зато не споткнешься. Верхняя - спрятана под прозрачный потолок. Так же освещала только саму себя. Обозначала верхние габариты. Типичная прихожая бюджетных меблированных комнат.

Дверь в конце коридора, скрывалась в сумерках, но по приближении взломщика приветствовала его без особого гостеприимства:

-Предъявите генокод дляидентификации.

-Обломишься. – Эти штучки появились недавно и стоили кучу юников, но Стас уже нашел слабое место подобных запоров. Нужно было только отключить сигнализацию. Сам же механизм в виду своей крайней деликатности и субтильности, не выдерживал обычного удара плечом. Либо ломались хрупкие ригели, либо вылетал косяк. Чаще всего испытания силой не выдерживали и косяк и ригели. Зато фирма давала стопроцентную гарантию от вскрытия секрета. И, что самое смешное, не обманывала потребителя. С секретностью все было в порядке. Подделывать чужой генокод народ еще не научился. Хотя… у Статса уже имелась пара идей…

С сигнализацией Савенко справился быстро. Едва успев завершить отключение, он увидел камнепад фрагментов на мониторе, почувствовал, что сей момент явится образ шефа в голубом мундире и спешно свернул экран в трубочку. Общаться с начальством не хотелось. Пусть шеф потерпит, пока Стас не закончит эту увлекательную экскурсию. А потом, как-нибудь, с начальством разберемся.

Монитор жалобно пропищал из-под рубашки, но взломщик проигнорировал сигнал вызова. Он внимательно осмотрел дверь, выбрал самое слабое с его точки зрения, место и, разбежавшись, вынес дверное полотно вместе с замком и притолокой.

Зацепившись ручкой за нагрудный карман, дверь неслась на Стасе, как щит на древнем рыцаре, сметая на своем пути все, что мешало свободе движения. Судя по звону и грохоту – мешало многое. Но сопротивляться слепому напору взломщика не могло ничто. Неожиданно дверь, коварной подсечкой снизу, опрокинула Стаса на себя, а сама легла на что-то мягкое. Более всего похожее накровать.

Из коридора взломщик вломился прямо в спальню.Спальню вполне приличную и, даже обитаемую.Во всяком случае, помимо Стаса и двери, в постели уже кто-то находился. Один источник звука хрипло и сексуально постанывал откуда-то снизу.Второй – изумленно сопел по соседству. Точнее - вторая, потому, что это была женщина.

-Вы сломали мне стену! – без испуга и возмущения, скорее с удивлением сказала она.

Стас отцепился от двери, слез с кровати.

-Извините. Я пытался открыть дверь. – с позиции здравомыслящего человека это оправдание не выглядело безупречным. Но, по крайней мере,Стас был честен.

-Дверь - с другой стороны. – так же удивленно констатировала женщина и указала пальцем куда-то за себя. При этом лёгкое покрывало, которым она была прикрыта, соскользнуло и обнажило белые округлые плечи и задорный розовый сосок. Не нужно было быть взломщиком, чтобы догадаться, что женщина была нагой.

Стас поднял дверь и убедился, что он оказался не просто незваным гостем, но и третьим-лишним. Лежавший на постели мужчина лет тридцати покрывалом не был прикрыт. Следы недавнего сексуального возбуждения явно читались на его теле, как, впрочем и отпечаток двери.

-Извините, я не вовремя. – Стас попробовал оценить нанесенный ущерб. По останкам предметов было сложно определить что именно оказалось сломано и какой из фрагментов до трагедии с каким сочетался. Наверное, так же выглядела тайга после падения Тунгусского метеорита.

-Клаудия, это кто? – мужчина подозрительно быстро пришел в себя и, судя по взгляду, готовился перейти к активным действиям. Агрессия у чипоноса? События развивались по нетривиальному сценарию.

Взломщик, готовясь отразить атаку, попутно осмотрел дверь. С обратной стороны, она, действительно больше походила на кусок стены.

-Вы правы, - обратился Стас к женщине, - это дверь только с обратной стороны.

И он повернул полотно «стеной к себе».

-Правда, дверь! Билл, полюбуйся: наша стена оказалась дверью!

-Или дверь стеной. – сказал Савенко задумчиво, подставляя странную конструкцию под удар кулака Билла. Удара оказался хорошо поставленным: быстрым, хлестким, жестким. Случайно так ударить невозможно. Билла бить учили или … его ударом управляли. Что так же, вполне вероятно.

Стас выглянул из-за своего укрытия. Кулак уже летел снова. Только отличная природная реакция спасла глаз взломщика от скорого сиреневого макияжа. Но поразила Савенко не точно и скорость действий противника, а полная нечувствительность к боли. Если бы этот чипонос знал, что такое цыпленок тапака, то, наверняка, по своей руке должен был понять, какэто блюдо готовят. Ни одна кость в его кисти не могла остаться целой.

Стас кинул дверь навстречу Биллу, подхватил, летящую мимо руку и сделал все, чтобы дверь и Билл встретились на максимальной скорости. Звонкий «чмок»и гулкое «Бум» прозвучали почти одновременно и покатились по коридору и вверх по шахте к пещере. Билл обмяк. Дверь спружинила от его черепа и полетела к Стасу.

Инстинктивно отступив в сторону, Савенко пропусти мимо сначала дверь, потом, упавшего на нее Билла.

-Вы так ее совсем сломаете. – женщина от возмущения почти вылезла из-под покрывала. Розовые соски на пышных грудях согласно покачивались в такт словам.

- Кого? – Предполагая, что дама переживает о лице своего дружка Стас тщетно пытался найти часть лица женского рода. Речь могла идти только об одной губе, одной брови или одной щеке. Почему дама отдавала предпочтение одной щеке из двух, понять было невозможно.

-Кого, кого - дверь! Стену-то уже сломали.

-Билла не жалко?

-А что Билл? Сегодня Билл, а завтра был.Ко мне многие заходят. На долго не хватит, если обо всех переживать.

-Понял. А за дверь не волнуйтесь. Я её постараюсь пристроить на место.

-Да, уж, будьте так любезны. – женщина выбралась из кровати и немало не смущаясь своей наготы, подошла к Стасу. Осмотрела дверь, потом небрежно потерлась розовыми упитанными пальцами ноги о щеку Билла и пояснила. – Ступня чешется. Сил нет терпеть. Уже второй день. Красавчик, не подскажешь, к чему бы это?

***

-Спасибо за подарок! – Ира скромно сидела у крыльца офиса на пеньке, как Алёнушка из русских народных сказок.

-За подарок? – Не понял Стас.

-Ну, за монитор. Я бы тебя даже расцеловала, но субординация не позволяет.- Глаза Иры блеснули в поздних летних сумерках, и спрятались под ресницы.

-Предлагаю забыть о субординации. – Подхватил игру Стас.

-Ага, что люди подумают, когда увидят, как техничка целует генерального директора?

-Во-первых, здесь, кроме наснет людей. Во-вторых, никто не знает, что я директор. В-третьих, ты мало похожа на техничку.

-Значит, можно поцеловать?

Стас не почувствовал подвоха и не без некоторого самодовольства дал согласие.

-Можно. В порядке эксперимента.

Ира встала с пенька, положила руки Савенко на шею и с чувством поцеловала его в губы.

-Как эксперимент? – Ирины глаза светились такой ангельской теплотой, что Стас заподозрил недоброе.

-Удачно. Как-нибудь повторим, для большей достоверности результата. А ты почему на улице сидишь?

-В офисе душно. Здесь такой вечер… Знаешь, я в жизни не была вечером наверху. Это, оказывается здорово.

-Согласен. - Стас с подозрением поглядел на темные окна офиса.

-Давай вместе посидим. Я много любопытных фактиков нашла. А как твоя прогулка? Решил проблему? А это что? Ты из музея стащил? – Ира обнаружила на руке у Стаса часы. Точно такие же она видела в музее Технологий. – Дашь поносить?

Из беседы с серым типом в голубом мундире Ира вынесла одно важное открытие: если мужчинам говорить много слов, пусть даже совершенно не связанных, они теряются, как малые дети в гипермаркете, после этого остается взять дитя за руку и вести, куда тебе нужно. Он может скандалить, возмущаться и даже кричать, но на реальное сопротивление уже не способен.

-Так. –жестко прервал Стас. – Распредели вопросы по иерархии и задавай по одному. Начни с главного.

-Хорошо. – Сразу согласилась Ира. – Ты где живешь?

-Это новый вопрос.

-Нет, главный.

Стас посмотрел на девушку и рассмеялся.

-Я, кажется, понял! Ты сколько колпачков налила?

Ира смутилась и, немного поколебавшись, призналась:

-Всю бутылку.

-Я жил в офисе. Но ближайшие три дня туда можно не соваться.

-Ты думаешь? – Ира чувствовала себя диверсанткой, пойманной на месте преступления.

-Убежден. Личный опыт.

-И ты тоже? – Ире сразу стало легче. Уж если настоящий взломщик прокололся с этим проклятым моющим средством, то ей и подавно простительно.

-Это ты – тоже. А я был первопроходцем! – прозвучало это так, будто Савенко первым слетал на Марс или покорил Марианскую впадину.

-И где мы будем ночевать?

-Мы? – Стас искренне удивился такой постановке вопроса.- Ты в общежитии. Я – на улице.

-Я тоже на улице. – горько вздохнула Ира.

-Почему?

-Я же сказал: меня отчислили. А медведи, правда, по ночам звереют и на людей бросаются?

-Вот и проверим. – Стас вспомнил недавнее происшествие с черным медведем и у него сразу пропала охота шутить. А, заодно, и намерение спать на открытом воздухе. Но пугать девушку он посчитал лишним. - На меня не бросались.

-Я же про людей спрашиваю.- Ира уже разошлась во всю. Она поняла, что прокол с офисом последствий иметь не будет. Естественно, кроме ночевки на улице. – Правда, дашь эту штучку потаскать? Девчонки все от зависти помрут!

Ира потянулась к часам.

-Нет.

-Ну и ладно,- Ира сделала вид, что обиделась. – А в прошлый раз ты спал здесь, под кустиками?

-В прошлый раз?- Стас чувствовал, что угнаться за потоком мысли этой девушки, невозможно.

-Когда ты офис мыл. – напомнила Ира.

-Зачем под кустом. Здесь полно пустых зданий. Занять можно практически любое. Нужно только предупредить префекта и заплатить налог.

-Дорого?

-По законам рынка: дорого только то, на что есть спрос. Здесь никому ничего не нужно.

-А кто префект?

-Помнишь дедулю с собакой. Ты еще заключала пари: кто из них дольше протянет.

-Все-таки, Савено, ты сволочь. Я не заключала пари. Мне было грустно. Понимаешь разницу?

-Ладно: тебе было грустно наблюдать за префектом и его собакой. Живет старик за углом. Я этот офис снял только потому, что он оказался ближайшим к префекту подходящим зданием. Первый-то у меня был кварталах в шести отсюда. В шикарном доме.

-И что с ним стало?

-Понятия не имею. Но думаю, он еще весь пузырится.

-А к деду идти не поздно? Он - должностное лицо, а на улице ночь?

-Он старый. Почти не спит. К тому же в его владениях я единственный олигарх и главный налогоплательщик. Ну, что, пошли?

Ире стало ужасно неудобно. Она представила, как Стас объясняет дедушке обстоятельства их вынужденного переезда. Всплывает история с моющим средством. Она будет выглядеть полной дурой в глазах префекта.

-Давай ты один сходишь. Я здесь подожду.

Взломщик внимательно посмотрел на Иру.

-Смотри, как бы тебя медведи не съели.

-Ты говорил, они на людей не нападают.

-Так то на людей.

К префекту они отправились вдовеем. Только в префектуру Ира не зашла, предпочла подождать начальника на крыльце. Хотя ей очень хотелось погладить собачку и познакомиться с настоящим хозяином города. Но проклятое моющее средство Самсонову заставило проявить необычайную скромность и отложить свидание с дедушкой и собакой до более подходящего случая.

***

-И что было дальше?

Стас посмотрел на потолок, будто пытался прочитать на его поверхности продолжение своей истории. Двухуровневая квартира: первый этаж офис, второй – жилой досталась Стасу фактически даром. Триста юников в месяц – арендная плата плюс налог на недвижимость восемьсот юников в год. И полтора часа задушевной беседы со стариком, скучающим без человеческого общения.

В принципе взломщик мог снять на свою зарплату всю двадцатиэтажную башню, в которой они поселились. Но что делать с этим имуществом? Только развлекаться катанием на скоростных лифтах. Например, устраивать заезды наперегонки.Но это удовольствие не из дешевых. Энергетический кризис перевернул шкалу ценностей. Сокровища превратились в прах. И то, что в былые времена не стоило ничего, резко поднялось в цене. Эксплуатациялифтав течение месяца могла стоить дороже самого лифта.

- Дальше? – повторил за Ирой Стас. – Квартира эта оказалась публичным домом.

-Чем?

-Местом, где женщины зарабатывают деньги, удовлетворяя мужские инстинкты.- Стас постарался сформулировать мысль как можно точнее и в то же время корректно-нейтрально.

-Ты имеешь в виду инстинкт охотника? – Ира выглянула из-за простенка, отделявшего ее комнату от комнаты Стаса.

-Смотря, о какой охоте говорить… - Стас колебался: толи раскрывать тему продажной любви, толи двигаться дальше по канве событий прошедшего дня.

-Ладно, я поняла. Ты о сексе.

-Вот и прекрасно. Что интересно: это транспортный уровень, не жилой. Квартира, по сути, нелегальная.

-Она симпатичная?

-Квартира? Ничего особенного. Жильё, как жильё. Конечно, более обжитая, чем наша.

-Нет, я о той женщине. Ну, которая, там зарабатывает на мужских инстинктах. Молодая?

-Старше тебя. Ее используют и по прямому назначению и как запасной выход.

-Женщину?

-Нет, квартиру. Женщине регулярно предоставляют оплачиваемый отпуск. На несколько дней. Что там происходит в ее отсутствие, она не знает. Вот и неделю назад ее отправили в отпуск.

- А как ее зовут?

-Клаудия.

-Красивое имя. Ты не ответил: она интересная.

-Пожалуй. Если тебе это так важно: у нее красивая грудь. Немного тяжеловатая, на мой вкус, но очень правильно формы. Короче, когда ее клиент потерял сознание…

-Ему так понравилось?

-Нет, он ударился об дверь. Я же говорил.

-Я помню. А почему ты у нее не остался ночевать?

-Мы же условились: проводим взаимный отчет. Я рассказываю о своих открытиях, ты о своих. Не хочешь слушать – говори первой.

-Хочу. Я просто спросила.- Ира и самой себе не могла сформулировать свои чувства. – Ну, чтобы лучше все представить.

-Ладно. Пока Билл лежал в нокауте я выяснил, что в квартире есть прямой выход на транспортный уровень. А там несколько потайных ходов и технических шахт с кабелями, световодами и аккумулирующим оборудованием. Целое подпольное энергетическое производство. Оборудование все поставлено подразделениями корпорации «StanzaInc

Кстати часы эти не из музея. Это подарок деда. Я потерял там в расселине. А копался в одной из шахт и нашел под шматком полимербетона. Представляешь, идут! Метров сорок падали и идут. Умели раньше технику делать. Не то, что сейчас.

Стас прислушался. В соседней комнате было тих. Ира толи уснула, толи обдумывала услышанное, но никакой реакции по поводу счастливого возвращения часов не последовало.

-Теперь твоя очередь.

-Ты ей платил? – последовал вопрос спустянебольшую паузу.

-Кому?

-Клаудии.

-За что? – Стас предвидел ответ, но не знал, как его избежать и решил пустить все на самотек.

- За удовлетворение мужских инстинктов.

-Нет. Она меня удовлетворила бесплатно. По любви.

-Я ТЕБЕ ничего рассказывать не буду. – произнесла Ира с расстановкой. – И вообще…

Она оставила фразу незавершенной. Снова повисла долгая пауза. Взломщик понял, что напарница будет молчать до тех пор, пока не заговорит он.

-Давай без семейных сцен. Хочешь вместе работать – выполняй свою часть дела. Не хочешь – ищи другое место. – Стас серьезно разозлился. В мире происходили события, которые, возможно, перевернут всю историю цивилизации, а здесь совершенно непонятные капризы, из-за какой-то подпольной проститутки, которую Савенко впервые видел. Но с другой стороны, взломщик понял, что неожиданная ревность девушки ему приятна и он вовсене желает Ириного ухода. То ли уже успел отвыкнуть от одиночества, то ли неосторожно увлекся ее молодостью, экспансивностью, непохожестью на него, взломщика Стаса Савенко.

-Кстати, в этой квартире ты, вероятно, побывала раньше меня. – Сказал взломщик примирительно. Эта мысль появилась у Стаса только сейчас, и он чувствовал себя круглым идиотом. На самом деле: где ещё похититель девушек мог их выгружать из транспортного модуля? Только у секретной платформы рядом с квартирой Клаудии. А как он попадал в пещеру? Единственно – на лифте, пройдя через коридор за спальней проститутки. Далее мысли посыпались, цепляясь одна за другую,как бисер с оборванной нити. Стало понятно, почему коридор и помещения отделаны самонаращиваемой штукатуркой. Брызнул из тубы, и через десять минут все швы затягиваются сами собой. Ни один эксперт визуально не определит: где производили ремонт.Поэтому проститутка и не знала о потайном ходе в её производственное помещение.

Но откуда взялась сама Клаудия? Виртуальный секс доступен с чипоносам четырнадцати лет истоит сущую мелочь. Полный курс Кама Сутры с эффектом осязаемой реальности стоит по прайсу тридцать пять юников.Это намного дешевле, гигиеничней и безопасней услуг жрицы любви. А ведь для Клаудии кто-то специально организовал подпольную квартиру!

-Что ты этим хочешь сказать? – в голосе Иры звучал возмущение, приправленное осторожным любопытством.

-Ты о чём? – Стас чувствовал, что находится в паре шагов отраскрытия ещё одной тайны Нижнего города, и вопрос девушки выталкивал его с дороги к правильному ответу. Выталкивал куда-то на обочину событий, туде, где ничего важного произойти не могло.

-О том, что я там была. -в тоне Самсоновой было меньше агрессии и больше неуверенности. Она вдруг подумала, что пока у неё был подключен чип, с ней могли делать что угодно. В том числе и удовлетворять мужские инстинкты. А она об этом даже не знала.

-Это только предположения. Потом расскажу. – Стас ещё надеялся разгадать истинное предназначение Клаудии, но Ира небрежно бросила:

-Видела твоего невежу. Голубой мундир, серая рожа.

-Черная.- поправил Стас.

-Серая. – упрямо повторила Ира. – Я его узнала. Он мне мешал забрать роботов-охранников.

-Любопытно. Как ты его узнала?

-По лицу. – Ира поняла, что попалась.

-У него нет лица. – Стас еще на шаг подтолкнул ее к пропасти признания. «Черт с ним!» -решила Ира.

-Я его разозлила, и он потерял контроль. Лицо появилось.

-Ты его разозлила? – Стас понял, что все неприятности сегодняшнего дня пустяки, в сравнении с теми, которые их ожидают в будущем.

-Он грубил. – начала оправдываться Ира. – И я ему сказала, что голубое с золотом- признак дурного вкуса.

-И он?...

-Посерел. И я его узнала.

-Так. – Стас подозревал, что это не вся правда, но не хотел больше ничего слышать.-Я надеюсь это все.

-Почти.- Ира решила идти до конца. Она понимала, что расстроила взломщика и испытывала двоякое чувство: вину за свой, если честно, детский поступок, и удовлетворение, от того, что смогла сделать Стасу так же больно, как он сделал ей. Это же надо: походя подцепил какую-то Клаудию с красивой грудью и хвастается! – Он спросил: где ты. Я сказала на секретном задании.

Стас расхохотался. Его смех в темноте звучал особенно странно, как будто существовал сам по себе. Залетел, под напором ночного ветеркав окно и просыпался звуками посреди пустой квартиры.

-Ты уволена. – это прозвучало без тени злости. Простая констатация факта.

-Я не хотела. – Ира поняла: объясняться бесполезно, приговор окончательный. Если бы Стас начал орать, ругаться, размахивать руками или, даже накинулся на нее с кулаками -в любом из этих случаев оставался шанс все уладить. Но это смех, как финишная черта за спиной бегуна – хочешь этого или нет,выиграл или проиграл, но вся дистанция осталась позади. Ничего нельзя вернуть.- Не сердись, а?

-Я не сержусь. Теперь сердится глупо. Особенно мне. Я тоже уволен. – Стас поднялся с кровати и подошел к окну. Ира выглянула из-за простенка. Лысина светилась в серебристом свете луны и отбрасывала слабы блик на потолок. – Подозреваю, что с сегодняшнего дня, - Стас взглянул на часы, - нет, со вчерашнего, мы оба безработные.

- И еще… - Ира собралась рассказать о результатах своих поисков. Но уже не была уверенна, что в них был какой-то смысл.

-Еще? – Стас повернулся. Блик исчез. – Давай «еще» оставим до утра.

***

Стас развернул монитор и положил его на стол. Внутренне он был готов к разговору с шефом. Постарался продумать всю линию поведения до мелочей. Вероятнее всего, история с притоном начальству уже известна. Но этот инцидент объяснить было несложно. Полез за часами. Напоролся на кучу всяких нелепостей и приключений. Часы нашел. Вот они на руке.

Байка должна была пройти. Может быть не «на ура», но и прикопаться не к чему.Хотя бы потому, что история с часами минимум, наполовину, правда. Об обнаруженныхкоммуникациях стоит доложить, так же как и энергопоглотителе на месте бывшей свалки. Подробности добавят правдоподобия. А вот о том, что напоролся на следы корпорации «StanzaInc.» шефу лучше не знать. Черт его поймет, какие отношения он поддерживает с этим международным бизнесом. Антигравитационную транспортную капсулу с маркировкой «StanzaInc.», между прочим, прислал он.

По части своих проколов Стас был относительно спокоен. Шеф давно свыкся с тем, что Савенко докладывает не обо всем, и поступает так, как считает нужным. Стас знал, что шеф выработал механизмы, компенсирующие недостаточную управляемость взломщиком. Но что делать с Ирой – здесь Стасу ничего путного в голову не приходило.

Что разумного можно сказать по поводу голубого мундира и золотых позументов? Доказывать шефу, что это супер-модно и прекрасно сочетается с черной дырой над мундиром? Чушь, какай-то. Полная нелепость. Только женщина способна нанести такое оскорбление, что его невозможно оправдать с помощью нормальной логики. Нельзя даже извиниться: просто не понятно за что просить прощения?

С другой стороны, сдавать Иру Стас не хотел. Хотя только сейчас он по-настоящему стал понимать, какую мину подложил ему шеф, прислав Самсонову. Причем трудно было сказать, когда она была опаснее. Когда носила чип и докладывала о каждом шаге взломщика, или когда стала поступать по собственному разумению, обзавелась личными тайнами и стала плодить проблемы со скоростью размножения мухи-дрозофилы.

Привычный жизненный баланс с ее появлением исчез. Теперь предстояло найти новую точку равновесия. В противном случае на дно пропасти могли улететь уже двое: он и Самсонова.

-Скажи, а регистрация фирмы во что обойдется? – Ира зашла не выспавшаяся и виноватая.

-Кажется пол сотни юников. – Стас еще был занят своими проблемами и отвечал автоматически, не вникая в смысл вопроса.

-У меня есть мысль.

-Как, опять?

-Не сердись. – Ира подошла ближе и, как бы нечаянно коснулась Стаса грудью. – Я всю ночь не спала и думала.

-Аналогично. – Стас немного отодвинулся, но тепло Ириного тела запечатлелось на спине, как утреннее солнце на фотографии. Избавиться от ощущения её близости взломщик уже не мог.

-Здесь же много интересного, о чем в Нижнем городе даже не подозревают! – Ира начала робко, но с каждым словом все большее воодушевлялась. Казалось, ее слава выстраиваются кирпичиками в стену и по мере роста стены, она все больше убеждается в том, что способна достроить здание до конца. – Они там живут среди искусственного мира. Они животных видят только виртуальных, ветер – только отрегулированный, еду едят только искусственную. Там даже вода из крейтора. Понимаешь: мы откроем туристическую фирму. Будем возить в Старый город экскурсии, показывать живых медведей. Представляешь рекламу: «Ощутите нежность поцелуя лося!»

-Не слишком ли эротично? Слава Богу, не предложила открыть публичный дом. – в идее Иры что-то было. Точнее не в самой идее, заниматься бизнесом Стас не хотел. Не его это дело. Но сама по себе мысль открытия настоящей коммерческой фирмы, имела рациональное зерно. Не в плане зарабатывания денег, а в плане текущего расследования.

-Что, совсем плохо? – сразу сникла Ира. Стасу стало ее жалко. И от этой жалости тепло её недавнего прикосновения со спины перетекло внутрь взломщика, усилилось и жаром разлетелось по сосудам сначала к сердцу, потом, оттолкнувшись от него, обожгло кожу.

-Нормально. Только ничего не выйдет. – взломщик уже нащупал противоречие, которое минуту назад еще только предощущал. Почему-то раньше ему это не приходило в голову, но предпринимательство по сути своей не вписывалось в рамки общества электронного контроля. Не было механизма. Сама идея личного бизнеса могла прийти только в мозги, лишенные чипа либо привнесена в извилины чипоноса из вне. В любом случае, ни о какой конкуренции не могло быть речи. Основную массу потребителей составляли организмы, управляемые ГИЦ. Значит, сбыт находили только те товары и услуги, которые продвигали люди, влияющие на Прямые Информационные Потоки.

-Почему не выйдет? Я все продумала. Даже материалы для отделки офиса заказала. Как ты смотришьна светло-зеленые стены? Взять такое мгновенное покрытие. Последний писк моды. Весь ремонт займет пару часов. Я уже посчитала.

-Лучше рыжее с золотым отливом. – грустно пошутил Стас. Понять движение женских мыслей ему было не дано. Рушилась жизнь, а здесь какое-то мгновенное покрытие.

-Рыжее с золотом? –Задумалась Ира. – Ладно, посмотрим. У меня даже бизнес-план составлен. Совершенно гениальный! Хочешь, покажу?- Ира положила скатерку своего монитора, рядом с монитором Стаса.

-План не поможет. В нынешней ситуации у нас не будет клиентов.

Мотивировать более подробно Стасу не успел.Изображение на обоих мониторах распалось на фрагменты. Взломщик приготовился к встрече с голубым мундиром. Но вместо привычных золотых галунов и аксельбантов увидел строгий деловой костюм. Не слишком модный, но очень дорогой. Его цена была буквально написана на каждой детали одежды. Это был настоящий, сшитый костюм, с настоящими швами. Такую роскошь могли себе позволить очень немногие люди в Нижнем городе и никто- в Старом.

-Савенко, почему скрываешься? – голос шефапочти не изменился: тот же тембр, та же манера общения, но звучал он немного устало, и самоуверенность,еще вчера казавшаяся несокрушимой и вечной, как Велика Китайская стена, оказалась как бы слегка подретуширована: потеряла напор и жесткость.

«А ведь шеф, тоже не спал всю ночь. Решал: что делать с нами. И решение ему далось не легко.» - догадался Стас. От этой догадки ему стало легче. Тень на экране могла переживать, значит, не была столь неуязвимой, как это выглядело всегда. -«Ира-то, молодец. Костюм шеф одел если не ради нее, то из-за нее. Мне бы такой фокус не удался никогда.»

-Я не скрывался. – Взгляд взломщика, как-то сам собой переместился на Иру. Она стояла рядом, чуть сзади. Так, что пришлось вслед взгляду повернуть голову. Щеки и ушки у девушки приобрели пунцовый оттенок, заметный даже на загорелой, золотистой коже.

Но глаза сияли так, что Стас начал ревновать. «Что с женщинами делает хороший мужской костюм!» - подумал он.

-Я вчера весь день пытался выйти на контакт.

-Я был немного занят. – Стас решил проверить шефа «на излом». Хотелось понять: насколько тот тверд, в решении сохранить взломщика любой ценой, и готов ли уступать дальше.

-Знаю. Мне доложили. Секретное задание.

«Он думает: я веду двойную игру» - догадался взломщик. Вопрос: «На кого работаешь?» задан не был, но явно присутствовал, буквально плавал в воздухе над экранами двух мониторов.

-Никаких секретов. Часы искал. Вот эти, - Стас показал браслет на запястье левой руки,- потерял, когда преследовала преступника. Теперь нашел. А ответить вам не мог. Висел в шахте, как в том бородатом анекдоте про йога. Знаете?

-Что? – не понял шеф. Темное пятно над воротником костюма начало сереть. «Ира-то права. Он от злости или растерянности теряет контроль над изображением. Нужно попробовать его дожать и, наконец, познакомится с шефом лично».

-Альпинист лезет по отвесной скале. Видит перед своим носом босые ноги. Поднимает глаза вверх: а над ним мужик. Висит мужик на одном пальце и читает книгу «Индийские йоги. Что они могут?». Альпинист спрашивает мужика: «И что же могут йоги?». Тот отрывает палец от скалы, спокойно переворачивает страницу, снова цепляется пальцем за скалу и говорит: «Йоги? Йоги могут многое.»

Ира сдержанно засмеялась.

-Ну? Это о левитации, что ли? – лицо шефа обретало черты. Кожа, действительно имела нездоровый серый оттенок. Похоже, у него были серьезные проблемы с обменными процессами или с печенью. Настолько серьезные, что с ними не справлялась современная, почти всемогущая медицина.

-Нет. Обо мне. Я не йог. Если бы отпустился - упал.

Ира расхохоталась в полный голос. Она уже не могла себя сдерживать. Это был смех на грани истерики. В нем выплеснулась и бессонная ночь, и ревность к неизвестной Клаудии, и переживания по поводу погубленного офиса и испорченной карьеры Стаса. Она смеялась до тех пор, пока не уселась на пол, полностью лишившись сил.

-Она в штате. Твоим замом. Оклад с коэффициентом ноль семь.

-Спасибо!- благодарность Стаса была самой искренней.

-Не стоит. Ты не хотел надсмотрщика? Получи грузило, гирю, гантелю да ещё с выраженными проявлениями истерии. Теперь ты более несвободен, чем узник Бастилии.– то, что генерал тонкий стратег, Стас знал давно, но наличие у него образного мышленияи знаний истории стало для взломщика открытием.

-И, кстати, чтобы не было недопонимания. Роботы вам были не нужны. У вас была антигравитационная капсула. По своей глупости рисковали жизнью и потеряли уйму времени. – теперь Стас уже не знал: толи шеф специально открыл свое лицо,толи это произошло непроизвольно. Но он наверняка догадался, что Ира его узнала. И объяснения про роботов-охранников – не попытка оправдаться. Шеф открытым текстом говорит: я все ваши секреты знаю еще до того, как они у вас появляются.

-А костюмчик вам очень к лицу. Особенно цвет. Серенький. – Самсонова выдержала паузу. - Строго и практично. – одобрила Ира. Стас был так погружен в анализ происходящего разговора, что не успел удержать напарницу от реплики.

-Знаю. – Буркнул шеф и изображение с мониторов исчезло.

-Нет, он, вообще, ничего. Только нервный. – Ира торжествовала победу. Она теперь, почти что взломщик, пусть и коэффициентом ноль семь . Во всяком случае, помощник взломщика – лучше, чем уволенная техничка.

-Я все хочу спросить: твоё плохое воспитание – влияние начальства или, вас в отдел специально таких подбирают?

-Думаю, специально. – Стас поглядел на Иру и добавил, - ты, этому, лучшее подтверждение.

***

-Любопытнаякарта получилась! – Стас разглядывал карту Мира, с нанесенными Ирой аномалиями. Во-первых, большинство из обнаруженных семидесяти восьмипроисшествий, состоялись в последние пол года. Во-вторых, географически они располагались преимущественно севернее пятидесятой широты в северном полушарии и южнее тридцатой широты в южном полушарии. Вне сейсмоопасных зон. То есть, местах компактного проживания населения в подземных мегаполисах. Там, где с чипами ходили семь человек из восьми. Хотя, где ещё аномалиями можно было назвать попытки думать своими мозгами?

-Я старалась. И еще. Я сделала выборку по «Кто есть кто». Думала: может, какие-нибудь химические отходы влияют. Кстати, химию - ненавижу. У меня из-за неё все так по-дурацки вчера вышло. И со старым офисом. И с шефом я поругалась тоже из-за химии. Ничего не могу с собой сделать: не люблю я ее!

-Не любишь – хорошо. Что хотела сказать? – Стас начал терять нить разговора.

-Везде есть филиалы или дочерни компании «StanzaInc.». Во всех тридцати девяти мегаполисах, где замечены аномалии! И у нас тоже. Народ от этой компании просто шизеет, с ума сходит! – Ира посмотрела на сердитое лицо Стаса и уже более сдержанно добавила: - Мне так кажется.

-Что же ты мне про «StanzaInc.» вчера не сказала? – что-то об эту корпорацию Стас стал спотыкаться на каждом шагу. Будто других на свете не существует, а шкодливые ушки «Станзы» торчат из-под каждого кустика и из-за каждой кочки. Хотя, если подумать, крупная трансконтинентальная корпорация должна иметь свои отделения во всех мегаполисах. Так что её присутствие неулика, а повод к размышлению.

-Ты сам сказал – завтра. И потом, я думала: нас уволили и уже ничего не нужно… - пожала плечиками Ира. При этом грудки под белым жакетиком тоже слегка приподнялись и Стас вновь ощутил тепло на спине. Просто наваждение како-то.

-Нужно или не нужно – мне решать. – Стас попытался одеть маску официальности, но вышло плохо. Иные начальниками рождаются, другим вживаться в образ босса приходится, ломая свою природу и впустую изводя время. Савенко, очевидно, относился к категории последних.– Вот, что, помощник взломщика, отправляйся-кав префектуру и регистрируй туристическую фирму. Какой-нибудь «СавСам-тур». Деньги переведешь с этого счета. – Стас быстро набрал информацию на Ирином мониторе.

-Ты же сказал, что у нас не будет клиентов?

-Это не страшно. Они нам не нужно. Я пять лет без клиентов прожил. И, ничего, процветаю, как видишь. Но попробовать нужно. Хочу понять механизм работы бизнеса. Что, кто и каким образом продает. И можно ли что-то продать в рамках существующей системы.

-А что здесь неясного?Одни делают, другие продают, все остальные покупают.

-Ты считаешь: эта схема работает?

-Это любой студент знает!

-Вот и проверим

-Может быть, ты сам зарегистрируешь? – Идти к префекту Ире не хотелось. Было совершенно не понятно: под каким соусом Стас подал милому старичку причину их срочного переезда. А краснеть перед незнакомыми людьми кому приятно?- Префект со мной говорить не станет. Он – важная шишка, а я кто?

-Ира, в Старом городе нет важных шишек. Им здесь нечего делать и некем командовать. Важные шишки ворочают миллиардами юников и людских судеб. А здесь весь бюджет едва ли пол миллиона в год, а народа и полтысячи человек не наберется. И, вообще, старик - очень приятный дядька. Тебе наверняка понравится.

-Почему это наверняка? – формулировка Стаса отдавала какой-то провокацией. Что-то он не договаривал.

-Он профессиональный говорун. – Взломщик, как-то странно улыбнулся.

-Говорун?

-Старик - искусниккомплементов. Он из слов такие кружева плетёт… Его послушаешь – будто на концерте побывал. Говорят, лет восемьдесят назад, а, может быть сто восемьдесят, префект был знаменитым поэтом. Думаю, в те времена в его кружевах ни одно женское сердечкотрепыхалось.

-И ты не боишься меня пускать к этому сердцелову? – за легким кокетством вопроса Иры, прятался самый живой интерес.

-Нет, - ответил беспечно Стас и, заметив, как по Ириному лицу промелькнула тень разочарования, пояснил, - от его мужской силы только слова сохранились.

-Жаль. – Ира подошла к окну и провела пальцем по пыльному термопластику.

Да?

-В смысле: жаль старичка.

-Это жизнь… Через сто лет и мы будем старыми.

- Я не о том. Он был знаменитым поэтом, а сейчас о нем никто не знает. – Ира пририсовала к палочке на окне перпендикуляр, и получился крестик. – Выходит: все впустую.

-А если бы не был знаменитым? – Стас никак не мог понять ее замысловатую логику.

-Тогда другое дело.Кстати, я хотела приготовить кофе и не нашла крейтор.

-Кстати, я муру из крейтора не пью. В этом смысле, его отсутствие – огромный плюс. Но есть и минус. Не удивлюсь, если его здесь вообще не удастся подключить.

-А как мы будем жить?

-Весело, как первобытные люди: охотится на оленей, ходить в медвежьих шкурах и голыми танцевать у костра.

-Голыми у костра – это забавно. – Ира повернулась к Стасу и неожиданно спросила, - Я красивая?

-Красивая, хватит зубы заговаривать. Иди, займись регистрацией. А то поэт от скуки умрет.

Стас понял, что если он будет прыгать вслед за Ириными мыслями, пытаясь их собрать в кучку, на это занятие уйдет вся его жизнь без остатка. Шеф, как всегда, оказался прав: лучше глаз соглядатая, могут быть только кандалы каторжника с чугунным ядром на цепи. Освободив Самсонову из плена ГИЦ, взломщик сам оказался заперт в застенкахморальных обязательств. И ему еще только предстояло освоить искусство побегов.

***

«Трудно играть в шахматы вслепую, особенно, если не знаешь расстановку фигур противника.» - размышлял Стас, рисуя на бумаге кружки и квадратики. «Одно утешает – у противника тоже нет полной уверенности, в своей компетентности. Эко я загнул! Сам не понял, что сказал…Да и не важно. Главное, что получаютсяне шахматы,а какой-тоМорской бой».

Кружками Стас обозначал свои позиции: факты, которыми владел и действия, принесшие ощутимый результат.

В жирные, траурные рамки прямоугольников попадали факты, объяснения которым не было найдено, персоны, значение которых оставалось неясным, действия, исход которых можно было толковать как угодно. Кружков было мало. Они выглядели редкими островами в океане Прямоугольников и вопросительных знаков. Причем, некоторые прямоугольники, на самом деле могли, быть и кружками. Например, шеф.

Противник он или союзник? Вопрос. А если и союзник, то: в чем,против кого и на какое время? Еще три вопроса.Стас посидел, разглядывая рисунок, но превращать один прямоугольник с надписью «Шеф» в три не стал. Нужно было обозначить направление главного удара, точнее, основное направление поисков.

Первым пунктом шла корпорация «StanzaInc.». Слишком много странных событий происходило вокруг нее и в глобальных, географических масштабах. И в локальных: вроде строительства нелегальных объектов на месте бывшей свалки. Хотя, все это могло оказаться чистой воды, совпадениями.

Пунктом два Стас обозначил структуру, в которой имел честь трудиться. Именно она контролировала надежность системы власти и искала прорехи в системах безопасности. Причем во всех ипостасях термина «безопасность» и по всем направлениям. Иначе говоря, могла оказывать негласное и неявное влияние на управление планетой.

Пункт три взломщик озаглавил как «Противоречия системы управление и политического строя». По третьему пункту можно было писать диссертацию. Причем, как минимум, докторскую. Во всяком случае, название к диссертации располагало. И противоречий хватало. Например, возможно ли свободное предпринимательство в обществе тотального контроля информации? Или, возможна ли конкуренция в условиях монополизации распространения информации? Как работает реклама и нужна ли он вообще чипоносам? И еще: может ли реклама являться самостоятельным товаром, а не средством продвижения другого товара или услуги? Иначе говоря, не является ли реклама фикцией, доведенной до абсурда, существующей только для того, чтобы прикрыть, де-факто существующее отсутствие рыночных отношений? Возможно, это просто красивая, яркая ширма, бархатный занавес, за которым ничего нет. А, на самом деле, коммерческая информация внедряется через чип в виде оформленного желания приобрести товар.

-Нет, - Стас швырнул карандаш на листок. Грифель обломился, но на его месте тотчасвырос новый, такой же остро заточенный. – это пахнет не диссертацией, а курсом корректировки отклонений психической деятельности.Пора пойти размяться. Или, хотя бы выпить кофе.

На улице, у входа в офис стоял лось Коля. Вид у лося был немного нервный. Такой, в пол восьмого вечера бывает у влюбленного, назначившего свидание на шесть. Он уже подозревает, что это не опоздание, а отставка. Но в душе еще тешит себя надеждой. На звук открывающейся двери Коля быстро поднял большие с влажной поволокой глаза и тут же разочарованно опустил их в землю. Он всем своим видом показывал, что ждал не Стаса.

-Не расстраивайся, приятель, - сочувственно подбодрил Стас. – ты уже в ее бизнесплане. На счет любви не поручусь, но карьера мастера супер-поцелуя тебе обеспечена. Ты, уж, мне поверь: с ее энергией ты станешь звездой.

Толи Коле не понравился тон, толи он счел высказывание Стаса оскорбительным, только его тяжелая голова, украшенная ветвистыми рогами, угрожающе опустилась к земле.

-Все понял, коррида отменяется.– Стас вежливо раскланялся и стал медленно удаляться, впрочем, не поворачиваясь к ревнивому сопернику тылом.

-Если дела так пойдут и дальше, то я стану чужим и ненужным в моем любимом Старом городе. Изящные женские ножки выкинут меня с обжитой территории, с любимой работы и придется мне отправиться скитаться калекой перехожим с котомкой за плечами и посохом в руке.

«А это не плохая мысль! Путешествие! Первый турист фирмы «СавСам-Тур» Маршрут: Старый город – Канберра».На самом деле, посещение штаб-квартиры «StanzaInc.» могло стать очень познавательным. Существовало только одно но: все трансконтинентальные средства транспорта работали на традиционном топливе. Стас в принципе не был фанатичным сторонником запрета реактивных двигателей, но вряд ли можно было рассчитывать, что начальство одобрит и оплатит такой дорогой тур. А за свой счет прокатиться через океан могли очень немногие земляне. Экскурсия на Марс стоила едва ли не дешевле.

Было три альтернативных варианта.

Кругосветное путешествие на шлюпке Стас отмел сразу и категорически. Во-первых, долго, а во-вторых, никаких гарантий благополучного возвращения.

Второй вариант был не более предпочтителен. Нуль-Т переходы, о которых мечтали фантасты в двадцатом веке, в принципе, уже были созданы. По ним довольно успешнопересылали предметы с простой однородной структурой. Замечательно перемещались кирпичи в Антарктиду. Правда, иногда в ходе транспортировки, они меняли цвет и марку прочности. Но, в целом, все выглядело вполне пристойно. С живностью дело обстояло значительно хуже. Разложить на атомы мышь не составляло проблемы. Но узнать в той твари, которая появлялась в пункте прибытия грызуна, зачастую оказывалось проблематично. То собственный хвост из зубов торчал. То ни хвост, ни зубы до места назначения не добирались. То, наоборот объявлялись только зубы и хвост, но в разных точка планеты. Массу времени и сил приходилось тратить на уточнения: какой груз отправляли, какой получили, и имеется ли сходство с оригиналом хотя бы по размерам и комплектности.

Прибыть в Канберру большим пальцем левой ноги Стас не желал категорически.Где этот палец будет ковыряться, и как вернуть недостающие части? Пусть сначала ученые отладят процесс, а уж потом взломщики найдут ему достойное применение.

Оставался последний вариант: трёхдневный клон. Точная копия с оригинала, устойчивая в течение семидесяти двухчасов. Им можно управлять, им можно чувствовать и даже думать. Удобная штука. Гораздо практичнее шлюпки. Хотя и более скучная, чем Нуль-Т переход.

Стас редко пользовался этим достижением научной мысли. Не было необходимости, да и существовала одна тонкость. Управляемая жизнь клона требовала покоя от исходного индивидуума. Что бы поддерживать с ним связь на уровне внутренних ощущения, нужно было находится в состоянии искусственного транса.

То есть, можно было запустить собственного клона где–нибудь в Неваде. Просто, что называется, хохмы ради. Повеселить приятелей. Этакая биологическая открытка. Но, чтобы получать весь объем информации в реальном времени, требовалось отключиться от мира и подключиться к клону.

А покинуть свой пост Стас не мог. На всю территорию Нижнего и Старого города полагался один взломщик. Взломщик, всегда готовый подняться по тревоге и решить проблему.

Но теперь у Стаса появился помощник. Точнее, помощница. А это в корне меняло ситуацию.

Вспомнив о напарнице, взломщик невольно улыбнулся.

«Интересно, как она там справляется с певцом Евтерпы?» - подумал он. - «И как добралась до префектуры?»

Яркое солнечное утро настраивало на самый беззаботный лад. Казалось, никаких причин для беспокойства не могло быть.Но, не далее как вчера, в последнюю встречу с префектом, старый поэт снова заговорил об улице Пьера Решара. И снова, настоятельно советовал обходить этот район. Вряд ли, конечно, найдется хотя бы одно сумасшедшее животное, которое в такую жару, среди бела дня, нападет на человека. Но, на всякий случай, Стас решил связаться с Ирой, потомзаглянуть во двор высотки, где так нелепо погиб клон префекта. Уж больно настойчив был старик в своих предостережениях.

Ира на связь вышла почти сразу.Казалось, она ждала его вызова.

-Привет,- Стас с удовольствием заглянул в лукавую и сияющую зелень её глаз, - Забыл попросить тебя, передать поэту привет.

-Я самадогадалась.

-Тогда до встречи. – Стас спрятал монитор. Разговор вышел довольно глупый, но, зато, беспокойство исчезло. Ему на смену пришло лёгкое возбуждение и немотивированная, почти детская радость.

Днём полный зелени двор высотки выглядел даже уютно. Здание окружало двор с трех сторон буквой П. Границу с четвертой, южнойстороны, обозначала кованая решётка высотой более трех метров.Вдоль неё росли большие кусты сирени с уже осыпавшимися цветами. Но солнцу ещё удавалось выжигать из пожелтевших лепестков тонкий аромат и запах цветущей сирениплыл над сочной травой. Ближе к арке рос раскидистый клён и пара чахлых, невесть откуда взявшихся дубков. Портил вид только высохший высоченный тополь. Его серый ствол с осыпавшейся корой торчалу того подъезда, в котором скрылся чёрный медведь.

С уверенностьюутверждать что-либо Стас бы не стал, но ему показалось, что во время ночного приключения такого обилия зелени здесь не было. И погибший тополь взломщик незапомнил, хотя не заметить его не мог: дерево находилось на одной прямой между местом схватки и подъездом. Впрочем, темнота и стресс могли серьезно исказить восприятие картины. Да и не было времени разбираться с антуражем, когда на руках погибал человек.

В пыли у крыльца довольно отчетливо читались отпечатки тяжелых когтистых лап. Но это были следы двухнедельной давности. Свежих свидетельств обитания зверя видно не было.

Стас обошёл двор по периметру. Никаких признаков жизни. Только нахальные и любопытные воробьи, перелетая с ветки на ветку, шумным эскортом сопровождали взломщика по этому кругу почёта.

Савенко поднялся по крыльцу в подъезд.Здесь медвежьих следов было больше. Но интереса для охотника или следопыта они не представляли. Разве что для палеонтолога или археолога. Отпечатки оставляли ощущение заброшенности. Так выглядит нежилой дом или стоянка первобытного человека. То есть, ясно: искомый объект в этой местности обитал, но ушёл давно и безвозвратно. Однако, нервы были напряжены на столько, что шокер в противоударном корпусе, стал потрескиватьпод нажимом пальцев взломщика.

-Это не моя работа, не моя. – пытался убедить себя Стас, – нужно вызвать команду природоохраны. Маленькие железненькие роботы усыпят мишку и увезут в лес.

Так, разговаривая сам с собой и отслеживая дорожку шагов, Стас поднялся на седьмой этаж. Пятикомнатные апартаменты с окнами на три стороны открывали видна двор, проулок за решеткой, улицу Пьера Решара и проспект, название которого взломщик не мог найти ни на одной сохранившей карте Старого города.

-Ничего, у животины губа не дура. – оценил Савенко выбор зверя. – Главное, все подходы к зданию как на ладони.

След неожиданно обрывался у окна, судя по всему, кухонного,выходящего во двор. У Стаса даже мелькнуло подозрение, что животное покончило счёты с жизнью, выпрыгнув из дома без парашюта. Но он точно знал: никаких дохлых медведей на зеленой лужайке двора нет. И, главное, не было запаха. А то, что логово медведя, мягко говоря, воняет, взломщик твердо помнил из курса биологии и посещений зоопарка в подростковом возрасте. Если медведь здесь жил, то запах за две недели выветриться никак не мог.

Ответ Стас обнаружил на третьем этаже. Тяжелая бронированная дверь в одну из квартир подалась только под грубым напором электронного взлома. За дверью, в одной из комнат, стояла мощная клон-камера. В такой, не то, что медведя – слона можно клонировать.

Не перевелись шутники в Старом городе.

-Всё-таки, это оказалась моя работа. Здесь никакие роботы не помогут.

Выйдя на улицу, Стас не обнаружил тополя. Только разлетающаяся под напором ветерка куча трухи…

***

-Здравствуйте. – Ира осторожно открыла дверь кабинета префекта. Дверь была старой. Даже древней. Конечно же, безо всякой автоматики и, к этому Ира уже привыкла. Но дверь префектуры оказалась ещё и потрясающе ленивая. При повороте она постоянно застревала и жаловалась на жизнь, противно попискивая.

Вообще,префектура Иру разочаровала. При слове «префектура» она представляла себе здание с колоннами в классическом стиле, лепниной, пилястрами и эркерами и другими архитектурными изощрениями и прибамбасами .

Высшая власть Старого города располагалась в рассыпающемся кирпичном особнячке, слишком прямоугольным, чтобы дать хотя бы малейший повод для упоминания искусства музыки в камне. Хотя, если воспринимать скрип двери как музыку, чем занимались поп-нигилисты в конце XXIвека, то в кирпичном уродце музыка звучала.

Внутри префектура так же поражала убогостью и нищетой. Пол местами едва не проваливался. А чего ждать от деревянных досок, вышедших на пенсию лет сто назад? Стены были обклеены стеклообоями. Такие, если не считать интерьера местной власти, Ира видела такие только один раз, еще в школе, на экскурсии в музее.Старушка-экскурсовод бегала вокруг раскрученного рулончика и с пиететом причитала: «Детки, а это настоящие стеклообои. Искусство их изготовления, к сожалению утеряно. И перед вами, возможно, последний рулон!» Старушка так упирала на уникальность экспоната, что Ире показалось, будто она вовсе не в музее, а на аукционе. И сейчас экскурсовод трясущимися сухонькими ручками схватит молоток, даст кому-нибудь по башке и закричит: «Уникальные стеклообои, вторая половина двадцатого века, фирма-изготовитель неизвестна. Начальная цена сто тысяч юников. Кто больше? Сто тысяч юников, раз! Сто тысяч юников, два! Сто тысяч юников, три! Продано!! Девочка в розовом комбинезоне может забрать лот. »

Кабинет, впрочем, выглядел вполне ухоженным. Над столом префекта даже болталась огромная хрустальная люстра. Вещь, конечно, безумно дорогая и красивая, но столь же безумно непрактичная. Ирины познания о хрустале ограничивались школьной программой и мыльными операми из жизни вип-персон.. Главное, что она поняла: хрусталь трудно мыть, легко бить и тяжело достать. Наверное, поэтому,здороваясь с префектом, она не видела ничего кроме люстры

-Какая прелестная гостья! Мне стыдно за себя, за этот кабинет и за век, в который прекраснейшее из творений природы встречают без мазурки, бриллиантов и роз!

Ира почувствовала, что сейчас разорвется пополам: глаза её не желали отрываться от блеска хрусталя, а ушки звали к источнику сладких комплиментов.

Между тем, приятный, с легкой хриплой трещинкой баритон, продолжал течь и переливаться.

-Какой волшебный ветер принес Вас, прекрасное дитя в сии убогие апартаменты? Не отвечайте, я попробую угадать!

Ира забыла про люстру и уставилась на префекта. Старик просто светился. Было очевидно, что приход девушки стал для него самым значительным событием за последнюю тысячу лет.

-Вы завоевали титул Мисс Мира и сейчас путешествуете инкогнито с благотворительной миссией? Я угадал?

-Что вы, язашла по делу. – Ира, наконец, пришла в себя на столько, что смогла смутиться.

-У такой прекрасно леди не может быть иных дел, чем блистать и дарить наслаждение своей божественной красотой! Позвольте, я вас провожу к креслу.- префект бережно взял Ирину руку, поцеловал пальчики и подвел девушку к своему креслу. – Присаживайтесь.

-А как же вы? - спросила Ира, но села, не дожидаясь ответа. Кресло префекта было из дорогих новых моделей. Сенсоры сами подобрали удобную форму спинки и сиденья. Гнилой пол в коридоре плохо сочетался с престижным и дорогостоящимкреслом. Но Ира еще не была так искушена профессией взломщика, чтобы сразу обратить внимание на эту мелочь. Тем более, что все внимание было демонстративно приковано к ней самой.

-Дело настоящего мужчины стоять подле совершенства и охранять её покой.

Лицо Иры покрылось румянцем, но это уже не был румянец смущения. Это, скорее можнобыло назвать проявлением высшего удовольствия в видимом спектре. Вибрацию монитора она почувствовала сразу. «Стас или шеф?».

- Извините, - Ира улыбнулась префекту и развернула скатерку. Именно эту улыбку и увидел Стас. – Я сама догадалась, -соврала она в ответ на просьбу Савенко передать привет поэту. Непонятно было, зачем взломщик её искал, но после короткого и разговора со Стасом у Иры сам собой сорвался вопрос:

-А вы, правда, поэт.

-А вы сомневались?

-Скорее не задумывалась. Вы и сейчас спишите стихи?

-Давно не писал, но в честь такой Музы, позволю себе экспромт:

-Ветер. Послушай ветер.

Как он плачет всю ночь за окном

Среди веток осенних.

Бьется в стекла и ищет тепла.

Это я, этот ветер. Послушай его – это я.

Звезды - осколки света

Режут небо на части и рвут

Черный полночи бархат,

Чтобы в окна твои заглянуть.

Это я, эти звезды. Ты видишь меня? Это я!

Розы в хрустальной вазе.

Они ищут тебя, они смотрят за каждым движеньем.

Они ждут твоих слов, твоих губ…

Это я, эти розы. Прикоснись к ним, поверь – это я!

Ветер. Послушай ветер.

Как он плачет всю ночь за окном

Среди веток осенних.

Бьется в стекла и ищет тепла.

Это я, этот ветер. Послушай его – это я.

-Здорово! – Ира сидела и слушала как завороженная, хотя не понимала ровно половину сказанного. Например:чем отличаются осенние ветки от всех прочих. Вспоминать курс ботаники, только ради стихов казалось не разумным. Да и нужно ли его вспоминать? Ира восприняла стихи, как эмоциональный всплеск, как набор магических звуков. А приятный, поставленныйголос префекта только усилил это ощущение. – Вы это сами сочинили?

-Обидеть, изволите, принцесса? Обижайте, вам все можно…

-Извините, я не хотела. – Ира почувствовала себя виноватой и поторопилась сменить тему, - А мы вас собакой видели.

-Это колли. Леопольд Третий. Чудесный мальчик. Единственная близка душа в этом мире. А кто «мы»?

Возникла пауза. Ира не знала: как представить своего начальника. Назвать взломщиком – не поверит, да и, наверное, нельзя. Сказать: директор компании «StaS» - как-то уж очень официально. Друг? В состоявшейся дружбе со Стасом Ира уверена не была. «Кто он для меня?» - оказалось этот вопрос ее очень волнует. Кто он?

Заметив, что Ира медлит с ответом, префект быстроразрядил обстановку.

– Нет, если не хотите, то не говорите.

-Почему же. Со Стасом Савенко.- Ира сочла этот вариант лучшим. Вполне нейтральный. Заодно можно проверить: так ли начальник близок с бывшим знаменитым поэтом, как это представляется с его слов.

-Как же, как же, очень хорошо знаю этого молодого человека. Очень приятный, а главное, терпеливый собеседник. Знаете, стариковскую болтовню не всякий выдержит. А ваш друг прошел это испытание блестяще.

«Молодой человек? Да ему за сорок и он лысый!» - удивилась Ира, но тут же вспомнила, что десять секунд назад у нее на языке висел вопрос, висел, буквально гирей. И не сорвался только потому, что она слишком глубоко погрузилась в анализих взаимоотношений с Савенко. Но вопрос спрятался где-то в глубинах подсознания и никак не хотел возвращаться на свое законное место- кончик языка.

-Бизнес у него, правда, немного странный. Вы знаете, я ни разу не видел посетителей. Возможно, он консультирует по Internet

-По Internet? Это как?

-Наверное, я что-то путаю. Признаюсь честно, прекрасная леди, я пережил столько технологий, что чувствую себя каким-то археоптериксом. Да и что может понимать поэт в технологиях или бизнесе?

Ира, наконец, вспомнила вопрос и задала его, пока старик не увел её мысли куда-нибудь дальше в хитросплетение красивых слов и комплиментов.

-А почему Леопольд Третий?

-Что?- растерялсяпрефект, -А… Просто мне посчастливилось последовательно быть хозяином его деда, Леопольда Первого, его отца – Леопольда Второго, а теперь его самого – Леопольда Третьего. Старость делает человека рабом привычки. Я уже не способен изменить женщине и не хочу изменять ни породе, ни кличке. Стабильность и покой. Вот мое кредо.

Старик устал стоять и подвинул к Ириному креслу старенький деревянный стул для посетителей. Покряхтев, устроился на нем и спросил:

-Какое же, позвольте узнать, дело, привело вас, принцесса, ко мне?

Ире стало ужасно неудобно, что она узурпировала чужое кресло, заставила пожилого человека стоять подле нее и расточать комплименты, а теперь, окончательно вымотав, вынудит еще и заниматься регистрацией фирмы.

-Вообще-то я хотела зарегистрировать бизнес, но вы, кажется, очень устали. Мое дело терпит.

-Бизнес, у нас? – удивлению префекта не было предела. – Милая моя, кому и что вы здесь собираетесь продавать?

-Продавать мы будем не здесь, а в Нижнем городе. А товаром будут туристические маршруты по Старому городу. Здесь так интересно! И люди внизу не имеют никакого представления обо всех чудесах живой природы.

-О, да в вас тоже дремлет поэтесса! Прекрасная мысль. Прекрасная! Мы сможем поднять город из руин! – казалось, префект излучает энтузиазм, с интенсивностью солнечного протуберанца. Ира случайно заглянула ему в глаза и взгляд ей показался отстраненным. Как будто, старик говорил одно, а думал совсем не о том, о чём говорил.А, главное, относился к идее турфирмы не так мажорно, как это прозвучало в его словах. – Ирина, пишите заявку на мое имя. Сегодня же и оформим.

-На ваше имя? Простите, я как-то растерялась и имя не спросила…

-Пишите просто: «Господину префекту Старого города» и так далее, в свободной форме...

Ира развернула свой монитор и начала набирать текст заявления. На середине первого предложения до неё дошло: префект знает, как её зовут. Ира точно помнила, что она ему не представлялась.

-Что-нибудь не так? -старикучастливо заглянулв монитор, всем своим видом выражая желания оказать посильную помощь.

-Нет, нет. Все в порядке. Я сейчас.

Ира быстро составила текст.

-Куда отправить заявление и куда перевести деньги.?

-А вот, принцесса, по этим адресам. – префект подал бумажку с написанным от руки номером банковского счета в «Deutschebank». Там же был обозначен адрес электронной канцелярии префектуры в Прямых Информационных Потоках.

***

-И как тебе старичок? – спросил Стас с самым равнодушным видом.

-Милый, но странный. – Ира вернулась из префектуры задумчивая и погруженная в себя, как субмарина в морские пучины. И субмарине в пучине было настолько интересно, что она не собиралась оттуда всплывать.

-Он показался странным?

-А что: и тебе тоже?

Стас проигнорировал вопрос своей помощницы.

-Обоснуй. – и, подумав, смягчил формулировку, - пожалуйста.

Ира хотела обидеться. После в высшей степени обходительного обращения префекта, поведения Стаса казалось грубым и даже оскорбительным. Явно искусственно прилепленное «пожалуйста» звучало не искренне. Но её сомнения требовали публичного освещения. И Самсонова, тщательно подбирая слова, стала говорить.

-Как-то все неправильно. Не гармонично. Полы сгнили, а на потолке – настоящая, хрустальная люстра.

-Люстра? Ну и что?

-Она стоит, наверное, больше чем весь Старый город.

-А если это наследство?

-Хорошо. Будем считать, что люстра досталась от прабабушки. Но кресло?

-Кресло?

-Да. Я в нем сидела! Спинка и сиденье подстраиваются автоматически! Оно стоит тысяч десть, если не больше. Что, тоже от бабушки?

-Ладно. Поставим большой плюс напротив кресла. Дальше?

-Он знал мое имя!

-Я тоже его знаю.

-Но ты ВЗЛОМЩИК! А он понятия не имеет о современных технологиях. Вспомнил какой-то Internet. И номер банковского счета у него записан на БУМАЖКЕ!!! – Ира отдала Стасу записку префекта. Взломщик принялся крутить бумажку в пальцах, даже не взглянув на неё. Он слушал. И Ире внимание Стаса льстило. - Но мое имя он знал, хотя я точно не представлялась.

- Молодец. И с логикой у тебя все становится лучше, и ситуацию контролируешь четко. – Стас дал Ире время насладиться признанием профессионала и добавил, как бы, между прочим, - Имя твое я ему вчера называл. А память у префекта изумительная. Для его возраста - просто уникальная. Что касается кресла, то его старичку подарили на юбилей. Собрались пожилые дамы в бриллиантах, те, кого соблазняли под его строки. Пришли деловые дедули, которые с помощью его строк, добивались первых любовных побед. И вкатили в кабинет бывшей поэтической звезды то самое подозрительное кресло.

Я был удостоен права присутствовать и лицезреть.

-Ну, вот, я опять оказалась дурой!

Стас, сделал вид, что не заметил Ириного горестного признания.

-Между прочим, старик был на высоте. Почитатели объявили его великим поэтом. Он же ответил, что великие – те, кого читают после их смерти. А он еще жив. Так и сказал: «Потерпите, я еще не умер».

-Дура, дура!! Дура набитая! Никогда не стану взломщиком! Только мелким ничтожным чипоносом!!!- В словах Иры было столько эмоций, что пытаться деликатно пропустить их мимо ушей уже не казалось возможным.

-Успокойся!- резко оборвал ее Стас и уже более мягко пояснил. – Ты просто торопишься делать выводы.Не спеши. Собери максимум фактов и выводы станут очевидны. Их не нужно будет делать. Они прилетят, как птицы весной, хочешь ты этого или нет.

-Ага, как же, прилетят… - Ира поняла, что ее не считают безнадежной. Но сама она в таком мягком диагнозе уверена не была. – Они приползут на мою могилу. Уже никому не нужные.

-И что мне теперь делать? – Стас вполне правдоподобно изобразил растерянность.

-В смысле? – Ира растерялась на самом деле, без какого-либо намека на спектакль.

-Я должен минимум на два дня оставить город. Я рассчитывал, что ты сможешь меня заменить. А здесь, какие-то детские истерики…

-Ты хотел меня на два дня оставить взломщиком?

-Собирался, но…

-В самом деле?! На целых два дня?!

-Теперь-то чего об этом говорить.

Ира бросилась Стасу на шею и слета чмокнула его в нос.

-Осторожней! – взломщик ощутил на кончике носа сначала мягкое тепло губ, потом чуть влажные и твердые зубы.- Откусишь мне нос, люди подумают обо мне дурно.

-А что подумают? – спросила Ира. Она чуть отстранила голову, самым наивным взглядом заглядывая Стасу в глаза, но рук с его шей не убрала.

Стас решил проявить свой интеллект.

-Была раньше такая болезнь – сифилис. От нее нос проваливался. Больные не могли ни принюхаться, ни высморкаться.

-Странная болезнь. Природа так причудливо шутит…

-Это не шутки. Это неприятные последствия приятного времяпрепровождения.

-Ты хочешь сказать..? – Ира опустила руки и отошла на шаг назад.

-Да. Ты смутилась, или мне кажется?

-Дурак ты, всё-таки, хотя и взломщик. – Ира отошла от Стаса и безразличным тоном спросила, - А куда ты собрался? В Нижний город к этой?

-В Австралию. Буду первым туристом нашего турбюро.

Ира подошла к окну, с минуту постояла, повернулась и, присев на подоконник, объявила:

-Тебе этот тур не по карману!

Стас расплылся в довольной улыбке. Он просчитал Ирины возражения еще до того, как Самсонова до них додумалась. И совсембыло, собрался поделиться с ней своей идеей виртуальных путешествий клонов. Но сделать этого не успел. Прямолинейная мужская логика, снова не попала в замысловатую колею логики женской. Ира истолковала улыбку Стаса по-своему.

«Он думает, что я ревную!» - в ревности Ира не призналась бы и самой себе, - «Расплылся, самодовольный самец, орангутан недоделанный! Сейчас, подожди, улыбочка твоя к пупку съедет!»Ира изготовилась к атаке и вдруг обнаружила, что у нее нет в запасе ни одной, сколь либо реальной возможности привести угрозу в исполнение. Она просто не знала, что сказать и ляпнула первое, что выскочило на язык.

-У тебя улыбка дебила!

-А ты очень мило сердишься, только я не понимаю: в чем причина?

-Ну и дурак, если не понимаешь!

Стас хотел было выговорить подчиненной за неуважение к руководству, но нетерпение исполнить свой план, подгоняло его вперед. А скандал, тем более скандал непонятный, иррациональный и совершенно не оправданный, грозил не только пустой потерей времени, но и вероятным отказом от реализации плана. И это было совершенно невозможно. Мысленно взломщик уже был в Канберре.

-Слушай внимательно. Есть такая программа «Трёхдневный клон».

-Подумаешь новость. -Ира еще не созрела для мира. Но Стас решил не замечать провокации.

-Мы делаем клон клиента и предлагаем программу приключений. Любых, вплоть до падения с отвесной скалы со смертельным исходом. Понимаешь? Человек получает всю гамму ощущений, которые переживает клон, в любой точке Мира, оставаясь при этом у нас в офисе в полной, абсолютной безопасности. И отработку программы мы проведем на мне. Мой клон появится в Австралии и станет искать приключения среди акул и крокодилов. Как тебе идея?

-А ты будешь здесь?

-Да.

-А я буду контролировать процесс, и следить за порядком в секторе?

- Именно.

-У тебя много знакомых в Австралии?

-Пара крокодилов и одна симпатичная кенгуру.

-Так я и поверила. – Ира неуверенно улыбнулась. Но тут же насупилась и заявила, - За кого ты меня держишь?

Стас почувствовал, что путешествие снова оказалось под угрозой. Нужно было что-то предпринимать, но он никак не мог понять, как прекратить непонятную накачку агрессии.

«Все, сейчас начну орать. В конце концов, начальник я или нет?!»

-Ладно. – Ира слезла с подоконника и подошла к Стасу. -Я согласна.

Ее зеленые глаза зажглись от каких-то неясных, взломщику мыслей. Но Стас не придал этому значения. Он получил неожиданный приз – согласие – как раз в тот момент, когда уже потерял всякую надежду найти простое решение странного конфликта. Имея в руках приз, есть ли смысл искать причину победы? Мы вообще чаще анализируем неудачи, потому, что боимся их повторения. На поискистоков удач рискуют немногие. Начнешь искать и спугнешь. Пусть уж удача остается маленьким чудом с непонятным механизмом действия.

Взломщик поглядел на бумажку в своих руках. Разбираться с писаниной поэта было некогда.

-И вот ещё что, возьми-ка эту записку и пока я буду гулять по Австралии, пробей счет. Посмотри: когда и какие суммы поступали за последние пол года. Возможно, это как-то связано с ограблением банка.

***

Сначала Ира хотела пустить за взломщиком хвост. Милую дамочку-наблюдателя. Точную копию самой себя – Иры Самсоновой. Мужчины, даже взломщики, требуют присмотра. Тем более в далекой Австралии. Однако в этом плане был один изъян. Точнее, два, хотя касались одного и того же. Чтобы следить за эскападами командировочного клона Савенко, она должна контролировать свой клон. То есть, ей пришлось бы выбыть из строя действующих помощниковвзломщиков.А, значит, требовалось найти кандидатуру на должность временно исполняющего обязанностей помощника взломщика. И здесь все становилось очень сложно и запутанно. Во-первых, не так просто подобрать ответственного человека, которому можно было бы доверить Старый и Нижний город. Не так много осталось людей с собственными мозгами и среди них предстояло отыскать проверенного, надежного, умного и, что немаловажно, согласного. Единственным реальным кандидатом, подходившим под описание из тех, кого она знала, был Стас Савенко. Но он отпадал. А жаль.

Во- вторых, даже если достойный человекнашелся бы, то, как его уговорить занять должность с такимколичеством приставок? Ира прикинула: как бы она отреагировала на подобное предложение. Вышло, что не очень хорошо. Дажев положении технички больше определенности. Не говоря о несравнимо меньшей ответственности. Если, конечно, следовать инструкции и наливать на ведро воды только пять колпачков моющего средства.

Можно было попросить префекта приглядеть за спящими взломщиком и Ирой. Старичку, наверное, все равно где сидеть: в префектуре или здесь. Ира даже была согласналично перетащить сюда и дареное кресло, и хрустальную люстру. Чтобы старичокчувствовал себя как дома. Даже пол из гнилых досок настелить в коридоре, коли ему так импонируют стилистические парадоксы. Во-первых, это безобразие портило бы интерьер всего пару дней. А, во-вторых, Ира, эти два дня управляла бы собственным клоном. То есть, ничего не знала отрухлявой гадости, лежащей на полу по соседству. Это не о Стасе. И не о префекте, конечно. Это о досках.

Потом Ира подумала, какими же дикими были люди всего пару сотен лет назад. «Деревянный пол! Это же надо! Глупо, не практично и однообразно. Лет по пятьдесят жили с одним и тем же покрытием под ногами. Толи дело модернизируемые пластики. Хоть каждый день цвет и рисунок меняй! Если юников хватает. Правда, богатые, говорят, как раз таки, полы из натуральных материалов предпочитают. Но так-то богатые. Они, небось, клонов в Австралию не пошлют. Сами полетят. Префект тоже мог бы загнать свою люстру и отправиться путешествовать. Впрочем, путешествия в его возрасте? Не знаешь: в какой точке земного шара развалишься. Фу, какие-то гадости в голову лезут. »

Ира снова стала обдумывать вариант с назначением префекта временно исполняющим обязанности помощника взломщика. Даже если бы старик согласился, она, несмотря на все доводы Савенко, не доверила себя этому человеку. Почему-то префект у Самсоновой вызывал интерес, но никакне доверие. Что-то было в нем такое, что мешало Ире воспринимать префекта, как приятного старичка, не спешащего уходитьна заслуженный отдых. Обычного сердцееда в отставке, не забывшего обходительность и приемы обольщения, хотя вряд ли помнившего, зачем все эти песни с танцами вокруг дам выплясывают.

Да и глупо как-то, прийти к должностному лицу, облеченному пусть небольшой, но, все же властью и заявить: «Мы тут пару суток вздремнем. Дедушка, не возьмете ли берданку и не посторожите ли пожитки?»

Словом, вариант со слежкой отпадал, не смотря на всю свою желанность и привлекательность. И это Иру огорчало чрезвычайно.

«Хотелось бы понять: чего Стаса понесло в Австралию?И эта идея про программу развлечений для туристов вплоть до смертельного исхода. И зачем он вдруг вспомнил про сифилис? Проваливается нос, а дальше? Может, он решил пережить смерть от сифилиса? Сначала заразиться, а потом умереть. И, поскольку умирает не сам взломщик, а его клон, то все вроде бы безопасно. А может ли клон заразиться сифилисом? И от кого? А вдруг Стас УЖЕ заразился? От этой Клаудии. И теперь хочет понять: как он умрет! Бедный Стас!! Так ему и надо! Интересно: как долго умирают от сифилиса? А клоны умирают быстрее, чем люди? Господи, а я не заразилась? Как этот сифилис передается? Я же его целовала.Дура!! Как нас жалко…»

Ира посмотрела на, мирно дремлющего в кресле взломщика. Лица под шлемом было не видно. Носа тоже. Точно было одно: подбородок не провалился, остался на своем месте. Едва заментая щетина слегка подрагивала в такт дыханию.

Ира быстро прошла к зеркалу. Ее нос был на месте. Тогда она развернула монитор и вошла в Потоки. Сифилис значился среди полностью побежденныхинфекций. Возбудитель был занесен в красную книгу и хранился в единственном месте, в Сибирив научном центре Кольцово. Последние случаи заболевания относились к середине двадцать первого века. В те времена существовала небольшая вероятность летального исхода от этой болезни. Для смерти больному достаточно было вызвать врача и случайно попасть под колеса кареты скорой помощи. Ира представила себе белую карету, запряженную четверкой лошадей. Что-то подобное ей попадалось с в детских сказках. На карете был нарисован аккуратненький красный крестик. Картинка выходила такая чистенькая и светленькая, что ей само захотелось попасть под колеса белой кареты с красным крестиком. Конечно, не погибнуть, а так, поучаствовать в представлении.

Почувствовав себя в безопасности, Ира вдруг разозлилась: «Взял, напугал какой-то глупостью и дрыхнет себе. Гоняет клона по Канберре. Зачем сказал? Чего хотел? Нет, все-таки, мужики – сволочи!» -Ира подошла к пульту управления шлемом-генератором, мгновенье поколебалась и запустила программу клонирования по циклу, -« Я нервничала, пусть теперь и он понервничает».

Девушка села в кресло рядом со Стасом. И поняла, что совершила непоправимую ошибку. Теперь ей предстояло двое суток мучиться в полном незнании: вышло ли из ее затей что-то, или нет. Австралия большая. Клоны могли просто не встретиться.

«Интересно, а как считать: муж изменил жене, если его клон переспал с посторонней женщиной? А если он этим клоном управлял?»

Ира припомнила байку о том, как муж на выходные уезжал к молодой любовнице, подкидывая жене своего клона. А однажды вернулся домой на день раньше и застал того в постели у жены. Сцена не долго была немой. Каждая мужская особь с полным правом считала себя законным супругом. А супруга, с тем же полным правом, считала себя круглой дурой. Мужу на развод она подарила свой клон и сказала: «Три дня будешь сыт и обстиран. И постарайся за это время найти себе другую идиотку!»

***

Вообще-то, клона можно было никуда не селить. Три дня жизни под открытым небом, ему могли повредить не больше, чем верблюду неделя променажа в пустыне. Тем более, что по Закону о клонах действующие биологические копии через семьдесят два часа все равно полностью разрушались. А еще через три дня перерабатывались природой в почвенный слой.Был даже сумасшедший проект, клонировать в Сахаре Амазонские джунгли вместе со всей живностью и населением. Реализовать идею помешали Экологи.Они заявили, что местное население: змеи, ящерицы и бедуины просто сойдут с ума. Сахара осталась Сахарой. А ящерицы так и не узнали, что чудом выжили.

Впрочем, Стас не сомневался: будь у правительства больше энергетических ресурсов, Сахара уже бы полна гумуса, зеленела, а по лианам лазали человекообразные туристы.

Стас с удовольствием оглядел себя в зеркало: клон вышел хоть куда. Только кожа на лице и руках отливала не сибирской бронзой. Южные копии всегда отличались от северных оригиналов. Наверное, чтобы было проще затеряться в толпе аборигенов.

Стас потянулся, почувствовал под футболкой приятную упругость тренированных мышц и решил, что такой красавец достоин поселиться в отеле. Причем не просто в отеле, а в исторической достопримечательности Канберры . Самом старом и фешенебельном заведении недалеко от Burley Griffin и здания Парламента.В отеле Hyatt Canberra

-Могу я два дня пожить как человек? – Спросил сам себя клон Стаса. И сам себе разрешил – Могу! Чем я хуже плейбоев и наследниц родительских состояний? Мужчина в соку и без лишних жировых отложений. Не эталон, не Аполлон, но вполне конкурентоспособная особь.

Стас вышел из клон-модуля. Амортизирующая эргономичная подошва летних кроссовок на первом же шаге провалилась в снег. Дул резкий пронизывающий ветер. Кожа на руках сразу покрылась мелкими мурашками. Стас думал, что вполне позаботился о клоне, снабдив его удобной, легкой экипировкой. Не учел он только непредсказуемые сюрпризы канберрийской зимы. Со своей демонстрациейпляжного загара взломщик выглядел достаточно дико. Около клон-модуля это было простительно. Все понимали, что перед ними не человек, а материализованное представление дилетанта- недоучки о климатеАвстралии. Но направляться в футболке без рукавов в отель, где останавливается вся мировая элита, было, по крайней мере, вызывающе.

Кроме того, его задача заключалась вовсе не в том, чтобы шокировать местный нобилетет. Скорее наоборот. Со сливками мирового общества нужно было слиться. Стать одним из них. Небрежно-ироничным, безгранично-имущим и естественно-представительным. Не из снобизма или стремленияприобщиться к кучке влиятельных отщепенцев. Просто вряд ли возможно добыть нужную информацию, светясь в толпе, как маяк в океане .

Стас огляделся и направился к входу ближайшего салона одежды.

Канберра оставалась одним из немногих городов, фактически не изменившихся с конца прошлого тысячелетия. Те же пол миллиона населения. Те же архитектурные решения. Та же планировка улиц. Урбанистический заповедник. И это несмотря на то, что идея подземных городов родилась именно здесь, в стенах Австралийского парламента, купол которого и ныне уютно прикрывал зеленый, поросший травой, холм.

Двери магазинчика гостеприимно раскрылись. Огромные мониторы на стена стенах автоматически включили демонстрационный режим. Стас увидел себя сразу на двадцати экранах, представляющим коллекции от ведущих дизайнеров мира. Десяток крейтеров с кредитным лимитом от тысячи до пятисот тысяч юников призывно зажгли зеленые панели управления.

Стас на секунду задумался. Потратить пол зарплаты на то, чтобы одеть куклу и всего на пару дней? В этой идее было нечто иррациональное, и она сильно отдавала мотовством. Конечно, можно было малой скоростью отправить костюмчик, после разложения клона в Старый город. Недельки через две служба доставки постучит в дверь офиса. Останется заплатить еще одну цену одежды за транспортировку, и шикарноетепло осенью будет обеспечено по высшему разряду.Взломщик представил себя в парадной форме аристократа на улицах Старого города и понял, что лоси, медведи и даже префект, вряд ли оценят его старания. В восторге может оказаться, разве что, Ира. Но удобно ли ради подчиненной так шиковать?

Стас вздохнул, выбрал простой классический костюм от Мао Дзе Янга, сорочку той же марки, галстук и пальто с подогревом. Реклама настоятельно советовала легкие и прочные туфли из кожи кенгуру. Стас согласился с рекламой.Затем без колебаний вскрыл систему управления и обозначил плательщиком казначейство Всемирного Совета.

-Ребята,у них юников столько, что вам и не снилось! А главное, казначейство не может отказать взломщикам. Характера не хватает. – Стас стер информацию с камер слежения и вышел на улицу.

Взломщик не чувствовал себя вором. В конце концов, через два-три дня все эти тряпки можно вернуть в магазин. Правда, обратно в крейтор их уже не засунешь, но со сбытом на распродаже наверняка не возникнет никаких проблем. При таких накрутках, продавцы не обеднеют. А мировому правительству банкротствоне грозит и подавно. С их-то налогами…

Стас вызвал такси. Не успел он выйти из магазина, как к бордюру подкатил электромобиль. Добрый старый электромобиль с водителем за рулем. Таких не встретишь в транспортных развязках подземных мегаполисов. Да и в Старом городе пара ретро-электромобилей трудилась, скореев качестве аттракциона.

-Куда едем, сэр? – Водитель, крупный, начавший тяжелеть негр, лет тридцати пяти разговаривал на настоящем английском.

Стас поудобнее устроился на заднем сиденье. Подогнал под себя спинку и подлокотники. Английский он знал неплохо, но общаться приходилось редко. Евразия разговаривала на причудливой смеси китайского, русского, немецкого с приправой из французского.

-Отель Hyatt Canberra.

-С экскурсией? -уточнил водитель почему-то раздраженно.

- Можно с экскурсией. Если это Вас не затруднит.

-Что, Вы, сэр. Разрешите спросить: Вы приезжий? – Раздражение в голосе водителя только усилилось.

-В некотором смысле. -Честно говоря, Стас затруднялся найти корректный ответ на этот вопрос. Если следовать логике событий, то в Канберру он не приезжал. Взломщик немного подумал и с удовольствием озвучил решение этической проблемы. – Скорее, не местный.

-А-а-а… - Сказал водитель, с видом человека, который познал истину. Машин неторопливо отчалила от тротуара.

-Справа от Вас, сэр, как Вы уже знаете, здание старейшего отеля города Hyatt Canberra. – Сообщил таксист, радостно сияя. Стас понял причину первоначального раздражения попутчика: салон от отеля отделяли сто пятьдесят метров тротуара. Таксист немного увеличил скорость, чтобы у пассажира не возникло идеи завершить путешествие. Стас улыбнулся наивной хитрости таксиста. Одно было непонятно: почему взломщик долженбыл знать, что именно это и есть отель Hyatt Canberra?

-Тихо у вас здесь. -между прочим заметил Стас. Тротуары действительнобыли почти пусты. Да и транспорт на улицах встречался довольно редко. В основном экскурсионныеавтобусы

-Истинно Природная Столица! - отреагировал водитель давно заученной фразой. – Мы это уже обсуждали. А природа не любит суеты. А вот знаменитое озеро Burley Griffin , спроектировано архитектором Гриффином в начале двадцатого века, построено в 1963 году.

Стас поглядел в направлении, указанном таксистом. Озеро было чистеньким, опрятным ухоженным. Но на Стаса особого впечатления не произвело. Истинно Природная Столица, по его мнению, должна была расположиться где-нибудь на берегу Байкала. Но, тем не менее,он вежливо кивнул и с максимально возможным восторгом переглянулся с изображением таксистана мониторе, вмонтированном в спинку водительского сиденья.

-Парламент, бывшее здание Всемирного правительства. – объявил экскурсовод, указав на строгую колоннаду, вписанную в холм и увенчанную металлическим шпилем. -Единственное место в мире, где народ ходил по головам тех, кто им управлял.

-Ну, народа у вас не густо. -Ухмыльнулся Стас, - Политик, наверное, не ощущали его тяжесть на своих головах.

Таксиста замечание задело за живое. Он даже повернулся к Стасу, не удовлетворенный общением с монитором заднего обзора.

- Канберра большой город. И населения в нем вполне достаточно. -в голосе слышась обида. - Просто все нормальные люди сейчас трудятся. Праздно шатаются только бездельники.

Стас пропусти мимо ушей плохо скрытый выпад в свой адрес.

-И где же котел, в котором кипит деловая жизнь города?

-Котел? - Не понял таксист.

-Ну, да. Деловой центр.

Таксист пожал плечами, будто удивляясь дремучести своего пассажира.

-Yarralumla – торжественно объявил он, словно представлял великого артиста или крупного политического деятеля.- Повторяю для пассажиров с плохой памятью: раньше здесь располагались посольства. Теперь - представительства крупнейших компаний.

Стаса так и подмывало сказать: « А сейчас, помедленнее. Где здесь штаб-квартира «StanzaInc.»?»

-А чьим посольством был этот особняк. – Стас наугад ткнул пальцем в одно из зданий.

-Понятия не имею. – Было видно, что экскурсоводу глубоко безразлично: представительство какого из правительств, располагалось здесь. -Сейчас там центральный офис компании «StanzaInc.».

Таксист подрулил к тротуару и остановился.

-На ловца и зверь…-пробормотал взломщик на евразийском.

-Что? – не понял водитель.

-Высадите меня здесь.

– Я уже высаживаю, сэр. – негр улыбнулся широко и, как показалось Стасу нагло. Белые зубы сверкнули россыпью ухоженных жемчужин в темно-красном обрамлении губ. Стас набрал на мониторе номеркода доступа к своему счету и оплатил поездку по счетчику. Дверь не открылась.

-Сэр, Вы опять забыли чаевые. – напомнил таксист.

Спорить взломщик не стал. Со своим уставом в чужую машину не садятся. Он молча доплатил и выбрался на улицу. Ужес тротуара взломщик заглянул в салон и поинтересовался:

-Почему опять?

- Я Вас подвожу уже в третий раз. Я не спрашиваю: зачем Вы все время переодеваетесь. Это Ваше личное дело. Но о чаевых я не забываю. Это мое личное дело. Я и моя семья будем очень благодарны Вам сэр, если и Вы не будете о них забывать.

-Договорились. Не буду.

Народа в этой части города действительно было заметно больше. Нельзя сказать, чтобы по тротуару тек сплошной поток, но и пустыней здесь не пахло.Стас подошел к воротам особняка и остановился в полном недоумении. Навстречу ему упругой походкой шел Стас Савенко. Спортивная куртка, спортивные туфли, спортивные брюки с подогревом. Клон был экипирован по сезону. Его отправил грамотный человек.

-Кажется. В Канберре у меня масса родственников… И, что характерно, все близнецы.

Клон прошел мимо Стаса, даже не обратив внимания на свою копию, и завернул в приоткрытые ворота особняка. Двойник не дошел до здания несколько метров как с крыльца скатились человекдесять охранников в серебристой форме, ловко его скрутили и повели во внутрь. Клон возмущался, упирался, пытался вырваться, но справиться с превосходящими силами противника не мог.

***

Не успела Ира раскатать монитор, как на нем, безо всякого предупреждения появился шеф. Тот же элегантный дорогой костюм. Под пиджаком – водолазка, горловина которой потно облегала шею. По срезу водолазки чернело пятно, обозначающее голову.

-Где Савенко?

-Здравствуйте, дорогой начальник! – Ира уже собралась соврать что-нибудь об очередном спецзадании взломщика, но во время остановилась. И тому было, по крайней мере, две причины. Во-первых, она находилась на государственной службе, и теперь ей предстояло врать своему работодателю. А этомогло быстро привести к увольнению. Но, главное, заключалось во второй причине. Шеф не мог не знать, где находится взломщик. ГИЦ контролирует, в том числе и все, что касается программы клонирования. Иначе говоря, ее, Иру Самсонову, проверяли на дурость.

-Добрый вечер. – неохотно поздоровался дорогой костюм.

-Савенко спит. – Честно призналась Ира. «Вечер?» - подумала она и вывела индикациючасов в углу монитора. Было ровно двенадцать. То есть полдень.- «Так, так, попался, голубчик!»

Ира постаралась скрыть радость от своего открытия.

-Разбуди!- Это была не просьба. Это был приказ.

-Никак не возможно. Сон медикаментозный. Он проснется только через семьдесят часов одиннадцать минут. – Ира быстро прикидывала границы откровенности в общении с шефом. Врать предстояло очень аккуратно. Так, чтобы не вызвать подозрений. «Интересно, как это удавалось Стасу? Наверняка же врал начальству. Ай, как-нибудь выкручусь!»

-Что значит медикаментозный? Он болен? – шеф демонстрировал высочайший класс лицедейства. Если, конечно, лицедейство возможно в отсутствии лица. Вот где была школа, которую еще предстояло освоить! Это черное пятно на экране наверняка знало: чем занят Стас.

-Нет, мы отрабатываем программу туристического сервиса. Он путешествует клоном. – Ира широко открыла глаза и для пущей убедительности своей полной правдивости даже шмыгнула носом.

-И где же Савенко путешествует в рабочее время?

-Я давно хотела с Вами посоветоваться. Он такой скрытный. Ну, совершенно ничего мне не объясняет. Куда пошел? Чем занят? А здесь рассказал про какой-то сифилис и отправился в круиз. Что мне делать?

Номер «Дяденька, помогите!» получился экспромтом, но это только придало ему большую достоверность.

- Какой сифилис? – шеф растерялся, и черное пятно стало сереть.

- Вот и я спрашиваю: какой сифилис? Так он не ответил. Вы бы ему приказали… А то я просто теряюсь: мне же нужно учиться профессии!

-Приказать что?

-Докладывать мне, чем он занимается! – объявила Ира радостно.

-Тебе докладывать? Савенко?! – пятно стало совсем серым, и на экране бледно проступили черты лица. Ира напряженно всматривалась, пытаясь вспомнить: почему шеф ей кажется знакомым. Пятно разразилось сухим смехом, более похожим на покашливание. – Он мне докладывать обязан!- с нажимом на слово «мне» сказал шеф. И уже с некоторой обреченностью добавил - Хотя бы изредка.

-Значит, не прикажете? – расстроилась Ира.

-Хватит дуру ломать! –жестко обрубил шеф. – Быстро вы спелись…

-Как же, спелись: он дрыхнет, а я за все отвечай… - Ира опустила голову и стала ковырять носком туфли пол. Пластик ее под нажимом менял цвет и в зависимости от усилия – оттенок. Быстро перекатывая носок, можно было рисовать цветовые пятна и абстрактные рожицы.

-Ладно, выйдет из комы – передай: тема Канберры закрыта. У вас есть свой сектор. Анализируйте прессу, просматривайте сводки ищите точки взлома. В Австралии без вас обойдутся. Понятно?

-Так точно, дорогой начальник! А можно, если Савенко не подчинится, я его обратно в кому, а вы меня назначите взломщиком?

-Будешь болтать - пришлю патруль и включу чип. Раньше ты была лучше. Мозг портит человека.

-Да, - согласилась Ира - и рыба гниет с головы!

-Патруль?

-Нет. Я все поняла. И костюм у вас замечательный. Мне бы такой…

Шеф исчез.

Ира на всякий случай свернула монитор и с облегчение выдохнула.Она с полным правом считал, что сегодня одержала очередную победу на руководством. Действительно: Стаса не подвела, себя не выдала, а главное, получила некоторые данные, по которым можно было вычислить географическую точку, из которой осуществляется руководство безопасностью сектора. А может быть и всей планеты. Если, конечно, шеф не подбросил дезинформацию. Но уж больно все выглядело естественно. Хотя и врал шикарный костюмчик сбольшим мастерством.

-Вечер? – не без ехидства процитировала шефа Самсонова. – Сейчас мы проверим, где начинается вечер, а где уже наступила ночь.

Она взялась за монитор, но, поколебавшись мгновенье, отложила его в строну и подошла к Стасу. Монитор шлема-генератора бесстрастно сообщал, что занят изготовлением восемьдесят седьмой копии Стаса Савенко.

-Пожалуй, хватит. А то придется Канберру переименовать в Савенково. – Ира коснулась сенсора кнопки «стоп».

«Процесс клонирования не завершен. Продолжить изготовление клона?»

-Нет. – Ира включила отмену.

«Внимание! Клон не аутентичен!»

-Так ему и надо! – Ира мстительно улыбнулась. «Хорошо бы у него осталась недоделанной одна деталька».Она наклонилась над спящим Стасом и медленно, едва касаясь одежды, провела пальчиком по его бедру. На мгновенье палец остановился на мягком бугре ниже паха и продолжил свое движение вверх. Коснувшись щетины на подбородке, онаубрала руку.

-Интересно, чтобы ты сделал на моем месте? -Ира представила себя, лежащую в кресле, такую беззащитную и прекрасную. И склонившегося над ней Стаса. Взломщик приподнимает шлем, освобождая ее губы и нежно целует. Потом расстегивает блузку. Она все чувствует, но не может сопротивляться…

-Так, я не об этом думала.- Ира потерла кончик носа. – Атлас Мира с поясным временем в Информационных Потоках искать нельзя. Шеф сразу узнает. Он мужчина подозрительный,начнет копаться впричинах моего интереса к географии. Нужно придумать что-то другое.

Ира прикинула, что должна быть версия на индивидуальных носителях. Но это опять связано с компьютером, а, значит, поддается контролю.

-Настоящий взломщик наверняка бы нашел выход. - Ира рассеяно засунула руку в карманчик блузки. Карманчики она просто обожала, но никогда ничего в них не держала. И, вообще, эта деталь одежды давно превратиласьв сугубо декоративное украшение. Дань традиции испособ разнообразить фасон гардероба. Неожиданно пальцы нащупали что-то гладкое и теплое. Ира вынула находку. Это был кусочек бумажки с банковским счетом и электронным адресом канцелярии префектуры в Прямых Информационных Потоках. Та самая бумажка, которую ей дал префект.

-«Пробей счет» - передразнила она Стаса. – сначала пробью начальство, а уж потом займусь банком. А ведь наверняка существуют бумажные версии атласа! Где-то же должна быть библиотека!

В нижнем городе ее нет. Это Ира знала почти наверняка. А вот нечто подобное в Старом городе могло сохраниться. Только у кого спросить и где искать?

-Вы позволите, принцесса?- Великий поэт вошел в офис без стука. За ним, упираясь всеми четырьмя лапами в скользкий пластик пола, въехал Леопольд Третий.

***

Стас развернул мягкий монитор и быстро просмотрел колонку местных новостей. Неожиданно выяснялось, что, пробыв в городе всего полтора часа, он уже стал главным героем скандальной хроники. Семь его клонов поочередно пытались вломиться в центральный офис компании «StanzaInc.». Всех семерых охрана благополучно нейтрализовала. Но руководство фирмы готовит иск.Требование об аресте оригинала, с которого изготовлены клоны, направлено по месту проживания. Заголовки типа «Хулиган из Сибири», «Что это? Новая волна Евразийского терроризма?», «Клонированное варварство» и т.д. и т.п.

Тут же, встык со скандалами в офисе «StanzaInc.» шли материалы о преимуществах оборудования слежения Восьмого поколения. Идентификация объекта, тестирование клон/оригинал вплоть до отслеживания порядкового номера копии и остаточного времени жизни, нейтрализация объекта, сканирование/вшивание чипа, возвращение в Прямые Информационные Потоки.

«Смотри-ка,» - удивился Стас, - «И в далекой Австралии распевают сладенькие песенки советника Стюайнса! Правда, на английском, но с очень точным переводом. Какая, однако, популярность. Поп-звезда, да и только!»

-Но Ира-то хороша!- уже вслух оценил шутку с бурным размножением клонов, - Вернусь – откручу эту светлую головку. Вместе с отключенным чипом. И впредь, буду использовать вместо лампочки. Светло и безопасно.

Стас вспомнил странное выражение Ириного лица. Теперь сталопонятно, что оно означало.

Операция оказалась на грани срыва. В любой момент в офис в Старом городе мог прийти патруль, и беспомощного Стаса подключат к ГИЦу в мгновение ока. Он даже знать об этом не будет. Так, не просыпаясь, и станет презренным чипоносом.

- Спасибо Ирочка, спасибо славная девочка. – все летело в тартарары. Жизнь, принципы, карьера, любимая работа -все из-за глупой мстительности какой-то девицы. – Стоп, а может это не глупость? Может быть, это план. И Самсонова вовсе не такая наивная девочка, какой кажется? Установила контакт, вошла в доверие, выбрала удобный момент и нанесла удар. А вся эта детская сцена ревности – не более чем прекрасно разыгранный спектакль?

Стас стоял, прислонившись к высокому старому кедру, и разговаривал сам с собой. На его реплики стали оборачиваться прохожие. Заметив это, взломщик прикрыл лицо монитором. Не хватало ещё оказаться в сумасшедшем доме. Взломщик представил себе заголовки: «Трёхдневный клон в психиатрической клинике!» или « Шизоиды из Евразии». Стасу было вполне достаточно и той популярности в СМИ, которую гон уже получил. И сейчас-то все пути в приличное общество ему оказались заказаны.

В этот момент Савенко ощутил лёгкое прикосновение к бедру. Будто кто-то нежно дотронулся бархатной подушечкой к его коже. Ощущение было настолько реальным, что Стас непроизвольно шлёпнул раскрытой ладонью по ноге, так, как бьют по мухе или москиту. Под рукой оказалась только ткань брюк. А бархатная подушечка медленно двинулась вверх. Стас передвигал ладонь вслед ощущению, но ничего обнаружить не мог. Это уже действительно смахивало на сумасшествие. Между темприкосновение переместилось к паху. У взломщика, как у пятнадцатилетнего юноши по мышцам живота пробежала волна дрожи. Бархат скользнул по члену, немного задержался на нём и с той же садистской неторопливостью поднялся к подбородку. Коснувшись щетины, нежное нечто замерло и исчезло так же неожиданно, как появилось.

«Тьфу, ты, чертовщина какая!» - перешёл Стас в режим внутреннего монолога. – «Вот это – точно проделки Самсоновой!»

Ирина выходка, почему-то сразу успокоила взломщика. Чувствовал он себя немного неуютно, поскольку не контролировал ситуацию. Но подозрения в адрес Самсоновой как-то сами собой испарились. Вряд ли девчонка могла всё так рассчитать. Да и не похоже на нее. Уж больно подло. И, к тому же…» - Стаса словно прошило молнией. -«Ира могла запустить программу клонирования, но не могла клонами управлять. Клоны могли появиться в Канберре, но не могли целенаправленно атаковать офис «StanzaInc.».

-То есть, меня решили нейтрализовать. Значит, я на правильном пути. Нужно только быстро найти то, что они скрывают. И надеяться на Бога, что патруль в Старом городе не скрутит меня в течение ближайших двух дней! Или Ира сможет патруль остановить.

Для самого Стаса, будь онв нормальном состоянии, расправиться с патрулём сложности не составляло. В его секторе дежурили роботы – существа милые, сильные, но туповатые и легко управляемые. А вот найдет ли решение Самсонова? Девушка она сообразительная, временами хитренькая, но робот не шеф. Робота не заболтаешь. Нужно иметь навык вскрытия систем управления. А этому вряд ли обучают в университете. Тем более журналистов. Но, все же, шанс у Иры был.

Хуже дела обстояли здесь,в Канберре.Судя по информации в прессе, и инциденту, которому Стас оказался свидетелем, охрана в офисе «StanzaInc.» намного серьезнее. В особняке роботов дублируют люди. Опытные, отлично обученные и крайне негостеприимные. Во всяком случае, по отношению к взломщику из Старого города. Можно, конечно было попробовать атаковать в лоб. Пусть скрутят. В конце концов, задержав клона, охранники увели его в здание офиса. Видимо, так же они поступятв этот раз.Самое страшное, что может случиться – трёхдневного клона превратят в двухчасового. Костюмчик, конечно, жаль – могут порвать. Но зато появится шанс проснуться не через пару суток, а сегодня. Тогда никакой патруль в Старом городе ему не страшен.Пусть попробуют взять – Стас за десять секунд превратит бойцов в швейцаров. Будут стоять у входа в офис, встречать туристов и раскланиваться.

Уничтожить в Информационных Потоках все запросы и распоряжения – дело трех минут. Но есть проблема. Внутрь особняка, Стаса, конечно, проведут. Но вряд ли устроят экскурсию по местам трудовой и боевой славы компании«StanzaInc.». Максимум, что удастся разглядеть видеть – доску почёта в фойе и интерьер-эль фреско -в самых общих чертах. Бравые молодцы в серебристой форме церемониться не станут. И уж наверняка никто не потащит клона к хозяину компании или к месту хранения секретной информации. Это железно.

Стас, задумавшись, брел по тротуару в сторону Ainslie Australian. Краем глаза он успел зафиксировать стремительно приближавшуюся фигуру, но увернуться от столкновения не успел.

-Извините, сэр. – Они стояли и смотрели друг на друга: клон Савенко в термопальто и вторая копия взломщикав легкой летней футболке и кроссовках. Клон в пальто – с интересом. Клон в футболке - с завистью. Он мёрз и не скрывал этого прискорбного факта. Из носа у бедняги обильно сочилась влага. Сам нос отливал целой гаммой красок от насыщенного фиолетового до ярко-красного. Бицепсы покрылись мурашками. А тело мелко подрагивало.

-Зимой в Канберре препаршиво, не правда ли? – посочувствовал Савенко замерзшему близнецу.

-Не то слово. Убил бы этого шутника - бедолага смачно шмыгнул носом. – Не любишь клонов – не делай! Но зачем издеваться?

-Это верно. – Стасс удовольствием подумал, что мог выглядеть так же глупо и не презентабельно, не догадайся он зайти в салон и приодеться. А клон – не сообразил.

«Стоп! Экземпляр Стаса Савенко, который рвался в «StanzaInc.» был экипирован значительно лучше. Этотже - точная копия меня по выходе из клон-модуля. Значит, моим размножением занимались, как минимум трое: я сам, те, кто запустили мою программу по циклу и те, кто устроил провокацию в штаб-квартире «StanzaInc.».

Голые Стасы Савенко - почти наверняка дело рук Самсоновой. Такая нежная шутка. А вот группа дебоширов явно подготовлена и управляются противоборствующее стороной.

-Держи – взломщик немного поколебался и добавил –«те», пальто. Согреетесь.

Стас подумал, что обращаться к самому себе на «вы» - чистое безумие. Очень смахивает на первые симптомы мании величия. Но клон в футболке упорно не узнавал своего генетического двойника. Выходило, что они люди, точнее клоны,друг для друга посторонние. Следовательно, обращение на «ты» выглядела как вульгарная игра в хамоватого «своего парня».

-Спасибо. – клон быстро закутался в пальто и, подпрыгивая на месте, добавил: - Правильно говорят: «Мир не без добрых людей». Люди тоже бывают приличными. Вы не представляете себе, как неприятно быть клоном.

-Отчего же… - пожал плечами взломщик. В пальто и шортах клон выглядел комично, и Стас едва сдерживал улыбку.

-Нет. Вы не понимаете, как это унизительно. Я ощущаю себя яйцом в холодильнике, которое никогда не станет цыпленком. Его сожрут в течение ближайших трёх суток. И, что самое противное, яйцо об этом прекрасно осведомлено. Но унизить живое существо им оказалось мало.Эти подлые люди, вы уж меня извините, я конечно не о вас, взяли и отправили несчастное существо в дикую Австралию…- клон расстроено махнул рукой, -Хамство.

-Пожалуй, -согласился Стас. – это бесчеловечно.

-Как раз напротив, очень даже человечно. – клон начал понемногу отогреваться и нос стал приобретать вполне приличный розовый колер. – Я бы сказал, что это бесклоново. Ни один клон так не поступит. Потому, что мы знаем истинную цену каждого мгновенья жизни. Семьдесят два часа! Мы, как мотыльки. Я просто настаиваю на принятииЗакона об охране чести и достоинства клонов. Он поглядел на Стаса, так, будто именно от Савенко зависело принятие этого законодательного акта: - Да, да! Именно настаиваю!

-Не хотите чего-нибудь выпить? – Стасу стало по-настоящему жаль свою копию. Тем более, что сам в этот момент толком не мог сказать: кто он -существо в модном костюме и ботинках из кожи кенгуру – взломщик или клон?

-Отчего же не хочу. Очень даже. Они думают: раз клон, так ему ни есть, ни пить не нужно. Хотя бы парой сотен юников снабдили.

«Неужели и я такой же нытик? Плакать, биться в истерике?Нет, не припомню за собой ничего подобного. Впрочем, это не честно. У меня-то деньги есть.»

Они зашли в бар. Только здесь Стас понял масштабы происшедшей трагедии. Заведение было полно мускулистыхребят в футболках. Все, как один - бриты наголо, как две капли воды похожие на взломщика из старого города, уже слегка навеселе и вполне довольные своей судьбой.

-О-о-о, в нашем полку прибыло! – сострил один из клонов.

Возможно, сформировать полк из клонов взломщика не удалось, но взвод -пожалуй, вышел боеспособный. Человек или, точнее, копий пятьдесят. Единственная проблема: имиможно было только руководить, но не манипулировать. А, значит, предстояло склонить на свою сторону. Зачем и как – этого Стас еще не решил. Но, что-то подсказывало, что, став отцом камберрийской мафии, он получит определенные преференции в решении своей основной проблемы.

-Глядите-ка, у этого пижона еще и часы целы!- ближайший к Стасу клон бесцеремонно взял его за левую руку, демонстрируя остальным копию дедовского twincept’а. – Хочешь совет делового человека?

-Давай – Стас деликатно, но твердо освободил руку.

-Здесь за углом антикварный магазин. За часы дадут вполне приличную цену. Хватит на выпивку для всех. – и, поясняя новичкам установившиеся в коллективе правила добавил, - Мы все платим по очереди.

-А у меня и часов нет. – Тяжело вздохнул клон в пальто.

-Продай пальто. –хором посоветовали клоны.

-Без пальто я мерзну.- нытик демонстративно вытер тыльной стороной ладони текущий нос. – Да оно и не моё.

-Ладно, ребята, ничего продавать не надо. Я при деньгах, - «ещё пока» грустно констатировал Стас, поить-кормить такую ораву на протяжение трёх дней, значило полностью истощить свой банковский счет. Впрочем, казначейство всемирного Совета ещё не закрылось. – Что пьём?

-Водку, конечно, - клоны были вполне единодушны, - что еще в такую холодрыгу можно пить?

-А закусываем чипсами! Представляешь?

-Нет. - честно признался Стас. – Что, больше ничего нет?

-Есть. – из-за стойки бара выглянул растерянный хозяин. – Но чипсы за счет заведения.

-Всем водку и что-нибудь горячее.

-Ты не знаешь его цен! Этот жмот разорит тебя на одной котлете!

-Я не жмот, - вяло оправдывался хозяин бара, - еда дорога, потому что натуральная. Никаких крейторов и прочей чепухи. Все только что бегало и плавало!

-Мы тоже только что бегали, - захохотали клоны – значит и мы натуральные?

Стас изучил меню, сделал заказ и хмыкнув, заставил все расходы по питанию клонов оплатить правительство. Раз уж сложилась такая традиция, грех от нее отказываться.

В ожидании еды Стас начал ненавязчиво изучать своих партнеров по путешествию. Понадобилось всего пять минут, чтобы у взломщика сложилось не проходящее ощущение, что он забрел в комнату с десятками зеркал. Причем, отражения не долго придерживались отведенной им природой роли, и занялись своими делами, не обращая на Стаса никакоговнимания. Это было не столько обидно, сколько странно.

Клоны с удовольствием пили и с аппетитом принялись за еду, сразу, как только на столах появились тарелки. Хозяин бара суетился вокруг странных посетителей и, кажется, был вполне счастлив.

-Знаете ли, у нас сейчас не сезон. Днём бывают только господа, проездом на горнолыжный курорт. Но редко. Так, что я весь к вашим услугам! Буквально весь!

Редкие посетители заходили внутрь, обнаруживали аншлаг, и, немного потоптавшись у входа, закрывали двери уже снаружи. Народ в Канберре не привык митингам клонов.

-Если не возражаете, я оставлю пальто себе до послезавтра? – после пары рюмок нытик оттаял и чувствовал себя вполне сносно. – Вам, наверное, все равно, а мне хочется умереть в тепле и комфорте.

-Пожалуйста, - Стас был несколько удивлен, что, в отличии от всех остальных, этаего копия не излучала оптимизма и на общем фоне смотрелась немного жалко и затравленно.

Хотя, чего требовать от существа, которому даже часов не досталось?«Недоделанный, наверное.» - поставил диагноз взломщик. И оказался недалек от истины. Это была последняя, незавершеннаякопия.

Между тем настроение Савенко постепенно улучшалось. И виной тому было не выпитое спиртное, а пришедшая уверенность, что теперь он точно осуществит свою миссию: проникнет в штаб-квартиру «StanzaInc.» и в стратегические замыслы ее руководства.

***

-Ой, какой он миленький! – Ира кинулась к Леопольду Третьему. Молодой пес, и без того находившейся в состоянии стресса, обхватил ногу хозяина всеми четырьмя лапами, изабился мелкой дрожью. – Можно я его поглажу? Он не укусит?

-Что вы, принцесса, Леопольд не в состоянии кого бы то ни было укусить. -старый префект не врал. Колли спрятал свою длинную морду в ногах хозяина и несчастно поскуливал из своего укрытия. Укусить кого-либо он не мог чисто физически.

-Неужели я такая страшная? – удивилась Ира.

-Что вы, принцесса, если есть на свете символ красоты, то этот символ передо мной.

-Чего же ты спрятался, рыженький? – Ира опустилась перед префектом на корточки и стала гладить пышную рыжую шерсть.

-Он не любит чужие двери и чужие дома. А небоскребы – терпеть не может. Это собака холмов и лугов. Любой пастух, загнанный в город, вел бы себя так же.

-Хватался бы за ноги и дрожал? У, ти, мой маленький. -Леопольд осторожно высунул черный кончик носа из ног хозяина и освободил один глаз. – Какая прелесть, собаченька!

Ира потянулась к носу. Сначала исчез глаз, потом спрятался нос.

-Я, знаете ли, шёл мимо и решил посмотреть: как вы устроились. Как живется на новом месте? Где ваш кавалер? Если, это вопрос, конечно, не кажется вам, принцесса, слишком нескромным.

-Что вы. Устроились нормально. А Стас,- Ира на секунду замялась и, все же добавила официоза, - Савенко в Австралии.

-О, у вашей фирмы дела идут неплохо! Я бы тоже мечтал о прогулке по Сиднею. Австралия – континент моей юности. Но все такдорого. Вынужден с прискорбием признаться, что путешествиев Австралию мне не по карману.

-И нам, собственно, тоже.

Префект удивленно приподнял брови и опустил уголки губ. Это очень походило на гимнастику против морщин. Ира непроизвольно улыбнулась.

В Леопольде Третьемсхватку между страхом и любопытством понемногу стала выигрывать природная любознательность. О осторожно разжал лапы и обессилено свалил свои молодые кости на пол. Звук получился такой, будто его высыпали из тазика.

-Он не ушибся?

-Сомневаюсь. Леопольд – клубок шерсти, как вы изволите видеть. Что ему сделается? И, всё же, разрешите полюбопытствовать: Вашего друга кто-то спонсирует?

-Спонсирует?

-Ну, да. Оплачивает поездку в Австралию. Вы же сами, принцесса, сказали, что вам этот тур не по средствам.

Ира хотела было объяснить старому поэту специфику работы их агентства, но передумала. Ей показалось бессмысленным занятием разжёвывать технологию создания клонов и управление ими в состоянии анабиоза человеку, выпавшему из процесса научно-технической революции чуть ни сто лет назад. Пришлось бы начинать с азов и организовывать цикл лекций. А само понятие «лекция», после пяти лет учебы в университете у Иры вызывали не только скуку, но и глубочайшее отвращение.

-Я точно не знаю, но думаю, что все оплачивает правительство. -Ира даже не подозревала: насколько оказалась близка к истине.

-Правительство? Неслыханная щедрость! Никогда бы не подумал… - старик о чем-то задумался.

Леопольд, между тем начал потихоньку осваиваться. Он сначала неуверенно сел, потом поднялся и занялся изучением помещения, впрочем, не теряя из виду своего хозяина.

-Наверное, у Стаса Савенко есть определенные заслуги перед властью. Он же бывший космодесантник. – Ире польстило внимание, с которым префект слушал все ее глупости и под воздействием неприкрытого интереса собеседника, она заводилась все больше. – Вообще-то он об этом не рассказывает, но я точно знаю, что Савенко обучался в Академии космодестанта, владеет несколькими языками, в том числе и английским.

-В Австралии это не лишне. – все так же задумчиво оценил способности взломщика префект.

-Вот именно. А как он управляется с Информационными Потоками! Это просто шоу!

-Космодесантник? – удивился старик.

-А что? Он умеет буквально всё!

-Принцесса, я начинаю ревновать. – Ира не поняла: было это сказано серьезно или в шутку. – Мои шансы тают на глазах. Леопольд, - рыжий кобелек оглянулся на зов хозяина и бодро направился к нему, цокая когтями по пластику и оставляя за собой неровный ряд световых пятен, - мы проиграли, даже не вступив в схватку за сердце прекрасной дамы. Проклятый возраст…

«Неужели он действительно на что-то рассчитывал?» - подумала Ира – «Зачем я ему? Стихи слушать? Он же рассыплется от одной мысли о сексе.»

- Ну, что такое? О каком возрасте может идти речь? – Ира неожиданно обнаружила в своем голосе интонации, с которыми молодые мамаши успокаивают разревевшегося ребенка. – Вы прекрасно выглядите.

-Не утешайте меня, принцесса. Жизнь прошла, и я вряд ли чем-то могу быть вам полезен.

-А вот и нет. Вы-то как раз мне и можете помочь.

-Я? Несчастный, доживающий свой бесконечно долгий век, поэт?

-Именно. Вы наверняка знаете: есть ли в Старом городе библиотека или книгохранилище.

-Есть, но зачем вам, принцесса, залежи древней пыльной бумаги. В ваших обожаемых Прямых Информационных Потоках есть все. Даже то, чего нет ни в одной библиотеке.

-Я хочу увидеть книги и подержать их в руках. Говорят: это совершенно особое ощущение. – Ира врала вдохновенно, сама не знала зачем, но ощущала, что процесса обмана доставляет ей несказанное удовольствие.

Леопольд Третий, убедившись в том, что хозяин по-прежнему занят разговором, отправился в соседнюю комнату.

-Это абсолютно верно! Книга в руках рождает другое отношение к литературе. Настоящее чудо погружение в чужие миры и эмоции. Вы подчиняетесь воле автора, если он, конечно, талантлив. А бездарную литературу, замечу вам, принцесса, читать не стоит.К тому же, в отличии от современных средств воздействия, это погружение добровольное. Вы становитесь соавтором процесса. Сколько читателей, столько вариантов прочтения. Полет взглядапо буквам - это тоже творчество. Настоящее творчество. Недоступноеносителям чипа! – в префекте снова проснулся поэт. Он очень пластично и точно жестикулировал, сопровождая свою речь ритмичными взмахами. Выступление стало походить на танец под аккомпанемент слов. Во взгляде старика появился огонь, а морщины на лице порозовели. Неожиданно представление прервалось. – Простите,говоря о чипе, я не имел в виду вас, принцесса.

Из соседней комнаты раздался радостный лай. Леопольд обнаружил спящего Стаса и делился своим открытием с хозяином и Ирой.

-Леопольд Третий! Что за манеры?

Ира не успела перекрыть дорогу префекту и тот с неожиданнойдля его возраста прытью,оказался у кресла со спящим взломщиком.

-Но это же Савенко? -констатировал старик с удивлением и укоризной. Отступать Ире было некуда. Либо сознаваться, либо врать до победного конца. Она выбрала второе.

-Не совсем. Это клон. Так, на всякий случай. Если придут клиенты.

-Клиенты? – с недоверием повторил префект.

-Ну, да. За консультациями или оформлять договор.– Ира погрузила свои зеленые глаза в блекло-голубую радужку префекта, пытаясь понять: поверил он ей или нет.

Префект отвел взгляд.

-Договор, говорите? – пробормотал он. – Да. Чуть не забыл, библиотека от вас, принцесса, в двух шагах. Выйдете и по улице налево.Серое здание в десять этажей. Перед зданием огромная площадь. Во времена моей молодости там был сквер, теперь - пустырь. Так что мимо не пройдете. Там на дверях замок. Старый, амбарный. Его не нужно открывать. Просто вытащите петли. Я обычно поступаю так. На первом этаже картотека. На карточках написано названия книг и где они хранятся. Вот только лифт – не работает. Так что явыше третьего этажа обычно не хожу.

-Большое спасибо. Вы меня просто спасли.- Ира деликатно, но настойчиво теснила префекта из комнаты. – Прямо сейчас отправлюсь.

-А за этим, - префект небрежно указал пальцем на Стаса - как его?

-Клоном?

-Да, за ним присмотреть не нужно?

-Пусть спит. Ничего не случиться. Я быстро. Туда и сразу обратно.

-Ну, ну. -старик неохотно отступил к дверям, -Леопольд Третий!- позвал префект своего колли, - пойдем-ка, погуляем, и домой.

Уже на лестнице поэт оглянулся:

- Да, нежнейшее создание, принцесса, не окажете ли вы мне любезность?

-Конечно. -Быстро согласилась Ира. Она была готов даже джигу станцевать, лишь бы ускорить ритуал расставания.

- На девятом этаже зал русской классики. Сам я туда добраться уже не в силах. Не могли бы вы, принцесса, принести мне «Тёмные аллеи» Бунина. Давно мечтаю перелистать.

-Конечно, конечно, сегодня же вечером вам занесу.

-Не стоит утруждать себя. Я могу зайти за книгой сам. Пойду часиков в девять прогуливать собаку и загляну к вам. Не возражаете?

-Как вам будет удобно.

-Мы не прощаемся. Леопольд Третий!

Колли уже вполне освоившийся с новой обстановкой весело подбежал к Ире,и, ткнувшись на прощание влажным носомв её ногу, потрусил к дверям, весело размахивая баранкой пушистого рыжего хвоста.

-Значит Австралия? За счет правительства? Ну, ну - донеслось до Самсоновой из холла невнятное ворчание префекта.

***

Компания была уже изрядно навеселе. Звучали предложения провести конкурс близнецов, создать трёхдневный профсоюз и постоянную колонию Сибирских клонов в Австралии. «Клонируем клонов, отклоним отклонения клоновой колонии!».

Отрывались все, кроме нытика в пальто. У него настроение от рюмки к рюмке только ухудшалось.

-Вы куда? – клон в пальто придержал за локоть поднявшегося из-за стола Стаса.

-Да, как вам сказать, - взломщик собрался было осадить клона, но увидел такую несчастную физиономию, что, готовая было сорваться с языка грубость, застряла где-то на уровне кадыка. Пришлось даже прокашляться, прежде чем удалось завершить фразу. Впрочем, пока он кашлял, остальные Стасы Савенко чуть не хором проорали: « В туалет, идет. Чего привязался?»

-Я с вами, можно? – клон заискивающе улыбнулся.

«Каким неприятным типом я мог бы быть.» - поразился себе Стас.

-Иди, проверь его. А то этот пижон в китайском костюме доверия у общественности не вызывает. – дружески подмигнул, сидевший рядом Стас в футболке.

-Пошли. – согласился взломщик. Ему вовсе не улыбалось перспектива публичного обсужденияего похода в уборную.

У писсуара клон нажал на сенсор клапана своих спортивных шортов и спросил чуть не плача:

-И что мне теперь делать?

Ничего дельного Стас посоветовать не мог. Судя по тому что, удалось увидеть, никаких отверстий для слива жидкости из организма в конструкции клона предусмотрено не было.

«Ну, Самсонова, ну, дождешься!»

-Терпи, казак. Чуть больше двух суток осталось. – утешил Стас свою неудачную копию.

Спустя пол часа толпа разгоряченных взломщиков вышла из бара и взяла курс на офис штаб-квартиры «StanzaInc.».

План Савенко был прост и, как ему казалось, гениален. Доброволец из семьи благородного взломщика, должен был демонстративно войти в ворота особняка. Его, естественно, тут же попытается взять охрана. Группа из двадцати клонов нейтрализует охрану и фиксирует входные двери, чтобы их не успели закрыть.Далее в особняк врываются все остальные и проводят обыск с пристрастием.

-Нас просто убьют… - горестно вздыхал клон в пальто.

Стас наконец по достоинству оценил дурацкое, как ему казалось раньше, выражение, имевшее хождение на Американском континенте: «Слабак без яиц!». Интимную тайну бедняги он разглашать, конечно, не стал, но с трудом сдерживал постоянное желание спровадить хмыря в пальто куда-нибудь подальше. От резких действий удерживало только элементарное человеческое сострадание: бесполому клонуи так постоянно доставалось.

Взломщик попробовал ободрить собрата-кастрата:

-Убивать клона? Более бессмысленного занятия придумать невозможно!

-Этот парень решил стать долгожителем! – пошутил кто-то в компании.

-Ребята! Нам отведено семьдесят два часа, а он проживет никак не меньше семидесяти трёх! Готов держать пари! – тут же подключился к обсуждению ещё один двойник.

-А кто возьмётсявыявить победителя?

-А кто возьмётсявыявить победителя?

Пешеходы с опасливым почтением уступали дорогу подгулявшим взломщикам. Многие, заметив шумную, не по сезону одетую ватагу, спешили перейти на другую сторону улицы. Мускулистые ноги, торчащие из шортов до колен и руки, хорошо прокачанные и обнаженные почти от плеч, производили неизгладимое впечатление. К тому же, портреты Савенко с описанием его хулиганских выходок украшали все новостные каналы.

На улице потеплело. Снег начал таять. Легкие кроссовки издавали дружное чавканье, но оно не портило общего приподнятого настроения. Сухими оставались только ноги Стаса, а хмурым - только импотент в пальто.

Метров за пятьдесят до особняка взломщик остановил компанию и утихомирил веселье.

-Внимание! Полная тишина! Все помнят свои действия?

Клоны отреагировали дружными кивками.

-С Богом!

Фигура в пляжных шортахвыглядела настолько вызывающе, что охрана выскочила, не дав клону даже войти во двор. Скрутить точную копию профессионала, прошедшего школу космодесанта и настроившегося на активное сопротивление,оказалось не просто. Добровольцу номер один удалось во встречном бою сковать превосходящие силы противника. Восемь охранников честно пытались вывернуть клону руки и свалить его на землю. Численное преимущество было на их стороне. Но не долго. Дав завязаться заварушке, и убедившись, что у противникаподмоги не будет, два десятка взломщиков смяли охранников, скрутили их и внесли в просторный холл вперед ногами. Остальные клоны ворвались следом. Стас с нытиком замыкали процессию.

Еще в баре Савенко пришел к четкому выводу: три надземных этажа не способны вместить весь персонал трансконтинентальной компании. Значит, были и этажи подземные. Именно там должны располагаться службы и отделы, отвечающие за систематизацию и хранение внутрикорпоративной информации. Наверху, по прикидкам взломщика могли быть кабинеты руководителей, комнаты переговоров и прочая представительская мутотень.

Но то, что скрывали стены штаб-квартиры, не ожидал увидеть даже все просчитавший и многоопытный Стас Савенко. Особняк был пуст. Три этажа тщательно убранных, совершенно, абсолютно, безобразно пустых помещений. Ни одного стола. Ни одного кресла. Ни одной линии связи. Вообще ничего, за исключением здоровенного дивана и мониторов наблюдения в комнате охраны.

Впрочем, разочарование почувствовал только Стас. Копии отрывались вовсю. У охранников реквизировали две больших бутыли приличного австралийского вина. Самих работников службы безопасности сложили на полу у дивана. Посуды всем не хватило. Поэтому в стаканчики наливали только охранникам. А клоны с большим удовольствием и чувством глотали вино прямо из горлышка.

Стас оставил ребят веселиться а сам решил исследовать все, что находилось ниже первого этажа. Должна же была охрана кого-то охранять? Лифты в подвальное помещение не опускались. Стас отыскал лестницу.

-Я вот что подумал, - нытик догнала взломщика уже у самых ступенек, - может быть мне к врачу сходить?

-Зачем? – вответе на свой вопрос Стас вовсе не нуждался. Он слишком спешил. Еще не понятно: как работает система сигнализации. В любой момент могла подоспеть подмога, и тогда с надеждами раскрыть секреты корпорации «StanzaInc.» можно было бы распрощаться.

-Как зачем? Все ходят в туалет, а я лишен даже этого! Всего три дня жизни и те без туалета.

Стас, не останавливаясь, заметил:

-Поверьте, туалет - это не самое главное в жизни.

-Вам хорошо рассуждать… - не отставал клон в пальто. – У вас всё есть. Даже костюм. А у меня только пальто, да и то авше.

Лестница освещалась дежурным освещением и заканчивалась выходом в длинный полутемный коридор. Стас посмотрел налево, потом направо, выбирая направление движения. Обе стороны коридора выглядели как братья-близнецы. Только очень тонкий знаток мог найти между ними пару различий. Грузить себя проблемой разумного выбора взломщик не стал. В данном случае, это было так же бессмыслен, как подбрасывать монетку,у которой обе стороны украшает только решка, или только орел.

-Нет, правда, пусть мне сделают операцию. – нытик вышел в коридор и встал перед взломщиком, преданно заглядывая ему в глаза, - вы же не дадите мне всю жизнь прожить уродом? Не откажете в финансовой поддержке?

-Посмотрим. – сказал Стас и решительно свернул налево. Это «посмотрим» можно было токовать: как почти согласие оплатить операцию рефлексирующему клону и как приглашение осмотреть достопримечательности подвала особняка. Хотя сам взломщик скорее подразумевал следующее: «Слушай зануда, шёл бы ты, куда подальше и не мешал нормальным людям, то есть клонам, заниматься делом!»

-Вы уверенны, что сюда стоит идти? Здесь, как-то неуютно. – клон семенил за взломщиком. Было заметно, что в нем борются два взаимоисключающих желания: стремление поскорее выбраться из подвала и боязнь отстать от Стаса и остаться одному. –Давайте вернемся к остальным. А то меня мучают нехорошие предчувствия.

Стас обнаружил дверь и потянул её на себя. Ручка легкоподалась и осталась в ладони взломщика вместе со слоем девственной пыли. Стас брезгливо вытер руку о дорогой костюм и, в сердцах пнул дверь шикарным ботинком из кожи кенгуру. Дверь открывалась во внутрь и легко поддалась. Небольшая комнатка была пуста. Покрытый пылью пол свидетельствовал о том, что сюдапоследние десять лет не заходили даже уборщики.

-Вот видите: ничего нет. Пойдемте обратно. – клон потянул взломщика за рукав костюма, -Вы, знаете, предчувствия меня еще ни разу не подводили.

-«Ни разу» это как часто? – не удержался от колкости Стас.

Клон замялся, пытаясь составить достоверный статистический отчет. Взломщик небрежно отодвинул спутника в сторону и снова занялся изучением коридора. В правом крыле имелась только она дверьсимметричная левой. Выглядела он так же, как предыдущая. Только на поворотной ручке не было пыли. Зато красовалось пятно кетчупа с прекрасным отпечатком пальца. Отпечаток был настолько четким, что у Стаса создалось впечатление, о преднамеренном характере появления этого пальчика на светлом металле. Он осторожно открыл дверь. Комната была чуть больше предыдущей. Пол её выглядел столь же удручающе неухоженным. Никаких следов пребывания людей.

Стас уже собрался продолжить поход по коридору, как заметил у стены напротив входа, почти у самого плинтуса четкий след от каблука.Более внимательный взгляд на стену сразу обнаружил подозрительно правильные трещины на штукатурке. Прямоугольник с чуть закругленными верхними углами. У потолка болтался стальной прут арматуры толщиной в палец. Он будто вываливался из бетонного перекрытия у самых дверей и с непринужденностью нечаянного строительного брака, провисал до торцовой стены помещения.

Стас довольно ухмыльнулся. Наивность маскировки поражала. Все эти ухищрения были рассчитаны на людей с умственными способностями страуса. Но никак не на профессионального взломщика. Савенко легко подпрыгнул, ухватился за арматуру и подтянулся. Сталь была отполирована до блеска. Судя по состоянию металла движение по этой монорельсовой дороге с ручным приводом было достаточно интенсивным.

-Стойте, вы куда? – нытик задрал голову, пытаясь понять: чем занялся его странный спутник.

Стас не ответил, и ловко перехватываясь, чуть в раскачку двинулся к подозрительной стене.

Клон неотступно сопровождал его, поднимая длинными полами пальто клубы пыли с грязногопола.

-Ничего хорошего из этого не выйдет, - поскуливал он снизу. – Вот и пальто все извозил. Придется сдать в химчистку. И, что: опять мерзнуть? Извините, а вы мне чистку не оплатите. А то я не при деньгах…

Арматура под руками Стаса неожиданно провалилась вниз. Он почти сел на свою нудную копию. Одновременно стена начала опускаться, как бы проваливаясь в пол. Взломщик подтянулсяна руках повыше, чтобы слезть с клона.

-Давай, вперед, зануда!

-Вот увидите: нас убьют. – устало сказал несчастный и сделал шаг вперед.

Стасу помещение за потайной дверью сверху было видно как на ладони. Комнатка шесть на четыре метра, стол, пять кресел, пять прищуренных глаз и пять нацеленных стволов. Выстрелов не было слышно. Вряд ли убийцы боялись шума. Скорее они просто берегли свои барабанные перепонки. В таком маленьком помещении пять одновременно работающих стволов могли разорвать уши стрелков, сделав их инвалидами на всю оставшуюся жизнь.

-Я же говорил! – отчаянно крикнул клон и, уже падая и давясь кровью, прошептал – Вот и пальтоиспортили. Химчи…

Стас понял, что это ловушка. Он попытался спрятаться в мертвой зоне за стенкой. Но эффективно оттолкнуться руками не удалось. Первые пули попали в ноги. Стас почувствовал их обжигающее тепло, но не ощутил боли. Затем свинцовый дождь стал стремительно подниматься вверх, превращая в сплошное месиво модный костюм от Мао Дзе Янга, тренированный пресс взломщика, дробя ребра и вырывая воздух из легких. Сжатые конвульсией руки остались висеть на арматуре, а телорухнуло на мертвого нытика.

Сознание уходило постепенно. Стас успел подумать, что продать одежду на аукционе уже не получиться, что предчувствие не обмануло зануду,что нет никаких признаков, указывающих на наличие второго выхода из комнаты, в которой сидели убийцы, что убивать клона – полное безумие. И только после этого он ощутил боль. Безумную боль , сжавшую всё его тело

-Живучий!- усмехнулся кто-то невидимый у взломщика над головой.

-Часы с него сними. За них антиквар не меньше штуки даст. -Послышался другой голос.

Затем был хлопок выстрела и бесконечно долгий полёт пули. Стас видел, как блестящий латунный цилиндр, словно космический корабль, осуществляющий стыковку на орбите, миллиметр за миллиметром приближается к его лбу. Страха не было. Точнее он боялся что, пуля, летящая так медленно, не сможет оборвать пытку болью. Но боль, все же умерла. Хруст кости взломщик еще слышал, а потом наступило черное и пустое ничто.

***

Библиотеку Ира нашла легко. Серая громада нависала над огромной площадкой, где прямоугольные бетонные блоки тротуарных плитперемежались с травой и низким чахлым кустарником. Странно, здание, хотя и выглядело большим, но десяти этажей Ира в нем не насчитала. Правда, сплошное застекление фасада не давало возможности четко разбить пыльный куб на этажи.

Всю дорогу Иру сопровождал ухажёр. Лось Коля плелся за ней от офиса, отставая,шаговна пять. Он то, поднимал глаза мечтателя на девушку, то прятал их, с наигранным интересом изучая дорогу.

На пустыре перед входом обосновалась свора бездомных собак. Сначала вид грязных и облезлых псов девушку немного насторожил. Ира даже с благодарностью подумала о людях,превративших сквер в пустырь. На голом месте спрятаться было негде, но, по крайней мере, поведение своры можно было контролировать на достаточном расстоянии. И, в случае необходимости предпринять какие-нибудь меры самообороны. На этом месте рассуждения Иры зашли в тупик: как она ни старалась, но ни каких действенных мер придумать не могла. Однако ничего и не понадобилось. Собаки вели себя мирно. Возможно, опасались грозного провожатого. Возможно, ещё не забыли, что собака- друг человека. Скорее всего, их просто сморила жара.

Молодёжь гонялась друг за другом на небольшой зеленой лужайке. Солидные взрослые псы тихо дремали по соседству, сбитые с ног летним зноем.

Ира поднялась на крыльцо и, как советовал префект, выдернула замок вместе с петлями. Покрутила в руках его тяжелое ржавое тело, подыскивая место, куда можно было бы временно пристроить. Но ничего подходящего не нашла и прихватила замок с собой.

«Найду, где положить.» - беззаботно подумала Ира. Судьба замка ее действительно интересовала мало. Главное былобыстро найти географические атласы. Чтобы к возвращению Стаса гордо отрапортовать о том, что сама(!) вычислила место пребывания их с Савенко начальника. Хотя уже сейчас она знала о шефебольше взломщика. Хотя бы то, чтообладатель дурацкого голубого мундира с золотыми позументами, не жил ни в Старом , ни в Нижнем городе. И вообще он был не местный.

«Стас дрыхнет, я раз и такое открытие сделала! Пусть потом попробует не оценить или обзывать чипоноской!».

Помахав на прощанье рукой расстроенномуКоле,Иравошла в холл и огляделась. В помещении оказалось на удивление чисто, прибрано и не душно. Здание производило впечатление не то, чтобы обжитого, но обитаемого. Зал картотеки искать не пришлось. Широкая лестница из холла сама вывела ее к дверям с надписью «Картотека». Разобраться в примитивной системе учета и хранения оказалось несложно. Вся справочная литература находилась на втором этаже.

Ира взлетела по ступенькам, выщербленным миллионами ног далеких предков на следующий этаж. Стеллажи с атласами располагались прямо за стойкой дежурного по залу. Атласыстояли ровными рядами, сверкая чистым, тщательно протертым коленкором с золотым тиснением надписей. А вот дежурной не было.

Удивляло не отсутствие служащих, а ухоженность книг. Впрочем, особенно удивляться Ире было некогда. Спящий в офисе Стас беспокойства не вызывал. Ему еще предстояло более двух суток увлекательного путешествия по Австралии.А вот настойчивый интерес префектавызывал у Иры подозрения. На всякий случай, перед уходом, заместитель взломщика предприняла ряд мер предосторожности. Во-первых, заперла все замки изнутри. Во-вторых, на дверях второго, жилого этажа приготовила возможным злоумышленникам ловушку. Ведро декоративного отделочного покрытия, мгновенно застывающего при ударной нагрузке, должно было упасть на любого, кто попытается вломиться на жилой уровень. Покрытие было из тех новомодных штучек, что под напором набрызгивают на стену. В течение трех секунд раствор растекается по поверхности и тут же твердеет. Потом проще стену сломать чем от покрытия избавиться. Вот такая вот диверсия ждала незваных гостей.

Офис наследница традиций бойскаутов или, попросту, хулиганка покинула через окно. Выбралась на ветку стоящего рядом дерева. Спускаться по стволу оказалось ужасно неудобно. Одной рукой все время приходилось придерживать коротенькую юбочку. А лазать по деревьям на оной руке не всякая обезьяна сможет. Тем более, что хвоста-то нет..

Ире казалось, что она продумала все до мелочей. Но абсолютного спокойствия Самсонова не ощущала. Поэтому торопилась закончить свою библиотечную миссию по возможности скорее.

Выбор Иры пал на Географический атлас для учителей средней школы 1980 года издания. В основном из-за солидных размеров и ссылки на среднюю школу. Уж если дети две сотни лет назад справлялись с этой информацией, она – человек далекого будущего - должна была все понять без дополнительных инструкций, пояснений и шпаргалок.

Прихватив атлас, Ира вышла из зала. В дальнем конце коридора ей почудилось какое-то движение. «Наверное, служащие библиотеки. Нужно предупредить, что я залезла в их фонды. Будет страшно глупо, если меня поймают как воровку».

-Эй, постойте, пожалуйста! – Ира отчетливо видела силуэт в серебристой униформе, неспешно идущий по коридору. – Подождите, я вас прошу!

Силуэт свернул налево и исчез. Ира бросилась бежать. Ею управлял уже не здравый смысл, а азарт.Догнать ушедшего и выяснить: что здесь, в закрытой библиотеке происходит. Да и, наконец, это просто не вежливо: вот так взять и проигнорировать человека. Фактически взломщика, отвечающего за весь сектор. Просто свинство!

Двери, за которыми исчез силуэт, вели на лестницу. На площадке никого не было. Ира прислушалась. Ни следов, ни звуков. Человек будто растворился.

-Ну и ладно. Сами потом будете искать и за мной бегать. Вот!

Лестница на верхние этажи была гораздо скромнее. Гранитной парадностью пролетов здесь и не пахло. Бетон, так же истертый подошвами множества поколений интеллектуалов, больше напоминал те конструкции, которые правили бал на технических этажах и у пожарных выходов Нижнего города.

Ира тяжело вздохнула, вспоминая свои путешествия по пожарным лестницам во время банковского расследования. Излишняя суета и беготня – единственно, что её не устраивало в работе взломщика. Пот и романтика никак не укладывались рядом на одной полочке Ириной шкалы ценностей.

Желтый огонек у дверок лифта заставил Иру подумать, что ей стоило бы попробовать счастья в ежегодных лотереях. Работающий лифт в пустом здании не меньшая удача, чем выигрыш супер-приза в миллион юников. Под пальчиком Иры кнопка мягко провалилась в гнездо, и где-то в глубине здания загудели механизмы. Лифт приближался покряхтывая и поскрипывая. Ира поглядела на табличкус инструкцией. Она гласила, что загружать в кабину более восьмисот килограмм или десяти человек строго запрещено. При собственном весе в шестьдесят два килограмма, запас получался приличный. Что в людях, что в килограммах. Двери разъехались, приглашая пройти во внутрь. Префект не врал: десять кнопок обещали встречу с десятью этажами. Сенсор с цифрой «9»с готовностью зажегся зеленым светом, едва Ира до него дотронулась. Створки сомкнулись, и лифт начал стремительно опускаться вниз.

«Сломался! Так я и знала! Вернусь, я этому старикашке голову отверну! Нет, но сама-то дура, еще и в лотерею захотела сыграть. Да с моим везением! А если я падаю!? Что-нибудь там отломилось!? Точно отломилось! Всё!!!» Ира зажмурилась. Лифт внезапно прекратил падение. Удар был такой силы, что коленки девушки подогнулись и она, не разжимая глаз, уселась на пол. Дверки распахнулись неожиданно быстро. Ира открыла глаза, как раз в тот момент, когда ей на голову накинули мешок из плотного материала. Она не успела разглядеть тех, кто быстро и умело упаковалеё в тесный кокон, подхватил и вынес из лифта.

Тяжелый атлас подпиралподбородок, и от этого она чувствовала себя еще более униженной. С ней обошлись как с предметом, предназначенным для почтовой пересылки в соседний город.

-Сейчас же, прекратите! Я Стасу скажу!!- кричала Ира, задирая голову, чтобы не удариться челюстью об атлас. – Он космодесантник! Он вас на части порвет и в компоте сварит!!!

Почему именно в компоте – Ира не могла бы объяснить, даже если бы очень захотела. Просто так угроза звучала менее жалко. По крайней мере, ей так казалось.

Но похитители не слушали. Топот шагов, тяжёлое дыхание в обрамлении легкого эха пустого коридора – все, что она услышала в ответ.

***

Больше умирать Стас не хотел. Ни клоном, ни человеком. Идея вечной жизни захватила его полностью, без остатка. Он побывал там, откуда не возвращаются, и пережил то, что человек переживает всего один раз и, несмотря на важность этого финального переживания, уже не имеет возможности ни оценить его, ни сделать выводы. У Стаса такая возможность появилась. Об этом напоминала буквально каждая клетка его организма. Всё тело страшно болело. Еще нестерпимее болела голова. Взломщик ощущал себя пехотинцем, по которому прокатилась семидесяти тонная махина танка. И, которому, не повезло умереть сразу и мгновенно, а пришлось лечь под нож хирурга и отдать моргу себя по частям.

«Нет, если смерть, то только от яда! И больше никаких клонов. Оставим это удовольствие для клиентов!» Стас ощутил сильнейший приступ клонофобии. Не к месту вспомнился клон медведя-убицы, клон тополя, ставший трухой, клон префекта, так неудачно прогулявший собаку и его собственный клон без мужского достоинства, зато с занудным характером. Все эти трёхдневные версии жизни не вызывали ничего, кроме раздражения и заставляли смотреть на науку, как на способ выражения общечеловеческого слабоумия.

Взломщик снял шлем клон-генератора и медленно, словно имитировал посадку на Луне, опустил ноги на пол. Никаких синяков, естественно, никаких следов от пуль на загорелой коже. Все цело, но все ныло. Нечто подобное происходит у людей после ампутации конечностей. Болит нога, давно отнятая хирургом. Стас ощущал боль отнятого тела. Радовало, что тело было не его. Тело лежало в подвале, в Австралии, в тихой Канберре.

-Это же надо! Убить клона! Уголовно-ненаказуемый идиотизм!! – Стасу показалось, что он кричит. Причем так громко, что от крика в конвульсиях бьются все мышцы. На самом деле, его речь больше смахивала на ворчливый бубнеж старой развалины.

Взломщик огляделся вокруг. Ни в комнате, где он лежал, ни в соседнем помещении Самсоновой не было. «Понятно, девушка набедокурила и удрала. Боится ответственности.» - Стас вспомнил несчастного нытика в пальто и нежное касание.- «Все-таки она еще ребенок. Рано я её оставил одну.»Воспоминания неожиданно отозвались страстной потребностью посетить санузел. То, что клон погиб так и не испытав простые удовольствия от исправно функционирующей физиологии подтолкнула Стаса к дверям. Медленно, с усилиемпереставляя ноги, он отправился через комнаты к выходу в коридор. Однако путь завершился неожиданно рано. Сначала автоматические створки отказались открываться. Потом взломщик обнаружил, что замок блокирован изнутри. Это показалось более чем странным. Будь Стас в нормальной физической форме и менее сосредоточенным на внутренних ощущениях, он бы непременно насторожился: Иры нет, но кто-то дверь закрыл. Куда же этот кто-то делся? Впрочем, если бы Стас был в форме, он наверняка не попал под падающее ведро. Заметить движение над собой взломщик все жеуспел. Вот только увернуться не смог. Ведро с грохотом заняло место только что снятого шлема клон-генератора.Что-то жидкое с противным химическим запахом прокатилось по Стасу и шлёпнулосьоб пол. Инстинктивно взломщик сорвал ведро с головы. И это спасло его скальп. Две секунды промедления ипластиковое дно навсегда срослось бы с кожей на затылке.

-Вот дура! Что за детские шутки!? – взломщик провел пальцем по лицу и пригляделся к склизкой массе, повисшей на пальце. Он попытался выйти в коридор, но ноги отказывались слушаться. Они словно приросли к полу. Взломщик напряг мышцы. Ноги остались верны занятой на позиции.

Оказалось, что наклонить голову и посмотреть вниз занятие непростое и болезненное. Нечто среднее между пыткой на дыбе и гильотинированием. Тем не менее, Стас выдержал и этот этапразминочного комплекса мазохиста.

Только теперь он понял: какой участи удалось избежать. Взломщик представил себя с вечным ведром на голове. Прорези для глаз и рта. Борода, торчащая из-под ведра. «Интересно», - вяло размышлял Стас – «Что будут делать волосы вместе склейки? Трава пробивается сквозь бетон. А щетина сквозь пластмассу?»Картина выходила забавная, но смеяться почему-то не хотелось. Зато после пережитого стресса исчезла ломота в мышцах и боль в голове. Это, наверное, можно было признать большим плюсом. Только насладиться легкостью движений не удавалось.В ногах у Стаса красовалсяпостамент, несколько подозрительной формы, более напоминавший кучки, которые оставлялпосле себя лось Коля, чем мрамор или гранит, традиционно применяющийся в этих целях. Впрочем, цвет у постамента был веселенький: рыжий с золотистыми прожилками. Декоративное покрытие поднималось выше щиколоток. Конструкция получилась такой, какую, в прежние времена для большей устойчивости скульпторы применяли на тиражируемых памятниках вождям. А может вовсе не для устойчивости, а из чувства протеста или скрытого сарказма. Кто их, скульпторов, знает.

Ступни в постаменте имели определенную свободу движений и противно хлюпали не застывшей смесью.

-Я памятник себе воздвиг нерукотворный!- всплыла у Стаса в мозгу строфа какого-то древнего поэта. – Вот так элегантно и без усилий осуществляется вековая мечта политиков: памятник при жизни.

Стас похлюпал пальцами ног и изменил формулировку:

- Хотя здесь скорее, жизнь при памятнике.Или внутри него? Черт! – декоративное покрытие плотно обхватило щиколотки и, хотя к коже не пристало, но ступня из узенькой дырки выниматься не желала ни в какую.

В офисе на первом этаже послышались какие-то стуки, лязг, скрип плохо смазанных механизмов. Спустя минуту, у открытой двери появился патруль. Два робота 136 модели.

-Вы имеете право, хранить молчание, не давать показаний на себя, вызвать своего адвоката. -проскрипели патрульный в унисон. Присылать такую рухлядь на задержание взломщика было прямым оскорблением. Или полной глупостью. 136 серия создавалась скорее как пугало, нежели механизм для осуществления оперативных действий. Дизайнер выбрал за основу идиотское существо из допотопных боевиков эпохи расцвета Голливуда. Маленькая металлическая голова, зачем-то увенчанная пышной, но прилизанной шевелюрой. Темные очки, на маске изображающей лицо супермена. На плечах откидные люки шокеров. Форма из черной искусственной кожи. Дурацкие сапоги со шнуровкой чуть ли ни до колен. Разгонять ворон и внушать ужас чипоносам эти ходячие манекены, конечно могли. Но взломщику, что бы выпроводить их восвояси требовался только мягкий монитор. Или обычная отвертка.

Беда, однако, заключалась в том, что монитор лежал на столе, а отвертки не было вовсе.

-Хорошо, хорошо, ребята. Я все понял. Предъявите ордер и можете забирать меня вместе с полом, этажом, зданием или Старым городом – на выбор.

-Просим Вас проследовать за нами!

- Ребята, вас конструировал дилетант. Вы не только глупы, но и слепы!

-Вы нанесли оскорбление представителям власти. Статья 435/321 гражданского кодекса.За неподчинение мы вынуждены применить задержание в наручниках. – равнодушно пропел дуэт дебилов.

-Что вы, что вы? Я очень даже подчиняюсь. Не подчиняются мои ноги. И меру пресечения – наручники, я предлагаю применить к ним.Если, конечно, наручники можно надеть на ноги.

Роботы напряженно переваривали сказанное Стасом. Потом они принялись изучать его ноги.

-Но лучше их украсить наножниками. Это будет правильно с точки зрения здравого смысла и лингвистики. Есть ли у вас наножники для задержания преступников?

-Наножники в комплект патрульных 136 серии не входят. – Прогудели роботы и занялись борьбой с постаментом. Для начала они попытались его отскрести.Материал не поддавался. Тогда патрульные решили вынуть Стаса из подставки.

-Стоп, ребята, потише.- закричал взломщик. Он свято верил, что нижние конечности – неотъемлемая часть его тела. -Изучите анатомию человека!Вас послали меня задержать, а не конечности ампутировать.

Роботы впали в ступор. Они вообще были запрограммированы на два десятка самых простых ситуаций вроде: упала старушка – подними, громко кричат – успокой, лишку выпил – сдай жене. История со Стасом для них была все равно, что бином Ньютона для дитя ясельного возраста. Роботы резко поскучнели.Один - стоял, раскачивая в манипуляторе наручники. Второй ползал вокруг взломщика в поисках потайной кнопки. Для него было совершенно ясно: раз человек в эту штуку залез, значит, есть механизм эту штуку открывающий.

-Задержанные, конечно, не дают советы. Но на первом этаже есть большая зеленая банка с растворителем. Она стоит у входа. Если вы ее принесете, я освобожу ноги и смогу с вами пройти куда угодно.

Робот с наручниками развернулся и, поскрипывая на ходу, пошёл за зелёной банкой. Второй, на всякий случай, взял Стаса за голени чуть выше застывшего декоративного покрытия.

Управление экстренным отключением конструктор расположил за левым ухом робота. И взломщик это прекрасно знал. Обычная крестовая отвертка, пол поворота винта против часовой стрелки, одно нажатие на сенсорный выключатель и патрульный будет стоять в позе молельщика у ног Стаса хоть сто лет.

Взломщика оглядел свои аккуратно постриженные ногти. Они меньше всего напоминали крестовую отвертку и в дело не годились.

Вернулся робот с наручниками. Мешавшее ему орудие задержания он зачем-то накинул на шею и застегнул браслет в браслет.В манипуляторах робот держал банку с растворителем. С банкой и цепью на шее он более всего походил на полинезийского дикаря-людоеда, сожравшего полицейского, нацепившего его форму согласно своим представлениям о ношении одежды и украшений.

-Задержанный Савенко. Возьмите банку.

Стас взял растворитель и аккуратно полил им ступни. Пластик декоративного покрытия стал расплываться, как мороженное на раскаленном асфальте. План спасения родился мгновенно. Все можно было решить без отвертки и мягкого монитора.

-Ударьте по этой штуке посильнее и давите! – Стас указал патрульным на растекающийся постамент - Можно ногами.

Реакция роботов значительно превышала их умственные способности. Тот, что стоял, подпрыгнул на ходовых манипуляторах, тот, что валялся в ногах взломщика, нанёс удар верхними манипуляторами-руками.

Стас осторожно вытащи сначала правую ногу. Поставив её на чистый участок пола, так же, не торопясь, вытащил левую. Ступая мягко, как кошка он отправился в ванну. Нужно было быстрее смыть эту гадость.

-Задержанный Савенко, стойте! – грозно рявкнули патрульные. Но сделать уже ничего не могли. Теперь настала их очередь изображать прижизненный памятник. Памятник людской предусмотрительности. Ведь роботов сознательно создавали дураками, чтобы оградить человечество от возможной агрессии со стороны механических помощников.

-Парадокс заключается в том, - рассуждал Стас оттирая слизь декоративного покрытия с тела, - что людей превратили в роботов. И тоже сделали дураками. Спрашивается: кого мы обманули?

***

-Сволочи, сволочи, сволочи, сволочи! – Ира больно ударилась о твёрдый и холодный пол. С ней так никто никогда не обращался. Нет, честное слово, швырнули, будто мусор в мусоросборник. Мысль о мусоросборнике резко переключила настроение. Истерика сменилась паникой. В мусоросборниках, и Ира это знала абсолютно точно, отходы перерабатывались на молекулярном уровне в полуфабрикат для крейтеров. Попадание в мусоросборник грозило многими неприятными вещами. Например, превращением в клюквенный кисель, или бейсболку или женские прокладки. От одной мысли об этом девушку бросило в дрожь. А ведь есть еще туалетная бумага и шампуни от перхоти. «Какая-нибудь идиотка в общаге, та же Стаська с биофака, ткнёт пальцем в крейтор, а потом станет каждый день намыливать меня на голову! И при этом орать шлягерыиз репертуара «Сердечной аритмии»! У этой дуры кроме чипа в голове ничего нет. Даже слуха и голоса!А волосы всегда жирные, висят сосульками. И мне терпеть! Ни за что!»

Ира попыталась пошевелить руками. Мешок, сделанный из какого-то эластичного материала, наверное, полипака, плотно прижимал руки к атласу Мира,а атлас к телу. Дно мешка настойчиво давило на затылок, от чего подбородок Иры всё сильнее врезался в верхний срез коленкора. Внизу атлас подпирали коленки.Было ощущение, что все шесть континентов, спрятавшиеся под твердым переплётом, пытаются проникнуть внутрь, под рёбра и дотянуться до позвоночника. И особого удовольствие этот урокгеографии методом глубокого погружения не доставлял. А, главное, не оставлял никакой свободы действий.

«Вот так вот, впозе зародыша и отправляюсь в переработку!» - Ире стало себя безумно жалко. И совершенно не понятно: за что? Чего им надо? Неужели так жестоко карается попытка прокатиться на лифте? Или нельзя было без спроса брать атлас?

-Эй, вы! Заберите книгу! Она мне не нужна! – Кричать было жутко неудобно. Атлас мешал правильной артикуляции, но Ира постаралась произнести каждое слово так, чтобы поняла даже обезьяна. Однако на её крики ни кто не отозвался. Лишь легкое эхо вздохнуло, пытаясь прорваться сквозь стены и потолок: «жна- жна- на-ж-ш-ш.»

-Пусто… - короткое и сухое слово подействовало как хорошее успокоительное. Нет людей, значит, нет и врагов. Нет врагов – есть шанс выбраться. Ира с грустью вспомнила о мониторе. Бедненький, он сейчас принял на себя всю тяжесть земного шара и служил, практически единственной её защитой. Если бы удалось добраться до этой миленькой, хорошенькой скатёрочки-самобраночки, придавленной атласом, развернуть и выйти на связь со Стасом. Уже взломщик бы наверняка смог её спасти. «Он же ВЗЛОМЩИК! Он бы разложил этих гадов на атомы, а потом собрал в виде мелких вонючих скунсов. Или..» Мысль оборвалась. Ира поняла, что теряет время. Враги в любой момент могли вернуться, а оставаясь такой вот куколкой, свёрнутой в кокон, она никогда не сможет достать монитор. И Стас ни за что не придет на помощь. Он не будет знать: куда идти.

«Каблуки!» - Ира чуть не крикнула это в слух. Её любимые телескопические каблучки её ненаглядных новых туфелекбыли сейчас почти совсем убраны. «Но если их выдвинуть! Это же шипы! Это гвозди! Это страшное оружие вспарывания мешков! Только как добраться до пуговок на взъёме? Как включить механизм?Рукой не дотянуться, хотя все очень близко.»

Ира попробовала развернуть носок туфли. Со второй попытки это удалось. Она понемногу подворачивала носок правой туфли влево и на себя. Было слышно, как подошва скребёт лакировку. «Сволочи, ну я до вас доберусь! Вот только вылезуь отсюда – сразу заставлю купить новые, точно такие же. Нет, лучше Труссарди. Но обязательно с телескопом!»

Наконец подошва уперлась в декоративную пуговку-выключатель.

-Ура!- заорала девушка так, словно пошла в последнюю в своей жизни атаку. Каблучок с приятным треском проколол кокон. Проколол и застрял. Отверстие вовсе не собиралось расширяться. Упаковочный материал был сделан добротно. Он плотно обхватил каблук, лишив Иру всякой возможности повернуть левую ногу.

-Ничего, сейчас что-нибудь придумаю! -подбодрила она себя.

-Смотри, еще дергается. – раздался хриплый баритон. Ира не слышала, как открылась дверь и вошли её похитители. Зато сейчас стала различать какие-то далёкие звуки. Будто негромко переговаривались десятки людей и едва слышно гудели приборы. «Наверное, вентиляций. Черт, не везет, так не везет. Хотя, если недалеко люди, вряд ли со мной сделают что-то плохое. Нужно попробовать поговорить.»

-Я не знала, что нельзя брать книги. Там никого не было. Я хотел посмотреть и вернуть. Я сейчас верну.

-Говорливая. Интересно: симпатичная? – сказал обладатель хриплого баритона.

- Задница у нее ничего, смачная. – второй голос был повыше, а его обладатель заметно моложе.

-Откуда знаешь? – поинтересовался баритон.

-Нёс же,- со смешком ответил молодой,- подержался. Сейчас мордашку проверим.

-Не стоит, - засомневался баритон, - сказали убрать и все.

-Очень даже стоит! Мне скрывать нечего – Ира решила, что самое главное выбраться из кокона. А там, как-нибудь выкрутится. Но ее слова игнорировали. Она для похитителей оставалась: не более чем содержимым мешка.

-Посмотрим и уберем.- беззаботно предложил молодой.

-Ну, гляди… - не то разрешил, не то засомневался баритон.

Раздался треск срываемой шёвной плёнки. Дно разошлось. Ира с облегчение выпрямила ноги.

-Ножки-то ничего! – обрадовался молодой. Ира торопилась выбраться из упаковки . Она чувствовала как задирается короткая юбочка, ноникак не могла освободить руки чтобы ее поправить.

-На трусики глянь! – с чувством произнес баритон. – Обожаю женское бельё… Особенно, когда оно рвется под руками!

-Сейчас порвём. – чьи-то руки резко рванули трусики вверх. Ира поднялась в воздух, но прочный протохлопок выдержал.

-Не мучайся, снимай.- посоветовал баритон.

-Что значит снимай!? Я Стасу скажу! Не трогайте меня! Сволочи!!! - Проклятый атлас заклинил тело в упаковке и он не давал выбраться. Девушка наугад, что было сил махнула ногой. Но никого из насильников не задела.

-Брыкается!- зло сказал молодой.

–Зачем нам мордашка? Нам вордашка ни к чему. –спокойно рассудил баритон. -Подержи её за ноги.

- Я?-обиделся молодой. – Это же я придумал!

- А ты – потом. Не бойся, успеешь.

Ира пыталась поймать скользившие по ногам трусики коленками, но её бесцеремонно прижали к холодному полу. Потом жесткие пальцы ухватили за щиколотки, развели ноги и, кто-то тяжело рухнул на неё сверху.

Дорогой читатель, милая читательница!

Я рад, что Вас заинтересовала эта история. Если Вы действительно хотите узнать: чем она закончится – поддержите автора, т.е. меня, а потом получите книгу в формате PDF, doc.,txt. Исключительно благодаря Вашему вниманию у меня появится возможность писать новые, надеюсь, не менее интересные истории. За что я искренне Вас благодарю!

С уважением, Андрей Глущук.

Скачать книгу полностью: http://glush-mania.ru/action-books

Читать книгу

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить